- Я знал, что все не может оказаться просто, - покачал головой он. И, не задумываясь, обнял Олю за плечи, потянув ее в другую от павильона сторону. - Ромашки, - Дэн опять хмыкнул. - Больше не буду смеяться над Славой, - пробормотал он скорее для себя, направившись к машине, которую оставил на парковки за поворотом. Оля не заметила его слов, смотрела в другую сторону. - Ты не против, если мы зайдем к вашим конкурентам?
Она, похоже, не очень уловила его мысль, но только пожала плечами и села в машину, задумчиво глядя назад. На павильон.
Обходя автомобиль, он не сомневался что, что бы там Оля не говорила — но не было все в порядке. Однако Денису вновь показалось, что допытываться сейчас не лучший вариант. Потому, поддавшись порыву, он молча протянул руку и погладил ее щеку, пытаясь хоть немного подбодрить. Ее кожа была такой теплой, такой мягкой и нежной на ощупь, а глаза такими удивленными и огромными. Такими глубоким. Он искренне пожалел что вынужден обернуться. К сожалению, Денис не мог вести машину, глядя на Олю, хотя именно этого ему хотелось бы больше всего — сидеть и любоваться ею.
Ладно, не только любоваться. Но и просто смотреть какое-то время было бы великолепным занятием.
Румянец на щеке под его пальцами сообщил Денису, что ему не удалось скрыть свои желания. Что ж, он и не собирался.
Ощущая себя до невозможного легко и бесшабашно, словно на пике какого-то куража, Дэн наклонился и поцеловал Олю в щеку. Она не отстранилась.
«В прошлый раз они на этом закончили», подумал Дэн, наслаждаясь ощущением ее кожи под своими губами, « будем надеяться, что на сегодня — это только начало».
Ему было настолько хорошо с ней, даже просто сидеть рядом, что за одно такое ощущение спокойного, мирного счастья, можно было безумно сильно привязаться к человеку.
Денису не хватало мира в душе, он это прекрасно понимал без намеков матери, и советов сестры. В большинстве своем люди раздражали его.
Рядом с Олей это раздражение уходило, сменяясь каким-то солнечным покоем.
Магазинчик, который они со Славой разыскали не так давно, находился совершенно в другой части города. Впрочем, с машиной расстояние не было проблемой.
Но добирались они до места назначения все равно очень долго.
Денис с удивлением выяснил, что Оля почти не выбиралась из своего района. Ее поразил вид причалов речного порта.
Он искренне недоумевал, каким образом она могла этого не видеть? А Оля только пожала плечами и сказала, что у нее никогда не было необходимости ездить куда-то дальше, чем работа. Да и зачем?
- Погулять? - предположил Денис.
Она задумалась и перевела глаза на воду, к которой вытянула его из машины.
- Никогда не думала об этом, если честно, - наконец, улыбнулась Оля так, словно признавалась в чем-то постыдном.
Неужели она боялась, что он будет хуже о ней из-за этого думать?
- Зато, мне проще, - улыбнулся Дэн,- еще долго будет, чем тебя удивить, - подмигнул он ей, пытаясь развеселить. И, кажется, достиг своей цели.
Наконец, они добрались до магазинчика, часа черед два. Денис попросил Олю подождать в машине, хоть и видел, что она не совсем поняла его действия. Любая девушка, как ему казалось, уже давно догадалась бы, что он хочет сделать. А Оля только спокойно кивнула в ответ на его просьбу и опустила голову, все с тем же задумчивым выражением, с которым он ее утром застал, принялась рассматривать собственные руки.
Почему-то это его расстраивало.
А вот поговорив с продавцом, Дэн понял, что Славе повезло куда больше. Нет, сегодня удача была на его стороне — ромашки имелись в наличии. Он забрал все, попросив просто завернуть букет в мелкую белую сетку, без целлофана и явно лишних тут украшений. Однако сообщение о том, что больше партий ромашек вероятней всего не будет, да и зимой их теплицы почти не выращивают — вызвало недоумение. Дэн был уверен, что сейчас можно достать все, что угодно, независимо от времени года.
Решив разбираться с проблемами по мере их возникновения, Дэн забрал букет и вернулся к Оле.
Такой радости от простых цветов он ни у кого не видел. И такого недоверия. Все знакомые ему женщины обожали цветы, и каждая из них знала, что достойна лучшего букета, и принимали их спокойно, пусть и с благодарностью. Оля в это не верила.
Она с таким восторгом уткнулась в ромашки, что у него даже слов описать ее вид не было.
- Мне никогда еще цветы не дарили, - вдруг призналась она, посмотрев на него с застенчивой улыбкой.
Господи! Денис не верил. Не бывает так, чтобы девушка получала первые цветы в двадцать три года. Не бывает. Но реакция Оли служила самым явным и веским подтверждением ее признания.
- Что же я зимой буду делать, а, красуня*? - даже для себя неожиданно прошептал Денис, поймав пальцами прядку ее волос. - Где тебе ромашки искать?
Оля подняла лицо от ромашек, в которые до этого снова уткнулась, и чуть нахмурившись посмотрела на него.
- Что? - переспросила она, видно просто уловив, что губы Дэна шевелились.
- Ничего, - Денис покачал головой, осознав, что его подсознание, видимо, уже строит весьма отдаленные планы, если тревожится о грядущей смене сезонов. Да и не был уверен, что ему разрешат так ее называть. Обращение вышло у Дэна более личным, чем он сам ожидал. - Я просто рад, что тебе понравилось.
Глава 5
Часть 1
Они опять прогуляли почти весь день. Рядом с Денисом Оля просто не замечала, куда девается время. Казалось бы — вот только встретились у павильона, а уже почти четыре вечера. Она огорченно вздохнула, рассматривая часы, висящие над стойкой бариста в зале Кофейни.
- Что такое, красуня? Я тебя утомил? - Денис тут же заметил смену ее настроения.
Оля покачала головой, ощущая внутри такое странное чувство, которое просто невозможно было выразить словами. Ей безумно нравилось то, как он называл ее. Такое простое слово, но отчего-то, оно показалось Оле таким трогательным. Она даже не сразу разобрала, что именно Денис говорил. Но он все так же просто, как и каждый раз, если она не понимала его выражений, повторил то ей по буквам.
Оно ее тронуло.
Оля не совсем понимала, что именно нравится в ней мужчинам. Но то, что нравится — она знала, ей не раз намекал на подобное администратор гостиницы, да и Коля обращал на это ее внимание. Правда друг, описывая Олю, называл ее «красоткой». Оле не нравилось то слово. Оно казалось каким-то похабным и грубым, а может дело было в контексте, с которым друг его употреблял. «Красуня» же в устах Дениса казалось таким нежным, словно содержало в себе куда больший смысл, нежели простой комплимент ее внешности.
