Нет, нет и нет! Сексуальные отношения не входили в пакетное соглашение. К сожалению, разум и чувства слишком редко ходят одной дорогой. Даже одной мимолетной картинки, нарисованной воображением — Грейс в душе, струи горячей воды бьют по обнаженным плечам и устремляются вниз по ложбинке между молочно-бледными холмами грудей, — оказалось достаточно, чтобы в крови Габриэля вспыхнул огонь. И что с этим делать? В конце концов он не старик, а нормальный, молодой еще мужчина, привыкший расходовать излишек энергии не на беговой дорожке, а в постели. А почему бы и нет? Здоровый секс — самое невинное из всех известных человечеству удовольствий. Впрочем, сейчас Габриэля тянуло не к женщине вообще, а к конкретной женщине, к Грейс Уотерс.
Негромко выругавшись, Габриэль повернулся и пошел в свою комнату, чтобы последовать примеру жены и тоже принять душ. Только не горячий, а холодный, даже ледяной, который нейтрализовал бы обосновавшийся в крови вирус желания.
8
Первым следствием звонка родителям стал визит Фионы. Она ворвалась в офис незадолго до перерыва на ланч, ворвалась, как торнадо, с растрепанными волосами, мечущими молнии глазами и мрачным, как грозовая туча, лицом.
— Ты, похоже, рехнулась! — Бросив на стол сумочку и совершенно игнорируя присутствие притихших Микки и Кэтрин, она сердито уставилась на Грейс.
— Я тоже рада тебя видеть, Фиона. — Грейс подняла голову и выразительно посмотрела в глаза сестре, но ту могло остановить разве что появление в офисе Элвиса Пресли.
— Не могу поверить! Когда мама сказала, что ты вышла замуж за иностранца, за совершенно незнакомого человека… Как ты могла?! Нет, Грейс Уотерс, ты совершенно лишилась рассудка!
— Ты не против, если мы перейдем в другую комнату? — спокойно, как могло показаться со стороны, предложила Грейс. — Не будем мешать тем, кто старается работать. — Она взяла сестру за руку, провела в заднюю комнату и, лишь захлопнув за собой дверь, дала себе волю. — Как ты смеешь врываться в мой офис и кричать на меня? Это не частная квартира, а деловое предприятие. Что подумали бы клиенты?
— Мне наплевать, что подумают твои клиенты! Ты ведешь себя, как безмозглая девчонка. Что ты знаешь об этом Санчесе или как его там? Ты не думаешь, что это какой-нибудь проходимец, задумавший обчистить тебя до последнего цента? Ты навела о нем справки, прежде чем надевать на палец кольцо? И почему ты никому не сказала, что встречаешься с кем-то?
— Значит, по-твоему, он хочет обчистить меня до последнего цента? — Грейс сухо рассмеялась. — Ты хоть понимаешь, о чем говоришь? Тебе самой не смешно?
— Перестань! Нам надоели твои выходки. О чем ты только думала?
— Довольно, Фиона. Закрой рот и послушай меня. Мне тридцать шесть лет, и я не намерена испрашивать у кого бы то ни было разрешения на каждый свой шаг. Я сама выбираю, как мне жить и что делать. Кроме того, если бы ты знала Габриэля Санчеса, то не задавала бы идиотских вопросов.
— Если бы я его знала! — Фиона сбавила обороты. — Но я же не знаю. В этом-то все и дело. Его никто не знает. Да, я посоветовала тебе начать встречаться с кем-нибудь, но кто же мог представить, что ты позволишь окрутить себя первому встречному!
— Это смешно. Тебя послушать, так выходит, что я прямо-таки навязалась ему.
— Именно так это и выглядит со стороны. Да что с тобой, сестренка? Боишься, что состаришься в одиночестве? Боишься, что останешься без мужчины? Если так, то почему не обратиться в бюро знакомств? Тебе подыскали бы подходящую пару, а не какого-то авантюриста с улицы.
Грейс попыталась возразить, но обнаружила, что не может произнести ни слова: грудь словно сдавило обручем. Фиона, сама того не подозревая, задела за живое. Неужели ее действительно пугала возможная одинокая старость? Неужели она подсознательно боялась остаться без поддержки и опоры? Обманывать себя не имело смысла — да, такая мысль мелькала у нее в голове. Но ведь она вышла замуж за Габриэля совсем по другой причине: ради того, чтобы помочь ему и Стефани. У нее не было никаких планов относительно настоящего брака. Ему всего тридцать с небольшим. Ей… К тому же, как известно, женщины раньше теряют привлекательность, раньше стареют. Придет время, и ему захочется жениться на молоденькой или, по крайней мере, ровеснице и создать настоящую семью. Боже, да у нее, возможно, и детей-то уже не будет!
Видя, как напряглось лицо Грейс, Фиона обняла ее за плечи.
— Прости, сестренка. Я просто беспокоюсь. Мама рассказала, и… Ты же знаешь маму. Он… он не пытался?..
— Ты хочешь знать, не пытался ли он забраться ко мне в постель?
Фиона покраснела, как будто ее уличили в чем-то неприличном.
— Так вот, запомни, в этом смысле он меня совершенно не интересует, — продолжила Грейс. — Я уже объяснила маме, что речь идет исключительно о деловом сотрудничестве.
— Поверю, когда сама его увижу. Ты можешь нас познакомить? Как, ты сказала, его зовут?
— Габриэль. Габриэль Санчес. — Грейс осторожно перевела дыхание. — Если хочешь, приходи в субботу. Номер телефона и адрес есть у мамы.
— В субботу? Хорошо, я приду. И все же ты будь осторожна, сестренка. Если что понадобится, всегда можешь рассчитывать на меня.
— Грейс, тебя что-то тревожит? Ты сегодня такая… задумчивая.
Ресторан, куда Габриэль привел ее на ланч, специализировался на блюдах из морепродуктов, и в маленьком зале витали соблазнительнейшие ароматы, а на огромном блюде красовались только что приготовленные лобстеры. Но ни запахи, способные вызвать слюноотделение у любого гурмана, ни негромкая музыка, лившаяся из невидимых динамиков, ни изысканный интерьер, над созданием которого немало потрудился дизайнер, не могли развеять мрачные мысли, одолевавшие Грейс.
— Извини, Габриэль. — Она виновато улыбнулась. — Просто так много всяких дел…
— Ты довольна нашей работой?
— Конечно! К нам уже обратились несколько киностудий с Восточного побережья. На следующей неделе Кэтрин летит в Нью-Йорк. Похоже, нам удалось их заинтересовать. Вот только…
— Что?
— Деньги, Габриэль. Мы потратили уйму денег. Да, офис будет выглядеть совсем по-другому, но… В общем, я настаиваю на том, чтобы составить график погашения кредитов.
— Послушай, мы уже говорили на эту тему. Я всего лишь выполняю свои обязательства. Деньги твои, и ты можешь тратить их так, как сочтешь целесообразным. Вопрос закрыт.
— Нет, Габриэль, не закрыт. Я не успокоюсь, пока мы не договоримся об условиях и сроках возврата. И, пожалуйста, отнесись к моим словам серьезно.
Он со вздохом отложил вилку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
