Налакавшись молока, Балкис снова ощутила усталость после долгого пути. Она пошатнулась, и троим брауни пришлось поддержать ее. Личи снова позвала Балкис:
— Нет-нет, здесь тебе спать нельзя! Тут на тебя может наступить корова! Тебя могут увидеть крестьянин и его сыновья! Пойдем, киска, нужно пройти совсем немножко, назад, а потом забраться повыше и спрятаться!
Балкис послушно забралась на сеновал и улеглась. Личи заботливо укрыла ее мягким сеном. Глаза у кошки слипались, но Личи успела сказать ей:
— У крестьянина — пять сыновей. Его жена умерла от лихорадки, когда младшему сыну было всего три годика, и без матери семейству пришлось нелегко! Смотри не слезай с сеновала, покуда они с утра не подоят корову и не уйдут по своим делам. Только тогда ты сможешь полакомиться пролитым молоком. А теперь спи, киска. Ты проспишь до нового вечера и проснешься, когда люди уйдут ужинать.
С этими словами она ласково погладила Балкис и спела ей колыбельную. На самом деле, конечно, это была не просто колыбельная, а сонное заклинание.
К сумеркам Стегоман долетел до гор, замыкавших владения пресвитера Иоанна с юго-востока.
— Солнце скоро сядет, — сказал Мэт. — Пора устроить привал.
— И охоту! — выразительно добавил Стегоман. — После полетов у меня зверский аппетит.
— Ну и от свежего воздуха, естественно, — отозвался Мэт. — Как тебе во-он та вершина горы? По-моему, вполне подходящее место для посадки. И безопасное для ночевки.
— Ты про ту, что похожа на чашу посреди зубцов пилы? Да, склоны у этой горки покатыми не назовешь. На такую редкий смертный заберется. Только шибко опытный.
— Опытный альпинист или опытный колдун?
— Вот это ты верно подметил, — хмыкнул дракон и по спирали пошел на посадку. Выпустив ноги, он коснулся когтями камней, а крылья сложил только после того, как Мэт спешился. — Надеюсь, у тебя в мешке есть дровишки, а в бурдюке — водичка?
— Все есть. И древесный уголь, и вода. Я так и думал, что нам придется ночевать в не самых гостеприимных местах. — Мэт вытащил из мешка припасы и принялся разводить огонь. — Я даже строганины захватил и сухарей.
Стегоман поежился.
— Спасибо, я предпочитаю тепленькое и свеженькое мясо.
— Ну, это пожалуйста — если разыщешь в разделанном виде. А если нет — можешь поужинать парой барашков.
— Да и оленем было неплохо подзакусить, — согласился Стегоман. — Но боюсь, придется удовольствоваться горными козлами.
— А они не слишком аппетитны, — посочувствовал ему Мэт.
— Ничего, сойдет для сельской местности, — ответил Стегоман и плотоядно облизнулся. — Ладно, поглядим, что тут за живность бродит в окрестностях. Приятного тебе аппетита, маг.
Дракон сорвался с кручи, немного помедлил и, набрав скорость, резко спикировал вниз. Мэт ахнул от волнения, хотя знал, что воздушная среда для Стегомана так же естественна, как для птиц. И все же, когда дракон вновь появился над вершинами гор, Мэт облегченно вздохнул и полюбовался тем, как его старый приятель парит в потоках восходящих воздушных течений, озаряемый последними лучами заходящего солнца.
Но вот эти лучи осветили не только Стегомана, а еще какую-то летающую рептилию.
— Осторожно! — прокричал Мэт во всю глотку. — Местные!
Стегоман повернул голову, увидел другого дракона, развернулся, замахал крыльями, набрал в легкие побольше воздуха. Его грудь раздулась, он был готов в любое мгновение изрыгнуть пламя.
Местный дракон оказался чуть длиннее Стегомана, но стройнее. Его красно-коричневые чешуи блестели в лучах закатного солнца. Дракон в ярости вскричал:
— Берегись, жалкий червь! Как ты посмел нарушить пределы моих владений?
— Я всего лишь ищу, где переночевать по пути на юг, — ответил Стегоман. — И если ты не позволишь мне остановиться на ночлег, любитель посверкать чешуей, то, стало быть, ты — законченный эгоист.
— Я таких слов не знаю, только все эти козлы — мои, и ты не имеешь права охотиться на них без спросу!
— Ну хорошо, — немного обиженно отозвался Стегоман. — Если так, я спрошу: можно ли мне сцапать пару-тройку твоих горных козликов?
— Нет! — рявкнул местный дракон. — Убирайся отсюда прочь, змей!
— Что же мне теперь, курами питаться? — все более теряя хладнокровие, вопросил Стегоман. — Это сколько же их надо? Придется украсть бычка у какого-нибудь крестьянина неподалеку.
— Ага, только попробуй! Тогда крестьяне начнут охотиться за мной! Ишь, какой крокодил выискался наглый! Хочешь навлечь позор на весь наш род?
Стегоман сдержанно ответил:
— До сих пор мне ни разу не встречался дракон, который боялся бы людей.
— Боялся? Так ты думаешь, я боюсь? — Красный дракон подлетел ближе и заметался перед самым носом Стегомана.
Стегоман вытаращил глаза и затаил дыхание. Он готовился к атаке.
— Если уж я не боюсь гигантских ящериц вроде тебя, — дерзко возгласил красный дракон, — с какой стати я должен пугаться слабосильных людишек?
— Так почему же тогда ты так переживаешь из-за того, что они начнут за тобой охотиться? — задал Стегоман вполне логичный вопрос.
— Да потому, что много их тут развелось, — фыркнул другой Дракон. — Они трусливы и потому могут и засаду устроить, а то и отравленными копьями швыряться начнут.
— Эй, полегче! — возмущенно воскликнул Мэт.
Красный дракон развернулся, воззрился на него полыхающими глазищами и крикнул Стегоману:
— А я-то гадал: чего это ты опустился, а потом опять взлетел! Вот что затеял, змей подколодный! Приволок ко мне в горы слюнтяя, который сам бы сюда не долетел?
С этими словами дракон стрелой помчался к Мэту.
— Не тронь моего друга! — взревел в праведном гневе Стегоман и бросился за ним.
Глава 6
Красный дракон, радуясь, что раздразнил чужака, в последнее мгновение увернулся, и в итоге Стегоману пришлось сложить крылья чашечками и снизиться, чтобы не задеть Мэта. Он опустился на скалистый пик, а красный дракон покружил около него, а потом резко спикировал, расставив зловещие когти.
Стегоман, как зачарованный, смотрел на него.
— Улетай, балбес! — крикнул Мэт. Он не мог поверить в то, что его друг настолько легкомысленно отнесется к поединку.
— Еще не время… не время… А вот теперь пора!
Стегоман сорвался со скалы. Теперь красному дракону пришлось сбавить скорость, дабы не налететь на скалу. От разочарования местная рептилия оглушительно взревела, и Мэт в ужасе пригнулся и стал искать, куда бы спрятаться. Теперь он разгадал тактику Стегомана: его товарищ решил задержать красного дракона, чтобы иметь возможность снова взмыть ввысь.
Поединок драконов — редкое зрелище, но Мэту не очень-то хотелось им любоваться. Соперник мог ранить Стегомана, а могло выйти и наоборот. Пусть красный дракон был задирист и чересчур рьяно отстаивал свои права на территорию — почти наверняка он был не менее порядочным драконом, чем Стегоман. В общем, Мэт покопался в памяти, вспомнил один старенький стишок и принялся поспешно адаптировать его к сложившейся ситуации.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
