Интернет – хорошо, справки от надёжных поверенных – ещё лучше, но сведения от первого лица ни в одном расследовании не помешают. Очевидно, что сильная вековая ведьма, занимающая ответственную высокую должность, не без причины является в стриптиз-клуб тихой и печальной, а потом танцует на шесте и снимает на ночь случайного «мальчика». Впервые в жизни проснувшееся желание защитить свою женщину от всех невзгод и бережно заботиться о ней билось в груди в ритме сердца и требовало немедленно предпринять какие-то действия! Габриэль сильно сомневался, что его колдунья по примеру всех его бывших девушек в первые же дни добровольно посвятит его во все свои жизненные трудности и мигом переложит их решение на его широкие плечи. Раньше такое поведение любовниц порядком раздражало, а сейчас выходило наоборот – он был бы крайне рад откровенности своей ведьмочки, но её доверие ещё следовало завоевать.
Увы, доверие зарождается куда медленней страсти, а любые проблемы проще решать на стадии их формирования, чем ликвидировать в процессе. Однако в интернете и через своих знакомых о проблемах Аманды ничего разузнать не удалось, а чем лучше и быстрее он представит себе глубину и причины этих проблем, тем эффективнее устранит их из жизни своей колдуньи.
С таким рыцарским намерением Габриэль вошёл в двери стриптиз-клуба, хозяйкой которого интернет указывал ту самую Одри, с которой вчера сидела за столиком Аманда. Бар только что открылся и был пока совершенно свободен от посетителей. Охранники-ведьмаки на входе окинули его беглым взглядом, бармен обернулся на шаги с любезной улыбкой и фразой «Чего желаете?», но узнал демона и замолк на полуслове. Улыбка медленно сползла с его лица, сменившись настороженностью.
– Вы хорошо знакомы с Амандой, – постулировал Габриэль, – с Амандой Карвет. Вы дружите?
– Допустим, что дальше?
– Я так понял, она не имеет привычки танцевать у вас на сцене? Что вчера пошло не так? – продолжил он допрос, упустив из виду, что находится не в родном городе, где его знает каждый встречный Иной. И большинство не Иных.
– Мы не даём сведений о своих гостях, – отрезал ведьмак и оглянулся на кухню, откуда к ним направилась знакомая ведьма, воинственно помахивающая тяжёлой папкой с товарными накладными. – Вчерашний демон интересуется твоей подругой, – сказал он ей.
– С какой стати я должна вам что-то о ней докладывать? – агрессивно прищурилась ведьма, внимательно всмотрелась в Габриэля и свела брови. – Вы кто такой? Точно не альфонс!
– Ещё вчера днём я бы искренне с вами согласился, – широко усмехнулся Габриэль, и градус напряжённости несколько спал.
– Аманда повергла вас в шок деньгами на подушке? – догадалась ведьма. – Боюсь, это мой муж ввёл её в заблуждение относительно вашей... э-эээ... сферы деятельности.
– Я догадался. Мне показалось, она чем-то расстроена, и хотелось бы знать, из какой области её проблемы. – Настороженность владельцев бара вернулась и усилилась, и Габриэль счёл нужным пояснить: – Я интересуюсь с благими намерениями.
– А мы простодушно верим каждому слову незнакомых демонов, – оскалилась Одри и внезапно запустила в него концентрированным потоком ведьминской силы!
Он среагировал инстинктивно: ушёл в сторону и ощетинился сверкающим веером стихий. Адское пламя ярко полыхнуло по полу и потолку, запахло серой, и Габриэль, распрямившись, взял магию под контроль, умудрившись ничего не спалить в этом баре с сумасшедшей хозяйкой. У неё проблемы с инстинктом самосохранения?
Подскочили охранники, активировав защитные артефакты, но опасливо пятясь подальше от него, руки бармена обвились нитями боевых заклинаний.
– А ты не слабый демон, – прошептала Одри, побелела и схватилась за телефон. – Аманда, у тебя всё хорошо?! – По мере разговора цвет её лица вернулся к норме, но хмурое выражение с него не сошло. Подозрительно посмотрев на Габриэля, ведьма сказала: – Мы не справочное бюро, информацию ни о ком не выдаём. – Помолчала и ехидно добавила: – Может, вам в ведьминской академии больше повезёт? Загляните к верховной, а?
Одарив насмешницу сумрачным взглядом, Габриэль вылетел из клуба. Не то чтобы он боялся не справиться с ведьмой, пусть даже верховной, только она всё одно ничего ему не скажет. Если бы он в своём городе с Амандой столкнулся, ему бы про каждый её шаг за последний век рассказали! С другой стороны, он вынужденно соглашался с тем, что род демонов как таковой не стяжал себе репутации поборников правды, милосердия и справедливости, так что реакция незнакомых Иных на его расспросы вполне закономерна. Ладно, в любой стране есть стандартные методы сбора информации и люди, специально этому делу обученные.
Владелец сыскной конторы выглядел как брат-близнец своего коллеги с другого континента: тёмные джинсы, мятая футболка и ворох взъерошенных волос на голове. Обманчиво добродушное розовощёкое лицо и фирменная улыбка, призванная внушить доверие с одного взгляда. Только в Атланте частных детективов возглавлял не оборотень, а эльф: ярко-голубые глаза и кукольное личико блондина не оставили бы в том сомнений, даже не шевелись среди локонов его волос длинные эльфийские уши.
– Добрый день, – поздоровался Габриэль.
– Добрый, граф де Лорье дю Кюи де Суассон, – доброжелательно отозвался владелец конторы, уважительно поднимаясь навстречу, отвешивая изящный ироничный полупоклон, заинтересованно поглядывая на него и жестом предлагая опуститься в удобное глубокое кресло. – Кофе? – предложил эльф и после кивка без уточняющих вопросов набрал номер на внутреннем телефоне бизнес-центра: – Двойной эспрессо без сахара, пожалуйста, в мою контору.
– Вы будто ждали моего визита, – удивился Габриэль глубине познаний о его вкусах.
– Вы пришли не в парикмахерскую, а в детективное агентство Дона Шепарда. Я предпочитаю узнавать предпочтения клиента до того, как он переступил порог моей конторы. Кстати, в нашем кафе варят отменный кофе. Чем могу быть полезен?
Облегчённо выдохнув, Габриэль пожалел, что сразу не обратился к профессионалу, и порадовался, что этому Иному нет нужды объяснять кто он такой. Оказывается, для реализации рыцарских порывов защищать и заботиться тоже требуется опыт и навыки данного вида действия.
– Мне нужны сведения об одном человеке. То есть, не человеке.
