улыбка стала шире.
- Ага.
Ее история не казалась правдоподобной. Саманта часто приходила посплетничать с его матерью за чаем в гостиной. Он прятался за углом и слушал их. Их разговор часто становился непристойным, когда они думали, что он находится наверху в своей комнате. Слушая, как горячая соседка разговаривает с его матерью о сексе, он всегда чувствовал острую потребность подрочить. Он также чувствовал себя немного странно из-за участия его матери. Но женщины говорили не только о сексе. Они бесконечно болтали о множестве мирских вещей. Одна вещь, которую он узнал давно, заключалась в том, что у Саманты Рэйми была аллергия на кошек.
Саманта была теперь еще на пару шагов ближе.
Уэсли толкнул дверную ручку. Он почувствовал, как дверь отходит от рамы и постепенно движется внутрь. Через секунду или две, - сказал он себе, - он проскользнет внутрь, захлопнет дверь и запрет ее.
- Это ложь. У тебя нет кошки.
Она усмехнулась и приподняла бровь.
- С чего ты взял?
Он кивнул.
- У тебя аллергия на кошек.
Она предостерегающе погрозила ему пальцем.
- Ты непослушный мальчик, юный Уэсли. Ты же знаешь, подслушивать невежливо.
Он нахмурился.
- Подожди... ты знала об этом?
- Конечно. Я также знаю, что ты пробирался ночью к моему дому и заглядывал в мои окна. О, не смущайся. Я позволила тебе посмотреть, как я раздеваюсь. Знаешь, что, Уэсли? Мне всегда казалось, что я лишу тебя девственности. Я знала, что у тебя проблемы с общением с молодыми людьми твоего возраста, и подумала, может быть, я смогу облегчить тебе жизнь. Придам тебе уверенности. К сожалению, я так и не решилась сделать это. Но еще не поздно. Как бы ты хотел повеселиться со мной?
Уэсли толкнул дверь еще на пару дюймов, но продолжал оставаться на крыльце.
- Tы пыталась проникнуть в мой дом?
Она засмеялась.
Теперь она была всего в нескольких футах от него, достаточно близко, чтобы протянуть руку и схватить его.
- Не хочешь засунуть свой член мне в рот, Уэсли? Бьюсь об заклад, ты бы сделал это.
Она начала развязывать пояс своего кимоно.
Уэсли толкнул дверь еще на несколько дюймов и сделал свой первый неуверенный шага назад.
- Чтo ты делаешь?
- А ты как думаешь?
Она распахнула кимоно, и он увидел под ним обнаженный торс. Он никогда не был так близок к обнаженной груди, а ее грудь была огромной, как у порно-звезды. Их вида было почти достаточно, чтобы замкнуть его мозг и ослепить его от опасности, которую представляет женщина. Однако в следующее мгновение он понял, что вся обнаженная кожа залита кровью.
Ее улыбка изменилась, превратившись в насмешку.
- Сатана хочет твою душу, Уэсли, и я здесь, чтобы забрать ее.
Она бросилась на него.
Он ахнул от шока и попятился, отчаянно пытаясь закрыть дверь, прежде чем она смогла войти внутрь. К сожалению, он слишком долго колебался. К тому времени, как он захлопнул дверь, она уже протиснулась. Теперь она была зажата между краем двери и дверным косяком. Одной рукой он держался за дверную ручку, а другой попытался вытолкнуть ее обратно, но не сдвинулся с места. Его ужас нарастал, он кричал, чтобы она ушла. Она засмеялась и царапнула длинными ногтями по его лицу, заливая глаза кровью. Она царапала его не один, а несколько раз, продолжая смеяться. Его кровь капала с ее ногтей на пол.
В конце концов, он больше не мог терпеть. Он отпустил дверную ручку и отшатнулся на несколько футов, едва удерживаясь в вертикальном положении; он, пошатываясь, остановился и уставился на нападавшую через завесу крови. Она перестала смеяться. Он больше не кричал на нее. Голос графа Грэйвмора был слышен из гостиной. Он повторил один из своих болезненных каламбуров и издал свой фирменный безумный хохот.
Саманта вошла в дом и спокойно закрыла дверь. Она скинула кимоно и встала перед ним полностью обнаженная. По всему ее телу было размазано больше крови, чем он думал вначале.
Она выглядела так, будто купалась в ней.
- Ты кого-то убила?
Она кивнула.
- Да.
- Зачем?
- Bо имя Cатаны.
Он хмыкнул.
- С каких пор ты стала настоящим гребаным маньяком?
Она улыбнулась.
- Я знаю, ты не поверишь, но я не сумасшедшая. Сатана приказал своим последователям убить всех девственников в этом городе. Или, по крайней мере, как можно больше к полуночи. И я всегда делаю так, как приказывает мой Xозяин.
- Откуда ты знаешь, что я все еще девственник?
- Я вижу это. Твоя кожа... она мерцает.
Уэсли медленно кивнул и вытер кровь с глаз, он начал тайно оценивать лучшие потенциальные пути выхода. Ее восклицания были бессмысленными. У дамы определенно была потеряна целая куча винтов. Он не мог выйти на крыльцо по той очевидной причине, что Саманта стояла возле двери. Легкого выхода через гостиную или примыкающую ванную комнату не было. В том направлении были окна, но для их открытия потребуется время. Слишком много времени. Остались входная дверь и дверь в гараж. Чтобы добраться до последней, ему нужно было пройти через кухню и по коридору - в прачечную. Дверь в гараж была рядом с прачечной. Он, вероятно, смог бы добраться туда раньше, чем Саманта сможет его догнать, но дверь гаража была закрыта. Оказавшись внутри, ему нужно было включить свет, нажать кнопку, чтобы открыть подъемную дверь, и ждать, пока она медленно покатиться вверх. Совсем нереальный вариант.
Он повернулся и направился к входной двери.
Уэсли был напуган, но он думал, что у него есть шансы уйти, не получив еще больше травм. Она была опасна, но у нее не было оружия. Он был моложе и быстрее. Побег был почти гарантирован. Он вылетел через арку в холл. Он был почти у входной двери, когда почувствовал, как что-то ударилось о его затылок, заставив его упасть на колени. Что-то еще с лязгом ударилось об пол. Она схватила что-то из кухни и швырнула в него. Может, тяжелый чугунный кофейник.
Прежде чем он успел даже попытаться подняться на ноги, она догнала его и сильно ударила ногой по пояснице. Он взвизгнул от боли и плюхнулся вперед, его подбородок ударился о плитку пола с такой силой, что он прикусил кончик языка. Кровь наполнила его рот, когда он перекатился на спину и посмотрел на Саманту, нависшую над ним. Она подпрыгнула и босой ногой опустила его голову на пол. Уэсли услышал, как у него хрустнул череп, и понял, что обречен. Она встала над ним и снова топнула ногой, сломав ему нос.
Нога поднялась и снова опустилась.
Поднялась и снова спустилась.
Саманта топтала и топтала его, пока Уэсли Кэмпбелл не умер. Одной из последних вещей, которые он услышал, когда сознание ускользнуло, был маниакальный смех графа Грэйвмора, снова исходящий из гостиной.
11.
Дверь кладовой была не заперта. Это
