Луция. — Ну, так тому и быть. И всё — таки, когда ты нас освободишь?
— Завтра. Нам нужно поехать в город по делам, заодно и ваш вопрос решим. Моё слово крепкое!
— Вот и проверим, Луций Апр — рука Апры соскользнула с моей головы и неспешно прошлась по моему плечу. — Проверим, насколько ты крепок в своём слове. И не только в слове…
— А теперь, хозяин, отправляйся к столу, там ещё наши продолжают посиделки, а мы тут всё подготовим к празднику и позовём тебя — Луция со своей стороны прикоснулась к моему плечу. — Иди, а мы приготовим праздник — тебе и всем нам.
Догадаться было нетрудно, что надумали девчонки. И всё — таки меня обдало жаром ожидания чего — то приятного и неизведанного.
Я вышел из дома и присоединился к нашим мужчинам за столом, которые попивали вино и рассказывали всякие истории, связанные с женщинами. Хорошо, что их жены разошлись по своим домашним делам и не слышали этих мужских разговоров, большая часть из которых были просто красивыми, будоражащими воображение, но никогда не реализованными сексуальными фантазиями.
Луция и Апра неутомимо носили в дом воду, дым из очага валил в быстро темнеющее вечернее небо.
— Ого, Луций, ты заставил своих рабынь уборку делать на ночь глядя. Не жалеешь ты их совсем, загонял по работам — гудели мужчины, попивая вино.
Подошла Луция, когда уже почти совсем стемнело:
— Хозяин, пошли в дом, нам помочь нужно.
— О! — засмеялись мужчины. — Иди, Луций, работу принимай!
— А — ну, рот закрыли, бездельники! — шикнула на них Луция. — Вот, я вас сейчас!
Мужчины прекратили свои шуточки — все знали суровый нрав Луции, а некоторые знали и её тяжёлый кулак.
Я попрощался и пошёл вслед за Луцией. Честно говоря, мне было не до праздника и я с удовольствием бы лёг спать.
Но, мои женщины решили иначе…
— Сатурналии* — Праздник в Древнем Риме проводился ежегодно 17 декабря — время, когда приходили к концу земледельческие работы и все стремились к отдыху и веселью в связи с окончанием жатвы. В этот праздник рабы как бы уравнивались в правах с господами в воспоминание существовавшего при Сатурне всеобщего равенства
Глава 12
Мы любили друг друга в этот вечер, и в эту ночь так вкусно, самозабвенно и без устали, словно в последний раз. Это было прекрасно!
А утром, мы отправились в Брундизий С собой я взял Марка — мне нужно было переговорить с префектом, чтобы он помог парню призваться в легионеры этой осенью.
Мы все были хорошо вооружены, кроме Луциллины, разумеется.
Я ехал с Луцией и Апрой в передней повозке, а Марк с Луциллиной во второй повозке. Везли с собой полотно, которое наткали женщины Ориенталии. Это на продажу. Марк знал торговца на рынке в городе, который всегда брал наше полотно и платил за него достойную цену. По крайней мере, поездка принесёт для моих домашних хоть какую-то пользу.
Мы с девчонками говорили мало — они откровенно дремали в свежем сене — умаялись за ночь. Зато Марк с Луциллиной, болтали без умолку, и смеялись. Я заметил, что молодые люди неровно дышат друг к другу с первых дней знакомства. И мне даже пришлось переговорить с Марком, чтобы он достойно относился к девчонке, а не то я буду очень зол, да и сестра Луциллины может и нож в бочину сунуть, если девочку кто попробует обидеть. А Луция девушка серьёзная, долго церемониться не будет.
Доехали до города без всяких приключений, слава богам. Да и желающих сунуться к четверым вооружённым до зубов путникам, думаю, было бы немного. Как я понимаю, префектура и солдаты хорошо проучили бандитов, особенно, если судить по многочисленным крестам с распятыми, вдоль дороги. Хватит надолго.
В городе опять остановились в таверне «Три мурены», оставили мулов и повозки на дворе таверны и все отправились по своим делам: я с девушками направились к префекту Юнию, а Марк — на рынок с полотном.
— Луций, ты не передумал нас отпускать? — совершенно серьёзно спросила Апра, когда мы уже подходили к зданию городской магистратуры. — А то мы с Луцией вчера ночью дали тебе возможность побывать в Элизиуме*. А вдруг, ты захочешь, чтобы так было всегда и не отпустишь нас?
— Хороший вопрос, Луций! — поддержала Апру Луция. — А ты, Луциллина, не слушай, о чём взрослые говорят. Вон, погляди, какой ослик разукрашенный ленточками идёт!
— Какой ослик?! Какие ленточки, Луция! — рассмеялась Апра. — Ты никак не хочешь отпустить от себя Луциллину, а она, между прочим, в свои тринадцать лет, уже замуж имеет право выходить. А ты ей про осликов и ленточки рассказываешь. Видела, как Марк неё смотрит? Да и Луциллина в ответ звёзды ему бросает, даже меня пробирает?
— Да вижу я всё прекрасно — насупилась Луция.
— Эй, девчонки, не задирайтесь! Сейчас к префекту заходим. Скромные улыбки наденьте, и глаза потупили, а то Юний большой знаток людей, может и палки в колёса нашему делу поставить.
— Какие палки? — напряглась Апра.
— Какие, какие?! Сам не знаю. Юний такой — может улыбаться и тут же на плаху отправить. Короче — отвечайте на вопросы коротко и понятно, и не лезьте со своими вопросами. Ведите себя как скромные и добродетельные рабыни…
— А мы такие и есть, хозяин. Скромные и добродетельные. И ни на секунду не развратные извращенки, как ты себе представил. Мы умеем вести себя в приличном обществе, не волнуйся. — добавила Луция.
Префект Юний принял нас с распростёртыми объятиями. Обнял меня, а моих рабынь поприветствовал коротким кивком.
Я изложил ему суть проблемы.
— Да не вопрос, брат Луций! Я поддержу тебя в этом решении. Тем более, что ты, как ветеран военной службы освобождён от налога на отпуск рабов, так что это удовольствие будет для тебя совершенно бесплатным. Правда, чудаком большим прослывёшь среди соседей, но это уже их проблемы. Давай отойдём немного, есть вопросы.
Мы отошли в дальний угол большой приёмной и встали
