Любопытно, что должность учителя фехтования у великих князей занимал директор института Корпуса инженеров путей сообщения генерал-майор Сивербрик, единственный из преподавателей отказавшийся от платы за свою работу. Видимо, фехтование было семейным делом, поскольку отец Сивербрика преподавал его еще маленькому Николаю I.
Естественно, новая учебная нагрузка серьезно изменила распорядок дня великих князей. Детей поднимали очень рано – в 6 часов утра. Их учебный день был разбит на две части. На утреннюю часть (4,5 часа) приходились более трудные уроки, на вечернюю (1,5 часа) – полегче. Соответственно ежедневно на уроки отводилось шесть астрономических часов. Кроме того, было запланировано время на подготовку уроков, всего три часа, из которых час давался утром и два часа вечером. Таким образом, учебному процессу в день посвящалось девять часов, несмотря на то что сентябре в 1852 г. Никсе исполнилось девять лет, а Александру шел восьмой год.
Конечно же, у детей остались каникулы. Маленькие – на Рождество и большие – летом, в июле – августе, целых шесть недель. Как правило, их проводили в Петергофе, где в это время обычно жила царская семья. В декабре 1852 г. Никса и Александр впервые сдавали экзамены по всем предметам, которые они проходили с сентября. Потом эти экзамены стали проводиться ежегодно. Интересно, что хорошая учеба способствовала «карьерному росту» маленьких великих князей. В декабре 1855 г., после блестяще сданного экзамена по географии, великого князя Александра Александровича произвели в поручики «за успехи в науках» и в десять лет зачислили в Конную гвардию.
По семейной традиции, сложившейся еще во времена ученичества Александра I, учебная программа предусматривала уроки труда. Осенью 1852 г., пока семья жила в Царском Селе, мальчики рисовали на пленэре, столярничали, возделывали каждый свой огород, учились точить на станке317.
Весной 1854 г. третьему сыну Александра II великому князю Владимиру минуло семь лет, и он, как и старшие братья, стал «ходить в школу». Работали с ним те же учителя, что и у старших братьев, и по той же программе.
Важной особенностью домашнего образования в Зимнем дворце являлось то, что занятия с каждым из мальчиков шли отдельно, или, в крайнем случае, в классе присутствовали два ученика, и в такой ситуации тихонько отсидеться на уроке не представлялось возможным. Домашние задания им задавали каждый день, как и спрашивали потом тоже. Взаимоотношения учеников и учителей предполагали, что те и другие обращались друг к другу по имени-отчеству. Учителям сразу же было запрещено называть мальчиков «высочествами», зато разрешалось строго спрашивать с них и ставить им самые жесткие оценки. Более того, родители просили учителей не баловать мальчиков, а обходиться с ними построже318.
Царский огород в Царском Селе
Несмотря на то что учителя получали очень хорошее жалование и в перспективе предполагалась пожизненная пенсия, в начале 1850-х гг. они были отнесены к обслуге. Их положение было совершенно иным по сравнению с тем, которое занимал В. А. Жуковский в 1830-х гг. Например, в отличие от Жуковского учителей только изредка приглашали к императорскому столу.
Иногда на уроки приходили царственные родители. Сейчас трудно сказать, знали на самом деле учителя о предстоящем посещении или нет. Однако этих внезапных появлений, видимо, было не слишком много. Так, осенью 1855 г. императрица Мария Александровна пришла на урок истории. По собственному выбору 10-летний Саша довольно внятно рассказал матери о Троянской войне319. Как раз это посещение не было случайным. Дело в том что до февраля 1855 г. окончательные решения по всем вопросам, в том числе и по обучению внуков, принимал император Николай I. В феврале 1855 г. цесаревна превратилась в императрицу и стала сама принимать решения по вопросам, касавшимся обучения ее сыновей. Ей понадобилось некоторое время, чтобы разобраться в деталях, и уже весной 1856 г. образование ее сыновей было решительно перестроено.
Главное изменение заключалось в том, что образование цесаревича Николая Александровича (Никсы) было отделено от учебного процесса его младших братьев. Как упоминалось выше, старший сын был любимцем матери, императрицы Марии Александровны, и с ним она связывала самые радужные надежды. В результате образовательная стратегия стала следующей: с 1856 г. все лучшие учителя перешли исключительно к наследнику, а младшим сыновьям были предоставлены обычные гимназические учителя-предметники.
Здесь необходимы пояснения. Конечно, Мария Александровна любила всех своих детей. Но при этом она являлась еще и императрицей, которая понимала, что должна обеспечить своему старшему сыну, будущему императору, безусловное лидерство, в том числе интеллектуальное. Она все время имела возможность наблюдать рядом со своим мужем его младшего брата – блестящего и талантливого великого князя Константина Николаевича, которого молва постоянно прочила в императоры. Достаточно широко было распространено мнение, что Константин умнее и лучше подготовлен к правлению. Повторения этой ситуации она и стремилась избежать.
Несмотря на положение Александра II, негласная конкуренция между братьями существовала всегда. В общественном сознании твердо сложилось мнение о существовании так называемой «партии Константина», с которой отчасти связывали покушения на старшего брата. Поэтому Мария Александровна, тщательно занимаясь старшим сыном, «с некоторой ревностью относилась ко второму, словно опасаясь вреда от сравнений при одинаковой подготовке обоих братьев. Вероятно, не без влияния Марии Александровны при дворе сложилось скорее неблагоприятное мнение об Александре Александровиче. Его считали неразвитым, неодаренным, неутонченным, упрямым и непокладистым»320.
По мере взросления мальчиков их дневное расписание корректировалось. Перечень уроков теперь включал: два урока Закона Божия, два урока русского, французского, английского и немецкого языков, два урока математики, рисования и верховой езды. По одному часу отводилось на историю, географию, чистописание, фехтование и «фронтовое» учение. Особое внимание уделялось физической подготовке, поскольку на гимнастику выделялось шесть часов в неделю.
Таким образом, с осени 1856 г. классы ежедневно занимали три часа, и примерно столько же мальчики занимались приготовлением уроков. Остальное время отводилось на физические упражнения и прогулки. Обязательно практиковались беседы с носителями языка. Всего вместе набиралось 45 учебных часов в неделю321.
Кроме этого, императрица Мария Александровна, определяя стратегию высшего образования своих сыновей, и прежде всего старшего, в 1856 г. привлекла авторитетных для нее людей, которые составили альтернативные образовательные проекты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
