Полицейский, уже входивший в управление, увидел, что Мейсон усаживает миссис Тейлман в такси, развернулся и направился и машине.
Мейсон захлопнул дверцу и сказал водителю:
– Давай, приятель, жми на газ.
Через несколько кварталов Мейсон снова заговорил:
– Остановитесь у ближайшего отеля, где есть свободные места.
– Как скажете, сэр.
Мейсон повернулся к миссис Тейлман:
– Я не хотел бы оскорбить ваши чувства в такой момент, но мне просто необходимо кое-что узнать.
– Последние четыре года мои чувства оскорбляют так часто, что иногда мне кажется, будто их совсем не осталось.
– Вот отель, – сказал водитель.
– Отлично, – ответил Мейсон, – сворачивайте.
Таксист послушно свернул на подъездную дорожку.
– Делла, договорись с администратором, – сказал Мейсон. – Заплати, сколько нужно. – Адвокат вручил шоферу пятнадцать серебряных долларов. Этого достаточно?
Шофер широко ухмыльнулся и коснулся рукой козырька кепки:
– Конечно. Мы в расчете.
Чуть позже они устроились в уютном номере, и Мейсон обратился к миссис Тейлман:
– Не могли бы вы рассказать, что случилось?
– С чего начать?
– Издалека, – ответил Мейсон.
– Мне не хотелось бы говорить о своем разводе, – начала Карлотта. – Я была такой дурочкой. Не знаю, почему женщина упускает мужа при таких обстоятельствах. Может, из-за оскорбленной гордости? Я не могла соревноваться с той женщиной. А когда пришла в себя, решила, что буду бороться. Ничто не может остановить женщину, полную решимости добиться своего. Я не хочу сказать, что время можно повернуть вспять, но можно воспользоваться тем оружием, которое получено от природы, очень остро отточив его.
– И вы стали оттачивать оружие? – спросил Мейсон.
– К сожалению, слишком поздно. Но я не собираюсь сдаваться. И, когда Морли захотел встретиться со мной по делу, я решила показать ему свой арсенал.
– Он сам к вам обратился? – спросил Мейсон.
– Ко мне обратился адвокат.
– От его имени?
– Я поняла, что он представляет Морли, хотя он и сказал, что его клиент другой человек.
– Когда это было?
– В конце прошлой недели. Он сказал, что хотел бы купить мои акции или право распоряжаться ими по доверенности. Второй раз он пришел сегодня.
– Что вы ему сказали?
– Что акции не продаются, а что касается доверенности, это во многом зависит от того, кто хочет ее получить.
– Адвокат сказал, что это ваш бывший муж?
– Нет, открыто не сказал. Сказал, что время дорого и клиент предпочитает держаться в стороне. Я предложила ему дать мне сто долларов, чтобы доказать серьезность намерений и покрыть расходы, и сказала, что вечером отправлюсь в Лас-Вегас и его клиент может встретиться там со мной и все обсудить. Он дал мне денег на расходы, и я приехала сюда. Я надеялась, что Морли приедет один.
– Кто-нибудь другой пытался получить ваши акции?
– Многие. За последние три недели звонили несколько человек, называвшие себя брокерами.
– Они хотели купить акции?
– Не столько акции, сколько доверенность, чтобы получить возможность голосовать.
– Какая сумма интересовала вас в сделке с вашим бывшим мужем?
– Единственное, что меня интересовало, это он сам.
В дверь постучали.
Мейсон встал и открыл дверь. На пороге стоял полицейский.
– Знаете, мистер Мейсон, вы можете быстро надоесть здесь, в штате Невада.
– Эта женщина – свидетель, – ответил Мейсон. – Она уже была в полицейском управлении и дала показания. Вы с ней закончили.
– Это вы так считаете, – возразил полицейский. – На самом деле это вы с ней закончили. У меня есть приказ проводить вас в аэропорт.
– А если я не поеду? – поинтересовался Мейсон.
– Как хотите, – сказал полицейский. – Но, в таком случае, советую вам быть крайне осторожным и не нарушать ни одного из правил нашего штата. Мы не хотим, чтобы с вами что-нибудь случилось, и будем внимательно наблюдать за вами. Если вы нарушите хоть одно из правил, а их у нас великое множество, у вас будут серьезные неприятности.
– Не беспокойтесь, – заверил его Мейсон. – Мы уезжаем.
– Вот и отлично, – сказал полицейский. – Мы вас отвезем в аэропорт.
11
Бледный от усталости, с выступившей на подбородке щетиной, Пол Дрейк все еще работал у себя в кабинете, когда в половине четвертого утра к нему вошли Мейсон и Делла Стрит.
– Узнал что-нибудь, Пол? – спросил Мейсон.
– Не слишком много, – сказал Дрейк. – Тело нашли в горах, в Палмдейле. Это местечко, которое купил Тейлман. Там есть контора – домик с высокой крышей. Тело найдено там.
– Как он был убит?
– Застрелен. Тридцать восьмой калибр, прямо в сердце.
– Орудие убийства обнаружено?
– Нет.
– Есть какие-нибудь следы?
– Вполне достаточно. Ночью лил дождь. Еще до дождя туда приехали две машины – кадиллак Тейлмана и форд Дженис Вайнрайт. Дождь намочил землю. По мокрой земле шел лишь один след – от автомобиля Дженис Вайнрайт. Можешь догадаться, что произошло. Тейлман собирался ехать домой. Когда он ушел от мистера Троя, Дженис Вайнрайт, выглядящая на миллион долларов, последовала за ним на автостоянку. После того как он позвонил жене...
– Одну минутку, – перебил Мейсон. – Я очень подозрительный человек. Откуда мы знаем, что он звонил жене?
– Он вошел в телефонную будку и воспользовался своей кредитной карточкой. Этот разговор зарегистрирован.
– Он позвонил жене и разговаривал с ней?
– Да. По крайней мере ему ответили.
– Одной тенью меньше, – заметил Мейсон.
– Что ты хочешь сказать?
– Трой видел тень стройной женщины. Каждый, кто видел жену Тейлмана, не мог не запомнить ее фигуры. Я думаю, что она последовала за мужем в Бейкерсфилд.
– В таком случае кто-то ответил по телефону вместо нее.
– Рассказывай дальше, Пол.
– Все, рассказывать больше не о чем, Перри. Ты сам все понимаешь. Ливень загнал в ловушку твою клиентку. В этом домике есть кровать. Очевидно, Тейлман не раз оставался там, а возможно, и твоя клиентка тоже. Тейлман сказал жене, что едет на деловую встречу, а сам побрился днем и надел свежий костюм. Скажи, человек, которому нужно ехать сто миль на деловую встречу, будет делать все это? Да никогда в жизни! У него было свидание с Дженис Вайнрайт. Они поссорились. Она убила его и смылась с деньгами.
– Это мы еще посмотрим, – вздохнул Мейсон. – А что в прокуратуре? Будет предварительное слушание?
– Никто не знает, – ответил Дрейк. – Но не думаю, потому что они рассылают судебные повестки.
Телефон на столе резко зазвонил. Дрейк поднял трубку и сказал:
– Алло!
