Ламар, понуро стоявший в задумчивости, буквально просветлел лицом. "Это похоже на правду, сэр, а зная о вашей известной глубине суждения в политических вопросах, это, скорее всего, так и есть."
"Вы мне льстите, сэр," - сказал Бенджамин, сделав польщенное выражения лица, но это, подумал Ли, было очередной его игрой. Увидев в действии тактику Бенджамина, он был более чем согласен, что бывший секретарь не зря заслужил свою репутацию изощренного государственного политика.
Конгрессмен Гартрелл спросил: "Как обстоят дела с действиями против бунтарей, сэр?"
"Не так хорошо, как хотелось бы," - ответил Ли. "Ривингтонцы малочисленны, но обладают преимуществом в полтора века прогресса в технике, прогресса, которого у нас нет. Автоматы, которые они предоставили нам для использования против Соединенных Штатов, являются одним из примеров такого прогресса; но к несчастью, мы обнаружили, что это только лишь один из примеров. На данный момент ривингтонцам в целом удалось сохранить свои позиции, которые они захватили, когда начались боевые действия после 4 марта. Если бы не АК-47 в нашем арсенале, я боюсь, что им, возможно, удалось бы сделать гораздо больше, чем просто удерживать эти позиции."
Он остановился, став хмурым и почти свирепым, как недавно сенатор Вигфолл. Длинноствольные, крупнокалиберные многозарядные автоматические устройства, используемые мужчинами из Ривингтона, были настолько эффективны, насколько AK-47 превосходили винтовки Спрингфилда. Кроме того они минировали поля перед противником; после того, как нескольким солдатам оторвало ноги, их товарищи заметно менее охотно шли вперед.
"Но нам ведь удастся, в конце концов победить их?" - с тревогой спросил Гартрелл.
"Если мы победили Соединенные Штаты, сэр, мы непременно одолеем небольшую группу бунтарей." Ли хотелось бы большей уверенности в своих словах.
***Пули свистели в нескольких футов над головой Коделл, очередь прошла слева направо, а затем снова справа налево. Овраг, в которой он лежал, был всего где-то в ста ярдах от стрелка. Так продолжалось уже целый день. И непонятно было, что теперь делать дальше. Несколько выстрелов наугад могли только помочь врагу определиться с их точным местоположением, чем навредить ему. Кроме того у ривингтонцев еще были винтовочные гранаты - те, что они применяли в окопах под Вашингтоном. Коделлу совсем не хотелось, чтобы они обрушились на него. Он повернулся к лежащему рядом с ним в овраге Генри Плезанту.
"Мы даже не можем высунуться, не то что пройти вперед," - сказал он, удрученно. Плезант кивнул; стоило им только приподняться, и они были бы убиты. Коделл махнул рукой в другом направлении. "И вернуться у нас не получится." Выживших вместе с ними оставалось восемь или девять солдат, а было в два раза больше. Плезант снова кивнул. Коделл сказал: "И что нам теперь делать? Я вообще не представляю, черт побери."
"Если бы я был один," - сказал Плезант. "Может быть, тогда ночью…" Он замолчал, поморщившись. Ночью тоже стреляли, ривингтонцы могли видеть в темноте, как кошки. И даже если бы это было не так, используемое врагом чудовищное автоматическое оружие зацепило бы их пулей так или иначе. Пули просто сметали все живое. "Самое подходящее название для этих чудовищ - пулеметы," - сказал он, - "Крупнокалиберные пулеметы."
Лежащая в паре метрах от них Молли Бин сказала: "Ни вперед, ни назад." Она вытерла лоб рукавом. Поскольку тот тоже был грязным, это ей мало помогло. Но для Коделла она по-прежнему оставалась красавицей. И лучше было бы ей быть подальше от боевых действий. Он боялся за нее, но она не позволяла Коделлу отослать ее в тыл.
Он сказал: "Мы не можем пробраться сверху: деревьев там мало, и нас быстро перестреляют, и мы не можем пробраться снизу, потому что мы не кроты".
Он говорил это просто так, без всякой цели. И чуть не подпрыгнул, когда Генри Плезант повернулся и стукнул его в плечо. Не подпрыгнул лишь потому, что это было опасно. Глаза Плезанта сверкнули на грязном лице. "Дьявол, так говоришь снизу тоже нельзя?" - сказал он, - "Как бы не так!" Его голос дрожал от волнения.
"А? Ты о чем?" - сказал Коделл.
"Снизу пройти можно," - сказал Плезант нетерпеливо, как будто разговаривал с глупым ребенком. Когда Коделл все равно не понял, он стал объяснить дальше: "Нейт, ведь я же был горным инженером, помнишь? Если мы пророем тоннель отсюда до этого пулемета, заложим там заряд пороха, и подорвем его на расстоянии… Мы можем сделать это, я клянусь, можем взорвать их к чертовой матери. Земля здесь мягкая, овраг скроет наши работы от ривингтонцев, так что мы… Я не сумасшедший, Нейт; клянусь Всемогущим Богом, я пока еще не сошел с ума".
"Вот это да…" - медленно и с удивлением сказал Коделл. Из-за непрерывного обстрела, убраться подальше от этих чертовых пулеметов в их ситуации было бы всего лишь причудливым способом покончить с собой, если… Коделл мысленно увидел, как орудие и стрелок взлетают в воздух. Ему так понравилось увиденное, что он не сразу вернулся в реальность.
Плезант чувствовал себя рыбаком с рыбой на крючке. "Я знаю, как это можно сделать, Нейт. Если мы сможем привести сюда Ллойда и Эндрю - они ведь бывшие шахтеры, ты не забыл? - и еще немного людей, которые умеют копать - ты же найдешь таких? - и доставить инструменты и древесину для крепежа тоннеля…"
Он начал загибать пальцы, перечисляя то, что ему было нужно, как будто он удобно расселся в горной конторе, а не сидел на корточках в сухом овраге. Наконец, заваленный потоком информации, Коделл поднял руку.
"Ладно- ладно, я сдаюсь -ты меня убедил. Но ведь я просто сержант, ты помнишь?" Он указал на нашивки на рукаве. "Я не могу дать тебе все, о чем ты говоришь. Нужно возвращаться к капитану Льюису. Если ты убедишь его в своей идее, а так оно и будет скорее всего, то получишь шанс попробовать."
"Пошли." Плезант повернулся и начал сползать вниз в овраг. Коделл уцепил его за лодыжку. "Генри, ты только что клялся мне, что ты не сошел с ума, а получается, что ты мне наврал. Если хочешь живым добраться до капитана Льюиса, не нужно топать вот так вот сразу. Вспомни, где ты находишься. Мы попытаемся выйти с наступлением ночи. А пока сиди и не дергайся". Плезант смотрел на него с негодованием. А Коделл продолжал: "Ты что, прямо сегодня собрался рыть?"
Его друг выдавил стыдливый смех. "Извини. Ты больший реалист, чем я, это точно. Но когда мне на ум приходит что-то вроде этого, я готов буквально на все, чтобы начать немедленно, независимо от того, что у меня сейчас есть."
"Я понимаю тебя." Коделл вспомнил, что из-за своего стремления улучшить производство работ, невзирая на сложившиеся традиции на юге, его друг потерял свою работу на железной дороге.
