Его прикосновение сводило с ума. Почему он не уйдет? Почему она сама не уйдет?
– Эти слухи, – упрямо продолжала Эрин, думая, что, подслушав контрабандистов, она оказалась в гораздо большей опасности, – я… мне кажется, Белизэр справлялась с ситуациями и похуже.
Боже милостивый, он отведет когда-нибудь глаза с ее губ?!
– Тиг, ты меня слушаешь? – Ее голос перешел в жаркий шепот.
– Да, Эрин. Да, конечно. – Он поднял глаза. – Повтори еще раз, пожалуйста.
– Белизэр.
Она поперхнулась на полуслове, когда он неожиданно просунул палец ей в рот и коснулся кончика языка.
– Белизэр…
Тиг медленно покачал головой.
– Моя имя, Эрин. Повтори еще раз мое имя.
У нее вырвался протяжный вздох, и с ним улетучились последние остатки здравого смысла.
– Тиг!
– Да, дорогая.
Он просунул палец глубже, легонько прижимая сверху ее язык. Эрин судорожно сглотнула слюну, сомкнув губы вокруг пальца. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь, низ живота сладко заныл, мышцы напряглись, тело пронзило предчувствие наслаждения.
– Так, мой ангел. Попробуй меня на вкус.
Она провела языком по его пальцу. Тиг тихо застонал.
Точное попадание.
Эрин плотно сжала бедра, стараясь унять ноющую боль.
Тиг наступал на нее, оттеснял ее назад, пока она не прижалась спиной к дереву.
Опершись одной рукой о дерево над ее головой, Тиг медленно вытащил палец. Завораживая ее взглядом, так же медленно сунул мокрый палец себе в рот.
Эрин закрыла глаза.
– Открой глаза, Эрин.
Нет. Это невозможно. Не сейчас.
Она почувствовала, как его пальцы нежно провели по щеке, зарылись в коротких волосах, легонько сжали темя, слегка запрокидывая голову. Когда теплый влажный палец задержался на виске, она задрожала.
– Эрин!
Как он близко! Слишком близко.
Она открыла глаза.
– Мы не должны этого делать. – Ее голос звучал хрипло и глухо.
– А ты всегда делаешь то, что должна, дорогая?
– Да.
Почему это прозвучало так жалко? Она хотела сказать это с достоинством.
Он приподнял ее лицо за подбородок, так что их губы едва не касались друг друга.
– Но всегда ли ты этого хочешь?
– Тиг… – В ее голосе звучала мольба. Хотя в этот момент она сама не могла бы сказать, о чем именно.
– Хочешь еще раз поцеловать меня, Эрин? Попробовать меня на вкус, как я тебя попробовал?
– Даже если и хочу… – начала было она.
– Да, хочешь, – перебил он ее. – Ты хочешь меня, Эрин.
– Хочу.
Мосты сожжены! Что она наделала?
– Так возьми же то, что хочешь, мой ангел.
О Боже!
– Но…
– Возьми мои губы.
– Я…
– Возьми меня.
6
Эрин потянулась к Тигу и, обхватив его голову, привлекла к себе. У него были теплые, податливые губы. Слишком податливые.
Жалобный стон застрял в горле.
– Поцелуй меня, Эрин, – прошептал он, не отнимая губ. – Не только давай. Бери.
Для нее эта нехитрая просьба была исполнена глубокого смысла. Она раскрепощала, давала право взять то, что хочешь. Взять его.
Быть полновластной хозяйкой своих поступков. Не ждать, пока тебя захотят, чтобы отдаться, не испытывая неловкости. Руководствоваться своими собственными желаниями.
Эрин чувствовала себя на равных, и это было чертовски приятно.
– Иди сюда, – прошептала она и, еще ближе притянув его голову, властно завладела ртом. Боже, какой красивый рот. Четко очерченный, с чуть припухлой нижней губой. Мужчина с губами куртизанки. Чувственными, соблазнительными, созданными для наслаждения. Она легонько захватила восхитительную нижнюю губу, получая свою долю.
Тиг глухо застонал, и она с такой силой прикусила его губу, что едва не испытала оргазм.
– Боже мой, Тиг, – выдохнула она, не отпуская его. Дрожа от возбуждения, Эрин просунула язык ему в рот, пробуя на вкус.
Он слегка наклонил голову, глубже втягивая ее язык. Руки медленно заскользили к бедрам.
Эрин почувствовала, что у нее подкашиваются колени. Не отнимая рта, Тиг обнял ее за талию и потянул к себе.
Эрин сжала его голову руками. Желание становилось нестерпимым.
Когда он с силой прижал ее к себе, они оба застонали. А затем поцелуй изменился.
Теперь Тиг завладел ее губами и вложил язык в рот, продолжая прижимать ее бедра к своим.
Никогда в жизни Эрин не испытывала с мужчиной ничего подобного. Пока не встретила Тига Комо.
Отпустив ее рот, Тиг, тяжело дыша, поднял глаза и посмотрел на нее.
Они оба стояли, не отрывая друг от друга взгляда. Над Байю Брюно занимался рассвет.
Эрин не могла отделаться от чувства, что все изменилось и уже никогда не будет прежним. Интересно, испытывает ли он то же самое?
– Эрин…
– Нам пора идти, – перебила его Эрин, не дав договорить.
Она внезапно испугалась. Панически испугалась того, что он собирался сказать. Его чувств. А еще больше своих.
– Я должен вернуться. А ты…
Он провел большим пальцем по ее еще влажным губам, и она затрепетала от наслаждения.
– Мы еще встретимся, Эрин Макклюр. И не раз.
– Тиг, – снова взмолилась она.
Уйти, бежать как можно скорее. Ее мир стремительно рушился на глазах, и ей отчаянно нужно было побыть одной, чтобы во всем разобраться.
Эрин догадывалась, что он без труда читает ее мысли, и от этого чувствовала себя незащищенной и уязвимой. Не говоря ни слова, Тиг медленно отстранился. Но едва она с облегчением перевела дух, он поднял палец, которым водил по ее губам, и сунул его себе в рот.
– О Боже, – прошептала она.
– Здесь он тебе не поможет, дорогая. – Тиг опустил руку и еще немного отодвинулся. – На болотах я – твоя единственная надежда.
Он отвернулся и пошел прочь. Мощный, широкоплечий, гордый.
Эрин смотрела ему вслед.
Что несет ей этот человек? Избавление или грех?
По правде сказать, ей хотелось и того и другого.
– Вчера все прошло гладко?
Только когда в лабораторию заглянул Маршалл, Эрин вспомнила о подслушанном случайно разговоре двух заговорщиков в ночном лесу. До этого момента мысли о Тиге вытеснили все остальное.
Сейчас в душе снова шевельнулись неприятные подозрения.
Усталая и сбитая с толку, Эрин вымученно улыбнулась Маршаллу.
– Лучше, чем я могла надеяться. Насколько я понимаю, ты говорил с Тигом.
Маршалл выдвинул табуретку и сел. Как всегда, он выглядел изысканно небрежным. Эрин поймала себя на том, что ищет сходство между этим беспечным светловолосым человеком, сидевшим перед ней, и его эксцентричным темнокожим братом.
– Нет, но в Брюно вести распространяются быстро. О твоем визите к Белизэр все уже наслышаны.
Эрин удивленно вскинула брови, хотя, по правде говоря, удивляться было нечему.
