Поначалу она ничего не слышала, но затем до нее донесся чей-то отдаленный крик, а несколькими секундами позже – негромкий короткий вопль. Элли встала на четвереньки, высунулась из окна, насколько это было возможно, и уставилась в темноту. Луна не светила, звезды были затянуты облаками, так что единственное, что она могла видеть, была лишь эта непроглядная тьма. Неожиданно она услышала довольно близко от себя какой-то скрип. Складывалось впечатление, что кто-то шел по старым, подгнившим и потрескавшимся доскам.
«Что за чертовщина?»
Внезапно внизу, во дворе, кто-то пробежал по траве в сторону леса. Элли затаила дыхание и прислушалась. И снова до ее слуха донеся приглушенный звук, не похожий, впрочем, на все предыдущие. Что это? Смех?
Прошло еще несколько минут, и она услышала чей-то шепот – такой тихий, что она едва разобрала слова.
«Все в порядке, Элли. Можешь идти спать».
Девушка окинула взглядом свою спальню. Комната была пуста. Элли даже яростно потрясла головой, пытаясь понять, окончательно ли проснулась.
– Кажется, я схожу с ума, – пробормотала она, закрывая окно на задвижку и слезая со стола.
Улегшись наконец в постель и уже проваливаясь в сон, она вдруг явственно услышала чье-то тихое хихиканье. Элли готова была поклясться, что хихикал тот самый человек, который несколькими минутами раньше предложил ей идти спать.
Глава пятая
Глубокий сон Элли был прерван пронзительным звоном будильника. Девушка со злостью хлопнула по нему ладонью. Сейчас бы поуютнее устроиться под одеялом и поспать еще хотя бы час – но стрелки стояли на семи утра. Элли нехотя села на кровати, вспоминая привидевшийся сон. Голос, который она слышала в ночи, казался таким реальным, что она невольно помянула недобрым словом академию и все ее правила.
«Эта чертова школа сведет меня с ума».
Быстро позавтракав, она отправилась на занятия и уж сегодня пришла в класс за несколько минут до начала урока. Джу уже сидела на своем месте. Картера не было. Джу просто изнывала от любопытства и забросала Элли вопросами, как только та опустилась на стул рядом с ней.
– Что произошло после того, как мы с Гейбом ушли? Не повезло, да? Сидим, разговариваем о нем, а тут он заявляется собственной персоной. Гейб потом ужасно сожалел, что невольно поставил тебя в неудобное положение.
Элли задалась вопросом, есть ли смысл рассказывать Джу все. Потом вспомнила максиму Картера: «Не надо бояться говорить правду».
«Это, конечно, верно, но ведь Картер такой сукин сын…»
– Мы немного поговорили, но я скоро поняла, что его интересует только то, как мне удалось попасть в Киммерию. – Элли пожала плечами. – Я почувствовала себя как оплеванная и ушла из библиотеки.
Джу удивилась:
– Почему ты почувствовала себя как оплеванная?
Элли приложила максимум усилий, чтобы изгнать из голоса нотки обиды.
– Трудно сказать… Возможно, потому, что он, как мне показалось, пребывал в убеждении, что мне здесь не место. Вроде того, что я слишком глупа, чтобы учиться здесь.
Джу наклонилась к ней и понизила голос до шепота.
– Элли, я не отношусь к поклонницам Картера, и ты прекрасно об этом знаешь, тем не менее должна тебе сказать, что это на него не похоже. Он кто угодно, но только не сноб. Наоборот, он считает, что в этой школе все слишком высокого о себе мнения. И не устает провозглашать это во всеуслышание. Его не любят еще и по этой причине.
Вошел Джерри и призвал класс к порядку. Без большого желания девочки замолчали и повернули головы к доске. Джу достала листок бумаги и начала что-то очень быстро писать на нем. Тем временем Джерри стал вычерчивать на большой белой доске схему легочной системы. Неожиданно дверь отворилась и в класс вошел Картер.
Джу, закончив писать, пододвинула листок бумаге Элли. Та прочитала: «Ты его неправильно поняла. Я уверена в этом».
Элли подняла глаза от бумаги и напоролась на взгляд Картера, который, проходя по классу, смотрел на нее. Она мгновенно опустила глаза и закрыла текст записки рукой.
Потом вздохнула и помотала головой, пытаясь избавиться от ненужных мыслей, но так как у нее ничего не получилось, снова принялась считать вдохи и выдохи, чтобы успокоиться.
«Один, два, три…»
Придя в норму, взяла ручку и написала внизу листка: «Ок, я тебе верю», и придвинула листочек Джу. Та прочитала приписку и удовлетворенно кивнула.
Элли попыталась сосредоточиться на лекции Джерри. Нельзя же, в конце концов, позволять Картеру Весту всякий раз отвлекать ее от занятий.
– Он все время на меня смотрит, – сказала Элли. – И взгляд у него при этом какой-то странный.
Ленч заканчивался, и ученики стали расходиться. Тем не менее Элли и Джу остались за столом и, гоняя вилками по тарелкам листья недоеденного салата, разговаривали о Картере.
Джу наморщила точеный носик.
– Возможно, он хочет, чтобы ты думала о нем. Он этого от всех девочек хочет.
– Ну, если дело только в этом, сомневаюсь, что подобная тактика окажется действенной. По крайней мере в отношении меня, – сказала Элли. – С другой стороны, разговариваем же мы сейчас о нем, тратим энергию на парня, который нам даже не нравится, не так ли? Расскажи мне лучше о Гейбе. Как давно вы вместе?
Лицо Джу словно осветилось изнутри.
– Давай-ка подсчитаем… Ага! Если брать в расчет этот месяц, получается, что уже больше года. Когда я поступила в Киммерию, то первое время встречалась с парнем по имени Лукас, но потом познакомилась с Гейбом и… короче, у нас начался бурный роман. Лично я лучше парня, чем Гейб, даже представить не могу, Он круче, юморнее и сексуальнее, чем любой другой, какого я знала. Честно говоря, он для меня – все. – Она засмеялась над собственной несдержанностью в восхвалении любимого.
– Даже не верится, что вы встречаетесь больше года, – сказала Элли. – До тебя я не знала никого, кто мог бы похвастать столь продолжительными отношениями.
Джу положила вилку на тарелку.
– А между тем Киммерия ими и знаменита. Люди, занятые общим делом и проводящие много времени вместе, часто составляют прочные пары. О Картере так много говорят еще и потому, что он в этом смысле представляет исключение со своей теорией «одна девчонка – одна ночь». Многие живут здесь постоянно и почти никогда не ездят домой. Фактически школа и является их родным домом. А все мы – их семьей. В определенном смысле, конечно.
– И для кого же это заведение является родным домом? – осведомилась с любопытством Элли.
– Для Картера, к примеру. Для Гейба. Полагаю, что и для меня тоже.
Элли не смогла скрыть овладевшего ей удивления.
– Ты что же – никогда не ездишь домой?
– Это длинная история, – ответила Джу, пожав плечами.
Она окинула взглядом обеденный зал, который почти опустел.
– О господи! Сколько же сейчас времени?
Обе синхронно вскочили с места, схватили сумки, выбежали из столовой, промчались по коридору и дробно застучали каблуками по лестнице. Добравшись до лестничной площадки первого этажа, они разразились неудержимым, почти истерическим смехом.
– Опять опоздали! – воскликнула Элли, когда они, пробежав дюжину ярдов по коридору, разделились и устремились к своим классным комнатам.
– Ну и кто мы после этого? Согласно правилам школы? – хихикнув, бросила Джу, уверенно распахивая дверь своего класса и исчезая за ней.
Элли повторить подобное не отважилась. Хотя бы потому, что у нее сейчас был урок истории. Она остановилась у двери, перевела дух и лишь после этого, осторожно приоткрыв дверную створку, проскользнула внутрь. И сразу же поняла, что в зловеще замершем классе все глаза устремлены в ее сторону.
– Мисс Шеридан! – произнес стоявший у старомодной черной доски мистер Желязны. – Урок начался две минуты назад. Я знаю о вашем недавнем переводе, но предполагаю, что вы уже успели изучить правила школы – хотя бы по части опозданий?
