в блокноте. Помолчал, раздираемый внутри миллионом вопросов, в первую очередь к тем, кто отвечает за контроль материи и магического фона Земли. Кое-как сдержался, чтобы не начать звонить в соответствующие департаменты и волевым усилием вновь вернулся к проблеме восстановления крылатого генофонда.
— Ну и как, присмотрел себе вчера девочек?
— Скажу честно, девочек там не было, только женщины, — слегка скривился гизар. – Но в целом неплохо.
Подспудно он наделся, что как мужчина мужчину тот его поймёт.
— Знаешь, не в твоём положении выпендриваться, — теперь уже просто ехидно, без толики сочувствия отозвался Марк. – Маргарита тебе ещё вчера сказала, что выбирать можно только из половозрелых… самок, — последнее слово он особенно подчеркнул. – Поэтому вперёд, приглашай дев на свидания, общайся. Если возникнут проблемы – обращайся к Тимуру. Он у нас тот ещё пройдоха по женской части. И да, срочно переоденься, иначе из квартиры тебя попросту не выпустят.
С этими словами начальник неспешно достал бланк для выдачи подотчётных средств, аккуратными, бисерными буквами заполнил его на приличную сумму и подписал. Протянул Тимуру со словами:
— Эту сумму тебе переведут на рабочую карточку. Научишь интуриста пользоваться ей, немного налички снимешь на всякий случай. А то ему перед дамочками форсить, не тебе же за всех рассчитываться.
Фаргон сначала не понял, что к чему, потом до него дошло, отчего он преисполнился… симпатии к этому странному мужчине. Вредному, но прозорливому и, как выяснилось, не чурающемуся оказать необходимую помощь. Пусть и предварительно помотав нервы. Подумав, он выложил те несколько монет, что приготовил для платы, но уже не для расчёта, а в качестве добровольного дара.
— Вот, пара сувениров с другого мира, — гизар слевитировал иномирную валюту практически в руки Марку. – Наши деньги.
— Хм, занимательно, — пригляделся тот к платиновым ларкам[1]. – Положу в коллекцию.
Правда, прикасаться к монетам не спешил. Осторожный. Лишь после ухода посетителей он аккуратно проверил их на магию, побрызгал дезинфектантом, а после поместил в банку с солью. Мало ли, пусть почистится. А потом можно и Костику показать. В смысле директору ГКЧВ.
После приёма у начальства, Тимур отвёл Фаргона в… медицинский центр ГКЧВ, стоявший в глубине огороженной территории секретной организации. Таковым было условие, ибо кто будет выделять деньги на содержание и опеку интуриста, если ничего с него не сможет поиметь? Даже если это просто анализы…
Не сказать, что Фаргон стремился попасть под крыло Тимуру и его команде, но обработали его грамотно. Сначала припугнули, потом слегка обогрели, после «предложили» помощь, которая повлекла за собой медосмотр. Вообще, официальная версия звучала: «Нам надо убедиться, что вы здоровы, не принесли на Землю вредоносную инфекцию, а ещё, имея образцы крови и прочего биоматериала (да-да, это так красиво называется), в случае непредвиденных обстоятельств мы всегда сможем оказать вам эффективную медицинскую помощь». Про лекарские артефакты в пространственном кармане гизар благоразумно промолчал. Хотя и подозревал, что о факте использования одного из них ГКЧВ давно в курсе. Изымать не спешит – и хвала Хэриот! Видимо, существует у землян порог наглости.
К слову, описанная секретная организация располагалось практически в центре города, за высоким забором, с колючей проволокой наверху. Помимо электрического тока в защиту входил и магический компонент. И никто даже не догадывался, что же там такое! Ибо чары, отводящие глаза, работали на славу. Все, кто проходил мимо сего сооружения, предпочитал смотреть в сторону, а через пару минут и вовсе о нём забывать. Исключение составляли магически одарённые особи и кошки, коим никакие чародейные приблуды помехой не были.
Но вернёмся к нашему попаданцу, которого бросил куратор на растерзание очень активной женщины в белом халате, а сам смылся в бухгалтерию. И даже не устыдился!
Гизар нервно огляделся, судорожно пытаясь понять назначение всевозможных приборов, стоявших на столах и полках открытых шкафов.
— Здравствуйте, — бодро подошла к необычному красавцу (особенно её впечатлил наряд, ну а после длинные волосы, к которым она испытывала тайную слабость) врач и протянула руку. – Меня зовут Мария Сергеевна, и у меня указания провести вам полную диагностику.
Памятуя об успешности лобзания женских конечностей, Фаргон поцеловал ручку, заодно представляясь.
— Какое необычное имя, — отметила дама весьма приятной наружности, даже не дрогнув от подобного жеста.
Это вам не подросток в период пубертата. Её блестящие чёрные, как крылья Повелителя, волосы лежали волосок к волоску в лаконичном каре. Лёгкий макияж, изящные скулы, ореховые глаза и тонкий флёр необычных духов – всё это производило незабываемое впечатление. Впрочем, короткая стрижка для гизара была в принципе внове, ведь у ролевиков девы все как на подбор – с длинными волосами. Ну а иномирные запахи и вовсе отдельная тема. Ведь рецепторы Фаргона невыносимо страдали. От всего: от запаха дезинфектанта, без которого ни одно медицинское учреждение не обходится, от вездесущей пыли и выхлопов повозок, не говоря уже о сигаретном дыме, который он поначалу принял за выброс отравляющего газа. Как в Мёртвых горах, где он когда-то побывал с приятелями – испытывали себя на прочность. До конца жизни он не забудет, как из расщелин неожиданно вырываются пары, от которых не то что дышать – жить не хочется! И только усиленная регенерация вида и защитные амулеты не дают умереть на месте.
От Марии же шёл аромат чего-то свежего и слегка горьковатого. Нечто подобное можно обонять в долине танцев – месте, где обитает один из самых красивых видов маргел – пурпурных, о которых местные жители Лурры знать не знают, ибо место то скрыто от посторонних глаз меж высоких гор, и добраться до него можно лишь по воздуху. Их порхание действительно похоже на дивный танец, который можно смотреть вечно. Там, помимо чудных птичек, растут удивительные цветы, благодаря которым маргелы и имеют подобную окраску, ибо питаются их нектаром. Флиоры. Цветы смерти, ибо с ними хоронили гизары своих женщин. Их запах освежает, не даёт тлену растечься по округе, а пурпурный цвет изысканно благороден. Хорошо, что Фаргон обо всём этом знает лишь из рассказов дяди, поскольку сам был слишком мал, когда хоронили последних гизарок, в том числе его мать. Потому что тогда он бы не смог вдыхать иномирные духи без
