– Скучно сидеть весь день на вилле, – пожаловалась Марина, похлопав накладными ресницами.
Прадов хотел нахмуриться, но удержался и вопросительно вскинул бровь.
– Ну… нас же теперь не пускают в город, – пояснила девушка.
Чуть не хмыкнула, ковыряя свой завтрак.
– Но вас пускают на море, – заметил «принц». – Неужели совсем нечем заняться? – спросил и хитро посмотрел на меня. И мне не нужно поднимать головы, чтобы ощущать этот взгляд.
– Мы готовили подарки, – выкрутилась Лена. – Ты посмотришь?
Мужчина задумался, продолжая разглядывать мой профиль.
– А давайте вы сложите их в одну кучу так, чтобы я не видел, а я попробую угадать, где чей?
Ой, массовик затейник! Девочки сейчас от восторга заикаться начнут.
«Принц» поднимается и отворачивается. Участницы подрываются и складывают на столе перед ним свои сувениры в пакетиках и мешочках. Плохо, что Прадов уже видел мою коробку.
Быстро прячу её под стол, хватаю вафельное полотенце и заворачиваю свой подарок в него. Подхожу последней и кладу «сюрприз» под остальные подарки.
– Посмотрим, что тут у нас, – мужчина изображает живой интерес. Он, правда, есть: глаза рыщут по этой куче, мечутся от одного пакета к другому, ищут. – Алиса, а вы не хотите положить свой подарок, – кивает на коробку, как бы ему всё равно.
– Он уже там, – невозмутимо открываю коробку и демонстрирую пустоту.
Прадов беззвучно смеётся и откидывается на стул.
– Хорошо. Приступим, – теперь мужчина улыбается естественно. Виден азарт, с каким он разворачивает подарки.
– Оригами, – странно выдыхает, разглядывая птичку, словно вспомнив что-то. – Думаю, это Лена, – улыбается мужчина и пристально смотрит на блондинку.
– Это нечестно, – кокетничает девушка. – Угадал.
– О-о, самодельная открытка. Очень интересно, – Прадов разворачивает изделие, его брови ползут вверх. – Даже не знаю… Лида, наверно.
– Света, – смущенно улыбается шатенка.
Потом был кулон из верёвки и серёжки. Нашлось и печенье от Снежаны.
Мужчина откопал полотенце и поджал губы, чтобы не рассмеяться.
Медленно, словно боясь, развернул и прикрыл глаза, борясь со смехом.
– Алиса, – выдыхает «принц». Я поджимаю губы и смотрю ему в глаза верно и преданно. – Только не говори, что это…
– Да, – киваю, улыбаясь.
Мужчина глухо смеётся и надевает на руку игрушку для кукольного театра, просовывая пальцы в лапки. Эта смешная собачонка, с лохматыми ушами и стеклянными глазками, у неё даже есть язычок и красный ошейник.
– Можно я не стану звать её Пипи? – обращается Прадов, словно мы одни за столом. Его мало заботят ревностные, вопросительные взгляды: мужчина видит только меня и собаку на своей руке.
– Можно я не стану звать вас Артём Германович? – спрашиваю в ответ, складывая руки под подбородком. – Как вам Пётр Петрович? Или Вениамин Аркадьевич?
Прадов впервые смеётся так естественно, прикрываясь кукольной собакой.
– Ладно! Я понял, – весело выкрикивает и поворачивает игрушку к «аудитории». – При-вет, дев-чонки! Я Пипи! Лучший и преданный друг Артёма. Хотите, я научу вас лаять? – другим голосом кривляется «принц».
Слышатся сдержанные смешки, только Настя недовольно супится и Лена задумчиво ковыряет салат.
– Спасибо вам большое за такие замечательные подарки, – успокоившись, говорит мужчина и тянется за соком, но с игрушкой на руке взять стакан не так-то просто. Усмехается и снимает Пипи. – Сегодня я бы хотел поговорить тет-а-тет… – он выдерживает паузу. – С Алисой, а потом с Леной.
Поднимаю голову и выдыхаю, как бы спрашивая: «Зачем? Ну, зачем? Мы и так говорим постоянно…»
– Пойдём, – безоговорочно отрезает он и поднимается. Я следом.
В дом заходим молча и направляемся в кабинет Славы. Первое что замечаю, никого нет. Нет и камер. Прадов поворачивает ключ в замке и убирает его в карман, а мне предлагает жестом присесть.
Немного напрягаюсь, чувствуя неладное. Но, несмотря на волнение, снимаю сланцы и заползаю в кресло с ногами.
Мужчина устраивается за рабочим столом с большим ноутбуком. Мой взгляд падает на принтер со встроенным сканером.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Я навёл на вас справки, – говорит обманчиво спокойно.
Оо, ну тогда всё ясно. Можно расслабиться. Что я и делаю. Подпираю голову кулачком и смотрю мужчине в глаза.
– Очень интересно, с удовольствие послушаю.
– Не ёрничайте, – серьёзно отвечает Прадов и открывает папку, лежащую перед ним. – После одиннадцатого класса вы пошли работать кассиром в ресторан фаст-фуда. Почему?
– Потому, что в другие места меня не брали без опыта и образования, – отвечаю, что и так понятно.
– Нет. Вы не поняли, – возражает мужчина. – Почему вы пошли работать, а не учиться?
Наигранно округляю глаза.
– Я не пошла учиться, потому что я пошла работать. По-моему всё предельно ясно.
Прадов вздыхает и трёт глаза.
– Знал, что просто не будет, – произносит он и достаёт телефон. – Но вы не обольщайтесь. Я подготовился.
– Я ещё ничего не делаю. Только понять не могу, зачем вам это всё нужно, – равнодушно парирую в ответ.
– Нина, принеси нам какао и пол стакана разведённого виски со льдом, – мужчина отключается и снова смотрит на меня.
– Это и есть ваш план? – иронично вскидываю бровь.
– За три месяца работы, вы трижды становились лучшим работником месяца, а потом перешли сразу в старшие менеджеры.
– Я трудолюбивая, – скромно замечаю.
– Не перебивайте, пожалуйста, – вздыхает мужчина. – Проработав в новой должности всего месяц, вы увольняетесь и устраиваетесь уже в дорогой элитный ресторан итальянской кухни.
– Не такой он и элитный.
– Алиса, – строго рычит мужчина.
– Молчу-молчу, – улыбаюсь и складываю руки на коленях.
– Начали вы с официанта, но уже через два месяца стали администратором. И вот, проработав полгода, вам делают внезапное предложение…
Раздаётся стук в дверь, прервав историю на самом интересном месте. Как много Прадов знает?
Мужчина забирает у Нины поднос и снова запирается.
Беру своё какао, а мужчина делает глоток виски.
– Вам о чём-нибудь говорит фамилия Белинский?
Я не могу не улыбаться. Прадов такой забавный, когда играет в серьёзного мужчину.
– Литературный критик? – вопросительно выгибаю бровь, решив поддержать игру.
– Алиса, – укоризненно цедит «принц».
– Не понимаю, зачем эти «круги», если перед вами лежит папка? – говорю спокойно, но слегка иронично.
– Я проверяю вас, это важно, – признаётся мужчина. – Может, я блефую и в папке информация только о вашей работе.
– Белинский Михаил Родионович, восемьдесят пятого года рождения, по гороскопу лев. Терпеть не может крепкий кофе, предпочитает минеральную воду, ездит на красном «порше» и три раза в неделю посещает фитнес клуб. Полагаю, это ваш конкурент и теперь вы уверены, что я за вами слежу. Так? – теперь я немного волнуюсь.
– Не так, – ровно отвечает мужчина и качает головой. – Миша мой лучший друг с одиннадцати лет. Когда я ему позвонил и спросил про тебя, знаешь, что он сказал?
– Не могу предположить, – развожу руками, хотя какие-то мысли на этот счёт у меня есть.
– Сказал, что потерял очень ценного сотрудника, но впрочем, не жалеет, так как теперь, после твоего возращения с проекта, он сможет закончить одно начатое «дело». Между вами что-то было?
– Нет, – отвечаю честно.
Прадов прищуривается. Он заметно начинает раздражаться.
– Кто остановился первым? – догадывается он.
– Как вы думаете?
– Думаю, ты. Ты. Ты слишком правильная. Только понять не могу, чем тебе не угодил Миша? У тебя могло быть всё…
– … или ничего, – заканчиваю я. – Работа. Моя работа мне слишком дорога была на тот момент. Я не могла по-глупому рисковать, мы были пьяны, не соображали толком. Я потом несколько раз сожалела, что не решилась, но никогда бы не стала использовать Мишу ради выгоды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– А меня, значит, можно? – рычит мужчина.
