– А что сегодня вечером поделывает Гейб? – спросила Элли.
– Работает над одним специальным проектом. И работа эта, судя по всему, продлится вплоть до начала комендантского часа. – Джу заговорщически улыбнулась. – Кстати, видишь эту тропинку? – Она указала на деревья, окаймлявшие лужайку у южного крыла здания. Элли пригляделась и различила среди сосен узкую дорожку, уводившую куда-то в лес. – Она ведет к часовне. Туда тебе и придется отправиться завтра утром.
Потом она ткнула пальцем в противоположную сторону, указав на дорожку, ответвлявшуюся от западного крыла и тоже уходившую в направлении леса.
– Там, на краю нашей местной чащобы, находится летний домик, где мы иногда устраиваем пикники.
– А что находится за летним домиком?
Джу с любопытством на нее посмотрела.
– Как что? Деревья, лес, заросли кустарника… Что же еще?
Элли рассмеялась:
– Я не о том. Хотела спросить, если там еще какие-нибудь постройки. Хозяйственные, к примеру, или жилые дома?
– Полагаю, в глубине леса можно встретить домики обслуживающего персонала или небольшие коттеджи, где живут некоторые преподаватели. Но я, честно говоря, сама их не видела, поэтому говорить об этом со всей уверенностью не могу. Мы в лесу почти не бываем. Фактически гулять по лесу, особенно углубляться в него, запрещено правилами – под предлогом заботы о нашей безопасности. Но в часовню ходить можно. Она такая древняя… Думаю, тебе понравится.
Они обошли западную часть здания, а потом зашли за него. Там их взору предстали выложенные камнем террасы, пестревшие яркими клумбами, разбитыми среди газона. Между террасами шла каменная лестница, позволявшая подняться на самый верх этого цветника. За цветником начиналась дорожка, круто забиравшая вверх и ведшая, как предположила Элли, к вершине поросшего деревьями холма, подножие которого начиналось сразу за зданием академии.
– На вершине холма стоит башня, – сказала Джу, указывая Элли на почти незаметную в сумраке вертикальную постройку. – Похоже на то, что там в древние времена находился замок или небольшая крепость, но сейчас от всего этого остались одни лишь руины. Но башня высокая. Если взобраться на нее, то в погожий день с крыши можно увидеть всю округу. Некоторые даже говорят, что с нее видна дорога на Лондон, но лично я видела только поля и леса.
Они поднялись по лестнице к подножью холма и наткнулись на длинную каменную стену.
– А это что такое? – спросила Элли.
– Сейчас узнаешь.
Некоторое время они шли вдоль стены, пока не добрались до врезанной в кладку старинной деревянной двери, запертой, впрочем, на вполне современный цифровой замок. Со скоростью, которая приходит лишь с практикой, Джу покрутила колесики, набирая нужную комбинацию цифр, после чего замок с щелчком открылся.
Джу отворила дверь и, пригнувшись, нырнула в низкий дверной проем, Элли последовала за ней. Когда девочки проникли за каменное ограждение, Джу старательно закрыла дверь и сунула замок в карман.
– Вау! – воскликнула Элли, увидев за стеной большой ухоженный огород. Овощи, подвязанные к подпоркам, стояли стройными, как солдаты, рядами. И кстати, обладали отличной выправкой – кривых или малорослых среди них не было. Дальше начинался фруктовый сад, причем ветви деревьев поднимались на добрый десяток футов над каменной стеной. Периметр участка окаймляли белые, розовые и пурпурные цветы.
Джу уверенно пошла вперед по вымощенной узкой дорожке.
– Добро пожаловать в мое любимое место в Киммерии.
– Как здесь красиво! Просто чудо. Как ты узнала о существовании этого оазиса? И как подобрала ключ к замку?
– Как говорится, дело случая. Меня направили сюда на работу во время одного из «задержаний» в первый год обучения в академии. Поначалу и работа, и огород вызывали у меня отвращение, поскольку приходилось каждое утро вставать в шесть часов и тащиться сюда. Но к концу недели я вдруг поняла, что начинаю скучать по этому месту. Не знаю почему. Вообще-то я умею работать в саду и на огороде, но этот участок – самый дорогой моему сердцу из всех, где мне приходилось вкалывать. Здесь так тихо и мирно, что в голову приходят только приятные мысли.
Элли хотелось спросить, что она такого сделала, что заработала недельный «арест», но поскольку Джу не начинала разговора на эту тему, то девушка решила промолчать. Кроме того, насколько она успела заметить, в академии наказывали даже за самые легкие провинности.
Джу повернула налево и пошла по тропе, пересекавшей участок по диагонали. Двигаясь по ней, они миновали фонтан в классическом стиле со статуей девушки в легких летящих одеждах; у статуи был чуть поврежден нос. Обошли маленький водоем, кусты черной смородины и оказались на противоположной стороне участка.
– Теперь по уикендам я прихожу сюда по собственной воле, чтобы помочь садовникам, – сказала Джу. – Ну и тогда, когда хочу побыть в одиночестве.
Добравшись до зарослей пурпурной глицинии, которая образовывала уютную беседку, Джу опустилась на стоявшую там деревянную скамейку и жестом предложила Элли сделать то же самое. Усевшись, Элли подтянула колени к подбородку и, обхватив их руками, с наслаждением вдохнула прохладный вечерний воздух, напитанный ароматами цветов и трав.
– Здесь можно неплохо поговорить, – заметила Джу. – Фактически это единственное место в Киммерии, где можно не опасаться, что тебя подслушают. Как ты могла заметить, в нашем образовательном заведении множество людей, которые любят совать свой нос, куда не надо. Ну, уж коли мы здесь, расскажи, как твои дела. Представляю, насколько странными тебе кажутся академия и вся здешняя обстановка. Об учениках я уже не говорю. Помнится, когда я сама впервые оказалась в этой школе, мне все время казалось, что еще немного – и у меня ум за разум зайдет.
– То, что я тебе скажу, может показаться тебе чистой воды сумасшествием, но я ненавижу это место. Ненавижу и одновременно люблю. Так, самую малость…
Джу улыбнулась:
– Отлично тебя понимаю.
– Киммерия разительно отличается от школ, в которых мне доводилось учиться раньше. Здесь очень высокие требования, и очень много задают, но… – Она минуту помолчала, подыскивая нужное слово. – Но здесь совсем другая жизнь, нисколько не похожая на мою прежнюю. И это то, что мне здесь нравится. Поскольку мне очень уж не нравилась та жизнь, которую я вела последние два года. Когда живешь так, как жила я, любое другое существование покажется вполне сносным и даже приятным.
Джу обдумала ее слова, потом заговорила сама.
– Я приехала в Киммерию, – сказала она, запинаясь и часто делая паузы, – после того, как меня вышибли из прежней школы. За то, что нашли в отключке на крыше в компании с моим бывшим. Мы выпили водки и… Короче, разразился грандиозный скандал, после которого мои предки чувствовали себя оплеванными. Тем более школа, где я училась, считалась одной из самых престижных, хотя на самом деле такой не была. Уроки легкие, нового материала мало… Короче, мне там совершенно нечего было делать. Но другие ученики не жаловались. Они в своем большинстве происходили из богатых семей и весело проводили там время в ожидании выпуска и поступления в какой-нибудь Оксбридж [5].
Она положила ногу на ногу и уставилась на носки туфель.
– Ну так вот. Разозленные донельзя родители решили послать меня в Киммерию. По-моему, они рассматривали это как своего рода наказание, но я, когда привыкла к ее особенностям, прониклась к ней уважением, а позже даже полюбила ее. Мне нравится, что здесь трудно учиться. Даже здешние строгости нравятся и некоторые весьма странные учителя. Все это по мне, и теперь я в полном порядке. Более того, я здесь счастлива. У меня такое ощущение, что я нашла наконец место, где мне следовало находиться с самого начала.
Элли положила подбородок на колени и с минуту молчала, после чего тоже пустилась в откровения.
– Моя жизнь последнее время была совершенно безумной… – Она сделала паузу, словно размышляя, продолжать или нет, но потом решила продолжать. – А до этого я по всем критериям подходила под определение «хорошая девочка». Любила родителей, родители любили меня, приносила домой отличные отметки… И вот в один прекрасный день все это кончилось.
