В субботу с утра проводились 4 часовых занятия по Закону Божьему, истории русской словесности, тактике и фехтованию. После обеда следовал урок английского языка, и завершался день подготовкой по фортификации. Всего 5 учебных часов и час на подготовку.
Кроме того, были предусмотрены и вечерние занятия музыкой, которые во вторник и субботу продолжались с 18.30 до 19.30, а в среду с 18.30 до 20.00. По пятницам цесаревич с 18.30 до 19.30 занимался танцами. Всё это прибавляло еще 4,5 часа.
Таким образом, цесаревич посвящал учебе 29 часов, 7 часов отводилось на подготовку уроков и 4,5 часа – на вечерние занятия. Следовательно, общая учебная нагрузка цесаревича составляла 40,5 часов в неделю.
Императору давалось широкое образование управленца высшего звена. Такова была его профессия. Поэтому в сетке учебных часов присутствовали политэкономия и законоведение. Профессор Николай Христианович Бунге еще в начале 1860-х гг. читал лекции по политэкономии и статистике цесаревичу Николаю Александровичу, а затем его преемнику Александру III. Когда в 1881 г. его ученик превратился в императора Александра III, тот назначил его на пост министра финансов (1881–1886). Законоведение давал Константин Петрович Победоносцев, который в 1870-х гг. эту же дисциплину читал еще отцу Николая II.
Примечательно, что в расписании цесаревича на курс российской истории выделялись 4 часа в неделю. Это был особый предмет для детей императора. Великая княгиня Ольга Александровна вспоминала: «Русская история… представлялась как бы частью нашей жизни – чем-то близким и родным, и мы погружались в нее без малейших усилий»341. Читал историю России будущему императору профессор Санкт-Петербургского университета Егор Егорович Замысловский, специализировавшийся на проблемах XVI–XVII вв. Впоследствии Николай II не раз поражал своих собеседников знанием деталей российской истории. Когда он принимал в Александровском дворце одного из лидеров думской фракции кадетов Ф. А. Головина, то искренне удивил либерала, спросив, не его ли предок, Федор Головин, был одним из сподвижников Петра Великого. «Далее он заметил, что первый договор русских с Китаем был заключен Головиным, и спросил, как звали того Головина»342.
Кроме того, в расписании цесаревича стояли четыре военные дисциплины: фортификация, артиллерия, тактика и военная история. Российские императоры внутренне идентифицировали себя с российским офицерством, поскольку за годы учебы проходили основательную военную школу.
В филологический блок расписания наследника входили немецкий (2 часа), английский (1 час), французский (2 часа) языки и история русской словесности (3 часа). К 19 годам на английский язык цесаревичу выделялся всего один час, поскольку он с детства прекрасно говорил по-английски. Блок общего развития включал занятия рисованием, верховой ездой, музыкой и фехтованием.
Таким образом, можно констатировать, что Николай II получил добротное и достаточно гармоничное образование, включавшее в себя не только основы юридического, экономического и гуманитарного образования, но и основательное знание военного дела. Император был образованным и эрудированным человеком, о чем единодушно писали мемуаристы, хорошо его знавшие. Однако при этом учителя весьма слабо представляли себе, насколько прочно ученик усваивает лекционный материал, поскольку на стадии высшего образования не имели права что-либо спрашивать у него с целью контроля усвоения знаний. А Николай II был обычным молодым человеком с неплохими данными, в меру ленивым, которого подчас вгоняли в сон лекции учителей.
Выдающихся государственных деятелей приглашали и к младшим детям Александра III. Так, крупнейший реформатор начала XX в. С. Ю. Витте читал (с 1900 по 1902 г.) младшему брату Николая II, великому князю Михаилу Александровичу «народное и государственное хозяйство», другими словами – политическую экономию и финансы. По воспоминаниям С. Ю. Витте, «великий князь очень охотно со мною занимался, и мне часто после лекции, во время антракта от одной лекции до другой, приходилось с ним разговаривать, иногда завтракать, а иногда и ездить на автомобиле по парку»343.
Обучение детей Николая II
Сведений об организации образовательного процесса у дочерей Николая II сохранилось немного. Фактически это отрывочные данные, из которых с трудом можно составить цельную картину. При этом довольно хорошо известна организация учебы цесаревича Алексея, и можно с уверенностью предположить, что большая часть преподавателей Алексея начала свою педагогическую карьеру еще при царских дочерях. Более того, младшие дочери заканчивали обучение при преподавателях Алексея.
Известно, что учебным процессом первой дочери Ольги императрица Александра Федоровна занималась лично344. Когда Николай II уезжал из дома, жена в письмах регулярно сообщала ему об учебе детей. Так, в июне 1905 г. Александра Федоровна писала о старших дочерях Ольге (10-й год) и Татьяне (7 лет): «Дети прекрасно справляются со своими уроками, у них есть также преподаватели английского и французского. Они много ездят верхом, что доставляет им огромное удовольствие»345.
С третьей дочерью Николая II – великой княжной Марией Николаевной начали заниматься с 6 лет. К урокам арифметики, в частности, приступили 29 июля 1905 г., и вел их коллежский советник Соболев. Поскольку девочка еще плохо читала и очень мало писала, в первые месяцы арифметику она изучала только устно. Пособиями служили разноцветные косточки, русские медные и серебряные монеты, кубики, а также первые выпуски задачников Аржанникова и Паульсона346. Преподаватель регулярно писал отчеты о проделанной работе по инстанциям. Весь педагогический процесс жестко контролировался императрицей Александрой Федоровной, которая, как правило, присутствовала на первых уроках, знакомясь с учителями.
Поскольку детство девочек прошло в Александровском дворце Царского Села, несколько слов следует сказать о классных комнатах дворца. Их было четыре, и располагались они на втором этаже, на детской половине. Поскольку девочки жили парами, то и классные комнаты были у каждой пары отдельные. Отличительным признаком этих помещений являлась удивительная для дворца скромность жилых интерьеров.
Один из мемуаристов рассказывал: «Дети вставали в 8 часов, пили чай и занимались до 11 часов. Учителя приезжали из Петрограда. В Царском Селе жили только Гиббс и Жильяр. Иногда после уроков перед завтраком совершалась недолгая прогулка. После завтрака – занятия музыкой и рукоделием»3.
В классной комнате старших великих княжон Ольги и Татьяны стены были оклеены матовыми обоями оливкового цвета, а пол закрыт бобриковым ковром цвета морской волны. Вся мебель изготовлена из ясеня. Большой учебный стол находился посередине комнаты и освещался шестирожковой люстрой, которую при желании можно было опускать. На боковой стене крепилось расписание уроков. На одной из полочек стоял бюст Н. В. Гоголя. В шкафах лежали книги, в основном, религиозного и патриотического содержания, а также учебники. Вообще, в библиотеке девочек было много книг на английском языке. Вместе с книгами хранился и человеческий череп, оставшийся в классной комнате, судя по всему, после занятий анатомией в августе 1914 г., когда великие княжны готовились к экзаменам на звание медсестер военного времени. На занятиях преподаватели вели журнал, где выставляли оценки по пятибалльной шкале и записывали домашние задания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
