— Мы сможем это решить, — неуверенно начала Тонкс. – Скажем, что это было Заклятие Подвластия или что‑нибудь…
— А что будет с Поттером, тем, который я? Лорд убьет меня, но потом быстро поймет, что убил не того.
— Думаешь, он будет сентиментально хранить бездыханное тело Гарри четыре часа? – язвительно поинтересовался Сириус.
— Моя Метка не исчезает даже под действием Всесущного зелья, — сообщил Снейп. – Я уже прокололся на этом с мисс Грейнджер.
— Северус, в наши планы вообще не входит, чтобы тебя убили, — заверил его Дамблдор.
— Может, вы поведаете мне, директор, что именно входит в ваши планы, чтобы избежать этого? – наверное, только Дамблдор уловил в тоне горечь. Снейп устремил на него вопросительный взгляд, на несколько мгновений застывая у диванчика.
— Мы что‑нибудь придумаем.
— Существуют чары, которые позволяют дублировать портключ, — неуверенно высказалась Гермиона. – Можно послать вдогонку Авроров.
— Дельная мысль, — похвалил Муди. – А девчонка соображает!
— Думаете, Лорд не догадается, как возник дубликат портключа? – с сомнением в голосе спросил Северус, даже не взглянув на Гермиону.
— А ему не обязательно знать, что это был портключ. Мало ли какие новые штучки у Авроров, — убежденно заявил Шизоглаз. – Он, конечно, может что‑то заподозрить, но он не будет уверен.
— Есть еще одна вероятность, — нахмурившись, сообщил Снейп. – Темный Лорд может призвать меня. Еще до того, как что‑либо сделать с Гарри. До того, как успеют появиться Авроры…
— Тогда больше подходит вариант с арестом, — перебила Тонкс. – Это объяснит, почему вы не сможете явиться на зов.
— Может, вы дослушаете меня, несносная девчонка? – раздраженно бросил Снейп, резко оборачиваясь к ней. Тонкс ойкнула, чуть не свалившись с кресла: страх перед профессором зельеварения у нее еще не прошел. – Когда он призовет меня, Метка активизируется, и он это почувствует. Он все поймет, и тогда…
Он не закончил, но все присутствующие внутренне содрогнулись, представляя, что может сделать Волдеморт за подобное предательство.
— А нельзя вообще этого не делать? – почти без надежды поинтересовалась Гермиона. – Черт с ним, со шпионажем. Профессор слишком рискует. Оно того не стоит.
— Конечно, мисс Грейнджер, мы можем просто это проигнорировать, — сухо ответил ей Снейп, наконец, поворачиваясь к ней лицом. Под его тяжелым взглядом Гермиона вся сжалась. – Я могу просто закрыться у себя в подземельях, медленно сходя с ума от жжения в моей Метке. Впрочем, я всегда могу отрубить себе руку. Зачем Мастеру Зелий левая рука? — ядовито закончил он.
— Есть идея получше, — подал, наконец, голос Поттер. – Я пойду к Лорду сам. Если он вас призовет, то вы сможете явиться без угрозы для своей жизни. Вы будете чисты перед ним.
— Нет, Гарри, это невозможно, — чуть ли не в один голос заявили мистер и миссис Уизли, Люпин, Блэк и МакГонагал.
— Это опасно, — уточнил Блэк за всех.
— Но Авроры…
— Авроры могут не успеть, Гарри, — обеспокоено объяснила Молли.
— Постойте, — вклинилась Гермиона. – Секунду назад это было хорошей идеей, когда идти должен был профессор Снейп.
— Ну, так то Снейп, а то Гарри! – многозначительно изрек Блэк.
Северус прикрыл глаза. Не стоило давать возможность кому‑то увидеть их. Поскольку его лицо в данный момент было обращено к Гермионе, только она успела заметить мелькнувшую в них тень. Это было похоже на… обиду. Да, наверное, это была обида. Снейп снова отошел к облюбованному окну, повернувшись к собранию спиной: так никто не сможет увидеть его лицо, и оно не сможет выдать его чувств.
«А ты что, думал здесь кому‑то есть дело до твоей жизни? – ожил внутренний голос. – Разве что Дамблдору».
Но даже Дамблдор молчал. Молчали все. С одной стороны, голос Блэка позволял принимать сказанное за шутку или, на худой конец, иронию, но с другой, все прекрасно понимали, что каждый в этой комнате был готов отдать жизни десяти Северусов Снейпов за одну жизнь Гарри Поттера. Ну, или почти каждый. В гнетущей тишине профессор зельеварения неожиданно для себя услышал звенящий от напряжения голос Гермионы Грейнджер.
— И что это должно значить?
— Герми, расслабься, — попытался успокоить ее Сириус.
— Сириус, не надо, — голос Гарри потонул в следующих словах Блэка:
— Это всего лишь Снейп.
— Всего лишь? – переспросила Гермиона, вскакивая со своего места. Ее обостренное чувство справедливости не позволяло так это оставить. А может, это было нечто большее, чем просто чувство справедливости. – Всего лишь Снейп? – повторила она. – И что, вы все промолчите на это? Вам всем на него наплевать? Всего лишь Снейп… Он что же, по–вашему, не человек?
— Гермиона… — Молли Уизли попыталась применить свой «материнский» тон, который всегда останавливал ее сыновей. Но на Гермиону Грейнджер он не сработал.
— Он ведь один из нас, — с жаром продолжала она, переводя взгляд с одного члена Ордена на другого. – Он на нашей стороне! Он такой же член Ордена Феникса, как и все вы. Он рискует жизнью каждый раз, отправляясь к Темному Лорду, рискует ради вас, а вам наплевать на него? – она почти кричала, что шокировало всех присутствующих: мисс Грейнджер никогда не кричала на старших.
— Гермиона, он Пожиратель, — попытался вразумить ее Сириус. – Ты защищаешь его, а знаешь ли ты, что он и его дружки делали с такими, как ты?
— Я учила историю, мистер Блэк, — почти прошипела она, резко повернув к нему лицо. Сириусу показалось, что в этот момент она о–о–очень ему кого‑то напомнила. – Я знаю, чем занимались Пожиратели. Знаю это точно так же, как то, что профессор Снейп уже больше 17 лет им не является.
— Что, в сущности, ничего не меняет, — пренебрежительно высказался Сириус, с неприязнью глядя в спину Снейпа, который, казалось, вообще не обращал внимания на происходящее, словно его это и не касалось.
— Это все меняет! Да, он совершил ошибку когда‑то. Да, он, наверное, не самый приятный в мире человек, — тон Гермионы от бунтарского перешел к очень уставшему. При этом в голосе ее слышалась такая боль, что большинству присутствующих стало понятно: дело здесь далеко не в обостренном чувстве справедливости. – Но неужели он своими дальнейшими действиями не заслужил ничего большего, чем ваше презрение? Неужели вам трудно относиться к нему, как человеку, а не как к грязи? Директор, — она повернулась к Дамблдору, — почему вы молчите? Вы же всегда его защищали, почему же сейчас вы молчите?
— Думаю, у Северуса я теперь не один защитник, — с мягкой улыбкой ответил ей Альбус. – Вы прекрасно справляетесь, мисс Грейнджер.
— Да, и хотел бы я знать, чем ты ее так напоил, что она стала твоей поклонницей, Сопливиус? – проворчал Блэк.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
