пришлось бы перепрыгнуть добрый метр свободного пространства, а затем надеяться, что она удержится на ногах. Поколебавшись, она наклонилась и подобрала обломок размером с ее шлем. Она швырнула его во фрагмент потолка, костюм усилил силу ее удара. Кусок раскололся в беззвучном извержении, превратившись в серо-голубое облако. Фрагмент поглотил удар без малейшего намека на движение. Казалось, он был прочно закреплен.
Чику отступила на пару шагов назад, затем перепрыгнула через порог. Она приземлилась грубо, одна нога соскользнула в пустое пространство, но другая нашла опору. Она ухватилась за пару осветительных элементов и удержалась на ногах. При обычных обстоятельствах прыжок не смутил бы даже Ндеге или Мпоси, но она была одна, в опасном месте, и только скафандр отделял ее от вакуума, и на несколько мгновений ее сердце забилось от прилива адреналина и облегчения.
Чику осторожно спускалась, скользя по одеялу из осветительных элементов, пока ее ноги не коснулись обломков. Земля хрустнула, затем поддержала ее. Она осторожно сошла с трапа и медленно обернулась, обводя лучом беспорядочное и неприветливое окружение. Даже пыль поднялась, когда она с неприличной поспешностью задернула занавеску.
- Чику, - раздался голос Намбозе. - Я здесь закончила. Больше никого в живых нет, так что я выхожу на улицу. Думаю, что смогу справиться с выжившим самостоятельно.
- Хорошая работа, - сказала Чику. - Я буду у вас через несколько минут.
Облокотившись о изогнутую металлическую колонну, она осторожно спустилась вглубь подвала. Он был разделен на две большие комнаты, но промежуточная стена обвалилась, когда обрушился фрагмент потолка. Она перешагивала через обломки высотой по колено, следя за тем, куда ставит ноги.
Намбозе спросила: - Где вы?
- Как раз заканчиваю осмотр второго подвала. Он открыт в вакуум, но я хотела быть уверенной. Хотя не похоже, что здесь внизу что-то есть.
Чику замолчала, сердце застряло у нее в горле. Она уже собиралась опустить ногу в то, что на первый взгляд выглядело как темное пространство между двумя кусками мусора. За мгновение до того, как взять на себя обязательство, она поняла, что это была пустота, а не тень.
В полу была дыра.
Намбозе, должно быть, услышала, как она перевела дыхание. - Чику?
- Все еще здесь. Я чуть не потеряла равновесие.
Чику взяла себя в руки. Она ткнула пальцем в один из обломков на краю пропасти. Он покачнулся и провалился внутрь, увеличивая диаметр пустоты. Началось с того, что она была достаточно велика, чтобы проглотить ее ногу. Теперь она была достаточно велика, чтобы проглотить Чику.
Если обломок и приземлился на что-то внизу, то сделал это без малейшего намека на удар. Она находила пустоту тревожащей в том смысле, что она казалась чудовищно непропорциональной ее размерам. Согласно расширению, под этой лабораторией не пролегало никаких подуровней или инфраструктурных трубопроводов, даже если они десятилетиями не использовались или были заброшены. До сих пор наложение оказывалось точным.
Чику была сильно встревожена этим внезапным несоответствием. Память "Занзибара" была столь же безгранична и непогрешима, сколь человеческая ограниченна и ненадежна. "Занзибар" был создан для того, чтобы знать о себе каждую морщинку и пору.
Но он не знал об этой дыре.
Чику сделала еще один глубокий вдох, чтобы успокоиться. Что было более вероятно: что дыра имелась там, где она не была нанесена на карту; или что несчастный случай, сила обрушения потолка, сместил фундамент конструкции под лабораторией и открыл отверстие? Этот разлом мог открыться только сегодня, когда взорвалась Каппа. Учитывая масштабы разрушений, свидетелем которых Чику уже была, - это отверстие шириной в четыреста метров, пробитое насквозь в обшивке Занзибара и выходящее в космос, - отсутствие дополнительных структурных сдвигов в других местах камеры было бы более примечательным, чем обнаружение этого.
Но затем она рискнула перегнуться через край достаточно далеко, чтобы свет ее шлема пролился в пустоту, и увидела, что, чем бы это ни было, это не была очередная трещина.
Это отверстие было входом в шахту, и стены шахты были не только гладко пробурены, но и снабжены утопленными поручнями. Она изгибалась под ней, исчезая из виду и погружаясь в темноту. И Чику вздрогнула, потому что такой вещи не было никакого дела до "Занзибара".
Потайной ход.
Она огляделась, и ее взгляд случайно наткнулся на лист легкого ограждающего материала, который, должно быть, оторвался, когда обрушился верхний этаж. Двигаясь осторожно - та слабая вера, которая у нее была в целостность пола под ней, исчезла в тот момент, когда она обнаружила пустоту, - Чику ухватилась за обломок в форме лезвия и вытащила его. Она поместила лист поверх отверстия, регулируя его до тех пор, пока не убедилась, что скрыла свою находку как можно лучше. Темное устье дыры все еще было видно под краями листа, но для ничего не подозревающего глаза оно выглядело как тень.
Не было никакой необходимости отмечать местоположение.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
При подъеме по извилистым дорожкам с каменными стенами от транзитной станции к своему жилищу Чику подверглась шквалу вопросов от благонамеренных граждан. Они узнали от Ноя о ее визите в Каппу и хотели знать, что она увидела внутри. Больше всего они хотели уверенности. Председатель Утоми мог бы сказать всем, что "Занзибар" в безопасности, но что еще он мог сказать? У Чику была информация из первых рук, и они с нетерпением ждали ее. Ей не нужно было лгать им или чрезмерно искажать правду, чтобы дать им то, чего они хотели. - Все будет хорошо, - заверила она их. - Это плохо, но мы это переживем. Нам нужно держаться местного каравана. Больше не будет смертей.
В конце концов ей пришлось сказать им, чтобы они больше не задавали вопросов, что она уже рассказала им все, что знала. Она направила остальных обратно по тропинке, к людям, которые уже допрашивали ее. Поговорите с ними, они знают картину.
Когда она наконец добралась до дома, то с удивлением увидела Ноя, сидящего снаружи на корточках у одной из низких стен. Мпоси и Ндеге стояли у его ног, ссорясь из-за игры в шарики. У Ноя был странный вид - не то облегчение и озабоченность, на которые она рассчитывала.
- Я рад, что ты в безопасности, - сказал он, поднимаясь от стены.
Она ожидала застать его дома за приготовлением еды, а не за мечтами на улице. - Да, я в безопасности, - осторожно ответила она. - Все в порядке?
- Я не уверен. -
