— Лучше всех — гордо ответила она правду. Точнее её часть. Она была не самой великой лучницей в мире, но в родной деревне равных ей три последних года не было. Как Халидэ, тоже бывший на второй ступени Лестницы, помер. Способный внучатый племянник же ушёл служить ещё раньше.
— Научи меня и я дам тебе кррасные цветы — ответил на это ребёнок.
— Хорошо, но мне нужно с ними в деревню. Если я не успею, то Жэндэ умрёт. Я могу научить, когда принесу.
— Хорошо — покладисто согласился парень и без лишних слов запрыгнул сначала наверх на ветку, на которой недавно сидел, а потом легко пробежал по ней, пока не прыгнул на полтора десятка метров к островку с лекарственными растениями. Там он без лишних слов собрал небольшой букет Алой Виридии, после чего тем же путём вернулся назад.
Из увиденного Эна сделала вывод, что если перед ней не дух, а духи вряд ли испытывают интерес к стрельбе из лука, то ребёнок находится примерно на пятой ступени Небесной Лестницы, двигаясь путём тела. То есть является либо ветровиком, либо земельников. Причём скорее первым, чем вторым. Уж и тех и других пятёрок она в ополчении повидала. Не сказать чтобы много, они всё таки были бойцами редкими, но однако.
Только в этом выводе была одна нестыковка. Ребёнок оставался ребёнком, так что это было практически невозможно. Нет, у благородных дети конечно вставали на Лестницы рано, но им помогала горячая кровь череды предков, все из которых владели Кив на не самых малых ступенях своих Лестнец, накопленные семьями и кланами знания, настойки и пища, содержащие в себе силу и провоцирующие её развитие. Но даже так в тринадцать лет они приходили в королевские академии, которые многие выпускники ласково называли зверинцами за подход к обучению, в лучшем случае на вторых ступенях. Подростки, которые к этому времени стояли на третьих, считались уникумами, которых всего несколько на поколение. В армии о тех монстрах, в которых они выростали ходило множество баек, которые пересказывались у ночных костров с придыханием.
Пятая же ступень в возрасте, который Эна на глаз определила как что-то между восемью и десятью, была просто невозможна для кого-то не из старшей знати, которая владела особыми секретами обучения и могла себе позволить вливать в ребёнка эликсиры чуть ли не вёдрами. Ну если не считать парочку замшелых легенд глубокой старины, где говорилось, что небеса в то время были голубее, трава зеленее, брагу не разбавляли всякой гадостью, а люди были не чета нынешним. Руками раскалывали скалы, хищников, стоящих на восьмых ступенях ели на завтрак, обед да ужин и защищали от жестокого мира, полного ужасных чудовищ, простых людей, а не тянули из них все соки, походя убивая за косой взгляд, как делают благородные сейчас.
Однако перед ней стоял загорелый ребёнок, протягивающий ей букет Алой Виридии, которая стоила небольшое состояние из-за своих свойств. И этот ребёнок по всем признакам был пятёркой.
Из размышлений Эну вывело тихое рычание волка, о существовании которого она почти успела забыть. Уж очень много за последние минуты на неё свалилось впечатлений, а зверь мало того, что не ощущался через Кив, так ещё и как будто терялся в пространстве, если на него специально не смотреть. Пялиться же женщина элементарно опасалось, животные часто воспринимали прямой взгляд, как вызов. Знакомиться с острыми клыками и становиться едой не хотелось. Особенно теперь, когда лекарство для внучатой племянницы было в руках.
— Мой брррат говорит, что нам пора — ответил на короткий рык парень с клыком хищника на шее — Идти по болоту за ним, я присмотрю.
— Постой, но… — попыталась травница сказать, что ей надо на юг, а не на север. Однако её прервали.
— Тихо — зло прошипел на неё ребёнок — Ты слишком грромкая. Нельзя быть такой грромкой, когда ты такая слабый.
Сказав это, маленький дикарь запрыгнул на одну из веток и начал осматривать окрестности. Волк же развернулся и вошёл с выступающих над затхлой водой корней в болото. Старой Эне осталось только замолчать и последовать за ним. Похоже зверь, которого ребёнок назвал братом отчего-то насторожился, как и её спаситель. А женщине очень не хотелось встречаться с тем, что способно насторожить сразу двух существ, которые стоят на пятой ступени. Уж точно не в Смертолесье. И не тогда, когда цель её безумной авантюры лежит за пазухой и нужно всего лишь дойти до дома в целости… Ну хотя бы в относительной. В конце концов в мире есть мало ран и болезней, которые нельзя вылечить с помощью Алой Веридии.
Глава 9
К моему некоторому удивлению путь по болоту до нашей территории прошёл спокойно. Лизь несколько насторожился, да и я тоже ощутил тень внимания леопарда, но к нам он видимо решил не лезть. Кошки не любят воду, данный участок вообще скорее принадлежал Большому Ги, чем пятнистому хищнику, да и даже против нас двоих сосед имел не самые хорошие шансы на победу. Какой в ней смысл, если получишь слишком тяжёлые раны и не сможешь ни охотится ни отбиться от нового визита кого-то из конкурентов? Так что он маскировал своё присутствие и видимо следил за нами с приличного расстояния. Хорошо, что вообще что-то почувствовали.
Старая же Эна, как она представилась, оказалась несколько менее проблемной «пассажиркой», чем я ожидал. Всё таки от пожилой женщины не ожидаешь прыти, как от здорового мужика. Однако Кив в этом плане меняет очень многое. В конце концов кое-кто тут был сопляком, но мог долбить кулаками камни и ущерб при этом получали отнюдь не кулаки. Эх, мне бы такие способности в прошлой жизни… Я занимался спортивным мордобоем и хорошо помнил, как тренер на первом занятии с макиварами пошутил, что мы не должны их бояться, нам надо заставить макивары опасаться наших ударов. Нет, сейкены я конечно набил, там костяшки ещё на отжиманиях успели прийти к нужным кондициям, но по сравнению с тем, что я делал сейчас — это небо и земля.
А сейчас я бил по гранитному валуну на утренней зарядке. Собственно это было моё стандартное времяпрепровождение в дни, когда волки не охотились, доедая вчерашнюю добычу. Я же по прежнему стоял на пути своего развития и уделял время тренировкам с медитациями. Правда за прошедшие годы движения мои претерпели значительные изменения. Если сначала я стремился максимально точно копировать то, что делал отец на моих глазах, постоянно сверяясь с внутренним током Кив, то теперь я позволял самой Кив в теле вести меня, подстраивая свои движения под неё. Здесь могла бы быть пафосная фраза в стиле Кеноби, который утверждал, что Сила ведёт его, но дела обстояли несколько сложнее.
Энергия в теле есть всегда, она всегда работает на благо этого тела или как минимум стремится к этому. Но было ошибочно думать, что идеальное положение для столь же идеального тока энергии это поза лотоса, а идеальный удар, в который можно вложить больше всего силы, это тот удар, который демонстрировал мне отец на тренировках. Если повести энергию по определённому пути и с определённой последовательностью по корням Кив, то именно так всё и будет. Но пусти токи силы в своём теле иначе и будет иначе.
Это наблюдение я вывел, когда смотрел за работой Кив в телах своей лохматой семьи. Они ведь растут в силе быстрее меня, было бы глупо не перенимать у них то, что позволяет волкам так хорошо прогрессировать. И выяснилось, что Кив в них вообще не движется по каким-то определённым путям, они сами по себе один большой корень этой самой Кив или скорее даже ёмкость. Энергия же в них регулярно меняет свою… ммм, плотность, насыщенность, возможно напряжённость? Как не назови, но факт остаётся фактом. При беге Кив звенит одним единым образом во всех работающих мышцах, при ударе рычанием становится более напряжённой в горле, а когда я в кого-то попадаю своей молнией, то за мгновение до того, как ударяет разряд, волк собирает энергию в месте будущего попадания, делая его прочнее что ли. Причём рефлекторно. Даром что наши тела и так прочнее, чем должна бы быть обычная плоть.
