Он встал позади Глори, когда она поднялась на колени, и наклонился вперед, чтобы посмотреть в иллюминатор на ландшафт Касталдини. Но она ничего не видела; только чувствовала, как Винченцо одной рукой прижимает ее к своему мускулистому телу, а другой отводит в сторону волосы, ниспадающие на спину и ягодицы женщины. Глори мечтала об одном: откинуться назад и попросить Винченцо прекратить чувственные мучения, которым он подвергал ее уже несколько часов, и наконец овладеть ею.
Он склонился к ней и начал посасывать мочку ее уха:
– Видишь, красавица моя? На этой земле, такой же прекрасной, как ты, ты снова станешь моей. Смотри.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы избавиться от пелены возбуждения, застилающей глаза, и сосредоточиться на лицезрении страны, в которой она еще не бывала.
Остров переливался на солнце, словно коллекция многогранных драгоценных камней. Желтовато-зеленые пальмы и оливковые деревья, крыши рубинового и гранатового оттенков на белых домах, черные дороги. Золотисто-белые пляжи в окружении бирюзовых вод Средиземного моря.
От непонятной тоски у Глори сдавило грудь. Она с изумлением взглянула на Винченцо:
– Как ты можешь уезжать отсюда и жить так долго вдали от родины?
Он взглянул на Глори с облегчением, словно сомневался в ее реакции. Но кому может не понравиться такое великолепие?
– Когда приземлимся, рассмотришь все внимательнее. – Винченцо помог ей повернуться, уселся рядом с ней на диван и пристегнул себя и Глори ремнями безопасности. Потом он взял ее за руку и задумчиво вздохнул. – Но ты права. В последнее время я бывал здесь очень редко.
– И теперь, став представителем в ООН, ты будешь жить где угодно, только не в Касталдини.
Получается, Глори тоже не удастся пожить в этой стране в течение следующего года.
Поняв, что она разочарована, он покачал головой:
– Мы станем часто сюда приезжать. И на этот раз мы можем здесь задержаться. Хочешь?
Винченцо спрашивает, хочет ли она задержаться в Касталдини? Странно. Ведь он не потрудился выяснить, желает ли она сюда прилететь. Неужели это заявление – часть плана ее раскрепощения?
Если так, он преуспел.
Глори расслабилась, нежась рядом с Винченцо и не вспоминая о его мотивах. У нее не хватало мужества взять инициативу в свои руки и обольстить Винченцо, но его близость побуждала ее прикоснуться к нему и вдохнуть его запах. У него была восхитительная кожа, мягкая как атлас, бронзового оттенка. Когда-то Глори изучала и ласкала каждый дюйм его тела. Она не могла дождаться момента, когда сможет снова насладиться им.
Приняв решение уступить безумному желанию, Глори не сомневалась, что в ближайшее время ее ждет умопомрачительное удовольствие. Покорно и одновременно облегченно вздохнув, она посмотрела в его настороженные глаза и обрадовалась, увидев в них желание.
– Если мне предоставят зубную щетку получше той, которую выдают на борту самолета, – улыбнулась молодая женщина.
Его глаза вспыхнули от восторга, он жадно поцеловал ее в губы и простонал:
– В следующий раз в самолете мы и устроим словесную перепалку, и поедим, и понежимся в постели. Я надеюсь, ты понимаешь, чего мне стоило не овладеть тобой сегодня.
– Ты не хотел ложиться в постель своих короля и королевы?
– Красавица, придется освежить твою память. Когда я хочу тебя, мне все равно, где мы займемся любовью.
Как будто она что-то забыла. Глори шесть лет старалась вычеркнуть из памяти прошлое. Они занимались сексом на работе, в парке, в машине Винченцо, но…
– Тогда почему ты сдержался?
Намотав густую прядь ее волос на руку, он потянул Глори к себе и прошептал у ее щеки:
– Потому что я решил подождать, пока мы не поженимся. Тогда и наступит наша брачная ночь.
Глори не помнила, что она ответила. Далее все происходило как в тумане. Взволнованная возвращением в реальность, она двигалась на автопилоте, когда самолет приземлился в аэропорту.
У трапа их ждал автомобиль. Водитель низко поклонился Винченцо, отдал ему ключи и бросился к другой машине. Винченцо повез Глори по дороге, идущей вдоль берега.
Она с изумлением рассматривала живописные пейзажи, пока мощный автомобиль мчался по невероятно ровной асфальтированной дороге. Глори не спрашивала, куда они едут. Теперь, поскольку она отказалась от сопротивления, ей хотелось, чтобы Винченцо ее удивлял, а он, вне сомнения, был намерен делать именно это. Зная, что худшее впереди, она решила просто наслаждаться моментом.
Винченцо без остановки подтрунивал над ней и вел себя, как примерный гид – показывал достопримечательности и рассказывал истории об острове. Он предупредил, что отвезет ее в Джавару, столицу, и в королевский дворец позже, а сейчас покажет одно местечко.
Они объехали холм, и Глори увидела вдали дом, в котором когда-то жили предки Винченцо.
Она изучала материалы об этом районе прежде, стараясь узнать о Винченцо как можно больше. Она читала сонеты, написанные мавританскими поэтами; стихотворения принцев, живших здесь, защищавших эту территорию и правивших ею. Тогда Глори верила, что она небезразлична Винченцо, и предвкушала то время, когда он отвезет ее в свой дом, как обещал.
Потом выяснилось, что она ничего для него не значила, и он ничего ей не обещал. И все-таки он привез ее сюда.
Жизнь – странная штука.
Фотографии, которые когда-то рассматривала Глори, не передавали всего великолепия ландшафта. Центральное место занимала крепость на высокой, поросшей зеленью скале. В предгорьях располагались обширная долина и город, настолько древний, что Глори показалось, будто они вернулись в прошлое.
Крепость была выстроена на нескольких уровнях, а земля вокруг нее изобиловала полевыми цветами, апельсиновыми деревьями и вязами. Когда они подъехали, Винченцо откинул крышу автомобиля, чтобы Глори услышала пение пересмешников. Он сказал, что они приветствуют ее.
Потом машина пересекла широкий ров, и Глори действительно оказалась в другой эпохе.
Миновав огромные деревянные ворота, автомобиль выкатился на поистине огромный двор, выложенный булыжником, объехал мраморный фонтан с мозаичной чашей и остановился у центральной башни замка. Не открывая дверцы, Винченцо выпрыгнул из машины, подскочил к Глори и подхватил ее на руки.
Хихикая над его игривым мальчишеством, Глори огляделась и смутилась. Вокруг стояли десятки людей – работников замка, – которые смотрели на нее и Винченцо и улыбались.
Поднявшись по древним каменным ступеням, он внес Глори на террасу. Как только Винченцо поставил ее на ноги, она бросилась к высокой балюстраде и посмотрела на невероятно красивую панораму, открывшуюся перед ней. Поднявшись на цыпочки и выгнув спину, Глори раскинула руки, словно хотела обнять все это великолепие.
