Так повелось, что, выезжая куда-то вдвоем, они пользовались одной коляской и одной сменой казаков для охраны. При этом у Руслана этой охраны было даже больше, чем у майора. Сам Рязанов, едва услышав об этом, только посмеялся и тут же назвал такое положение вещей правильным. А когда Руслан вздумал спорить, неспешно доказал ему свою правоту. По его же собственным словам, угроз для Руслана было гораздо больше, чем для него.
– Ты пойми, дурья башка, – горячась, убеждал его майор. – Я только в кабинете сижу и бумаги оформляю. А в стычки и перестрелки ты все время лезешь. Потому и охотятся именно на тебя. С меня что взять? Чиновник, которому доклад на стол положили, он с того доклада дело и пишет. А вот ты для любого злоумышленника первый враг. Потому как в драке именно тебя они видят. И именно ты казаками командуешь. А самое главное, это твои знания. Забыл, сколько всяких лазутчиков мы уже в острог наладили, которые за твоими задумками охотились?
С этим аргументом спорить было сложно. В итоге все осталось, как было. Сам Рязанов обходился минимальным количеством охраны. Пара казаков плюс кучер. Человек этот служил у графа давно и был не робкого десятка. Умевший и пистолетом пользоваться и ножом, и драки не боявшийся. Где его взял Рязанов, Руслан не интересовался, но доверял мужчине не меньше, чем сам граф.
Добравшись до дома, друзья приказали нагреть воды и разошлись по своим комнатам, приводить себя в порядок. К шести часам оба офицера сошлись в малой столовой и, перекусив слегка пирогами с чаем, отправились на прием. Мероприятие это проводилось в помещении городской управы. Закуски и вина были доставлены из ресторана, а прислугу предоставил сам городской голова.
Встречавший на крыльце гостей лакей, важный, словно британский лорд, увидев офицеров, при мундирах и наградах, величаво поклонился и, распахнув дверь, негромко сообщил:
– Господа, князь желает, чтобы вы нашли его, как только сочтете возможным.
– Благодарствую, голубчик, – кивнул в ответ граф, а Руслан незаметно вложил ему в ладонь полтину.
Войдя в зал, друзья не спеша осмотрелись и, заметив в дальнем конце зала суетливо толпящихся чиновников, направились в ту сторону. Расчет оказался верным. Упустить возможность попасться на глаза большому начальству ни один чиновник не может себе позволить. Тем более в такой глухомани. Вот и приходилось князю вместе с семьей сносить бесконечные уверения в наилучших чувствах. Едва приметив офицеров, Тарханов широко улыбнулся и, раздвигая лизоблюдов, шагнул им навстречу.
– Ну, наконец-то, господа. Я уж, грешным делом, беспокоиться начал, не случилось ли чего.
– Слава богу, все спокойно, ваше сиятельство, – улыбнулся в ответ Рязанов.
– Так ведь вашими усилиями, господа, – тут же ввернул Тарханов. – Граф, я попрошу вас составить компанию моей дочери, а вы, князь, уделите время старику, – распределил обязанности князь, ловко подтолкнув дочку к майору.
– С удовольствием, ваше сиятельство, – в один голос отозвались офицеры.
Пользуясь отцовским дозволением, Лиза тут же подхватила майора под руку, и тот не спеша повел ее по залу, что-то тихо рассказывая. Руслан, приложившись к ручке княгини, тихо поинтересовался у нее, как идут дела. Чуть улыбнувшись, женщина вздохнула и так же тихо пожаловалась, что князь стал очень редко бывать дома. Словно не хочет никого видеть. В ответ Руслану оставалось только вздохнуть.
– А как ваши дела, Руслан Владимирович? – в свою очередь спросила княгиня.
– Служу, – пожал Шатун плечами.
– Невестой не обзавелись еще? – нейтральным тоном поинтересовалась княгиня.
– Нет. Не до них теперь, – твердо ответил Руслан. – К тому же еще и года не прошло, как Наташеньки не стало.
– Господь с вами, Руслан Владимирович, вы ведь даже помолвлены не были, – напомнила княгиня.
– Это не важно, – помолчав, ответил Шатун.
– Спасибо, княжич, – вздохнула Зинаида Павловна. – И простите меня, дуру бабу.
– Господь с вами, княгиня. Я и не думал сердиться, – поспешил заверить ее Руслан.
– В таком случае я для вас всегда и везде Зинаида Павловна. И только так, – улыбнулась княгиня, поворачиваясь к нему всем телом.
Во время разговора она взяла его под руку и отвела в сторону. Глядя ей в глаза, Руслан склонил голову и, чуть улыбнувшись, ответил:
– Благодарю. Для меня это важно.
Грустно улыбнувшись, княгиня аккуратно коснулась пальцами его щеки и, кивнув, предложила:
– Давайте вернемся обратно. А то местные кумушки решат, что я вас соблазняю.
– Больше глупости и придумать сложно, – презрительно фыркнул Руслан, подчиняясь.
Князь Тарханов, успевший за это время уже каким-то образом разогнать всех местных лизоблюдов, увидев их, шагнул навстречу и, потерев ладони, спросил, заговорщицки подмигивая:
– А не выпить ли нам, Руслан, за встречу? Только не той кислятины, что по залу носят.
– Сей момент организуем, – кивнул Шатун и, поймав за рукав ближайшего лакея, приказал ему принести коньяк и все к нему прилагающееся.
Спустя пять минут лакей принес все требуемое и, сервировав в уголке небольшой столик, замер неподалеку. Судя по всему, приказ на это он получил от городского головы. Прием оплачивал князь, а организационную часть вынужден был взять на себя первый человек в администрации города. Руслан и князь с супругой опрокинули по бокалу коньяка, и Тарханов, закусив напиток лимоном, спросил, оглаживая бороду:
– А скажи мне, Руслан, сколько казаков ты под ружье разом поставить можешь?
– Своих и нас два десятка. Остальные, можно сказать, ополчение, которым заправляет или атаман, или казачий круг. Реестровые-то все на фронте. А этими я командовать не могу. Им даже атаман не указ.
– Ополчение, значит, – мрачно протянул Тарханов. – Это плохо.
– Увы, Петр Иванович, иного в наших реалиях не дано, – развел Руслан руками. – А с чего такой интерес?
– Слышали, что в Армении делается? – снова скривился князь.
– Конечно. Но только то, что в депешах сказано. Своих людей у нас в тех местах нет, так что и информации мало.
– Понимаю, – задумчиво кивнул Тарханов. – Ту т вот какое дело. Об этом почитай никто не знает, но тебе расскажу. Может, и подскажешь чего. Там, – князь ткнул пальцем куда-то в потолок, – весьма недовольны сложившимися делами. Османы на границе Армении делают что хотят, но никакого укорота не получают. Купцы и духовенство местное канцелярию уже жалобами завалили, а толку нет. И что делать, никто решить не может. Вроде как, с одной стороны, нас это не особо и касается, а с другой – генерал-губернатор обязан блюсти интересы местных жителей. И такое положение вещей может плохо отразиться на его дальнейшей службе. В общем, дела неважные, и нужно что-то придумать такое, что могло бы их изменить в лучшую сторону. Что скажешь?
– Отправлять туда оружие нет смысла, – помолчав, проворчал Руслан. – Вояки они те еще. Против османов не тянут. Есть, конечно, и стоящие бойцы, но их мало. К тому же в тех краях у местных к османам давнишняя и стойкая неприязнь. Да и страх имеется. Слишком долго они бок о бок жили. А для серьезной экспедиции у меня народу слишком мало. Два десятка, это только врага подразнить.
– Неужто ничего на ум не приходит? – заметно огорчился князь.
– Вот так сразу пока ничего, – честно признался Руслан. – К тому же я в тех местах не бывал, а по нашим картам много не увидишь. Думать надо.
– Думай, сынок. Думай. Это очень важно. Поверь, – тихо, но очень весомо добавил Тарханов.
* * *
Разговор этот длился уже два с половиной часа, но к единому мнению офицеры так и не пришли. И Рязанов, и Руслан, и сам князь Тарханов отлично понимали, что двумя десятками решить возникшую проблему просто невозможно. Рассчитывать на помощь местных силовых структур по меньшей мере самонадеянно, но что-то делать было просто необходимо. Из намеков князя было понятно, что генерал-губернатору и всем его креатурам грозят серьезные неприятности.
