За ментальной стеной рычит Демон, а Олежек ему весело машет, как будто это коллега по песочнице, а не древнее зло.
Рядом переминается с ноги на ногу Фирсов. Хмурый, с прищуром, он всматривается в белый туман за стеной. Мы оба пытаемся разглядеть, что там за существо. Ну, что-то разглядели.
– Не люблю кошаков, – выдает старый ликвидатор сухо.
Ну да, морда у этой твари кошачья. Чем-то напоминает Бегемота, но с кучей своих отличий. Если, конечно, представить, что кошка вдруг решила отрастить щупальцами, как спрут. В глазах котяры-каракатицы – жадность, такая, от которой инстинктивно хочется схватить пси-копьё и метко заехать прямо между этими глазами.
– Моё тело… – снова тянет оно свою шарманку, как заевшая пластинка.
Я перехватываю Олежека поудобнее и бросаю:
– Демонюга, ты ошибся адресом. Здесь твоего тела нет.
Щупальцевая тварь раздражённо шевелится. Кажется, мои слова её задели. Раздражённый взгляд, шипение сквозь зубы. Не понравилось ей слово «демонюга», видимо.
– Я не демонюга. Я – Высший Демон, – цедит она, словно это должно что-то изменить. – Король Теней обещал мне своего потомка. Своего ребёнка. Он говорил: когда захватит новое тело на Земле, я получу свою плату. И вот потомок появился…
Ах, вот оно как. Претензии и договора. Король Теней позарился на меня, а его щупальцевая шестёрка – на моего сына.
Демон скалит хищные зубы, будто думает, что это добавляет веса его бреду. Я перевожу взгляд на тварь, потом на Олежека. Он лениво зевает, его маленькие глазки едва открыты.
Ну да. Видимо, Демон не впечатлил его.
– Слушай, – говорю, качая малыша чуть сильнее. – А ты вообще откуда взялся? Тоже был человеком? Как-то не верится, слишком уж ты пупырчатый.
Тварь за стеной недовольно подаётся вперёд. Не хочет отвечать, ну и ладно. Ему больше нравится в ментальную стену долбиться.
– Филинов, он не пробьется? – Фирсов начинает волноваться.
– Это вряд ли, – отвечаю с ленцой.
Я смотрю на эту тентаклевую каказябру и думаю: «Ну что ж, раз уж заявился, давай знакомиться поближе.» Решение щёлкает в голове мгновенно. Ментально активирую Шельму из Жартсерка. Благо дотянуться ментальным щупом до браслета на моей руке в материальном мире не так уж и сложно.
Она появляется рядом, как всегда эффектно, будто только что сошла с подиума. Красотка – тут и спорить нечего.
На этот раз она блондинка. Золотистые волосы распущены, мягкими волнами спадают на плечи, переливаясь в свете. Едва заметный поворот головы – и на её губах расцветает игривая улыбка, от которой тени будто становятся светлее.
– Милый, ты меня звал? – мурлычет она, касаясь моего плеча лёгким движением, будто случайно.
Фирсов стоит рядом, выглядя так, будто его одновременно ослепили прожектором и облили ведром ледяной воды. На лице смешиваются недоумение и лёгкая паника. Он нерешительно переступает с ноги на ногу, пытаясь разобраться, что за чертовщина перед ним.
– Филинов, это точно Демон? – бормочет он, делая шаг назад. Я его сейчас прекрасно понимаю. Ментальное сканирование говорит одно, а глаза явно не согласны. Сразу вспоминается моя первая встреча с Шельмой.
Я не могу удержаться от усмешки.
– Ещё как Демон, учитель.
Шельма поворачивается ко мне с укоризненным взглядом, её театральный жест – настоящая маленькая драма. Она закатывает глаза, словно хочет сказать, что я окончательно разочаровал её.
– Демонесса, попрошу, – поправляет она с непоколебимым достоинством, обводя нас взглядом. – И, между прочим, я обаяшка… Хм, у тебя родился ребенок, милый? – только сейчас замечает она Олежека.
– Ага, – обхожусь без комментариев. Не для этого ее вызвал.
– Красивый, весь в тебя. Только уши явно мамины, – фыркает Шельма. – Альвийка, значит…
– Закрыли эту тему, – одергиваю Демонессу. – Посмотри направо.
Она скрещивает руки на груди, поворачивая голову к кошачьему осьминогу. В её взгляде сверкает презрение, словно сама мысль уделить этой твари внимание кажется ей нелепой.
– О, знакомая дешёвка, – бросает она насмешливо, с такой интонацией, будто этот эпизод – просто ещё один неприятный пункт в её переполненном расписании.
– Ты знаешь его? – спрашиваю, с интересом глядя на Шельму.
– Знаю, – с фальшивым сожалением протягивает она, склонив голову набок. – Только у этого бездаря щупальца выросли с тех пор, как я его видела в последний раз.
Кошачий осьминог заметно напрягается, но Шельму это только забавляет. Демонесса кривит губы, её взгляд полон презрения.
– Ну да, видела пару раз… – бросает она небрежно, словно говорит о таракане, забежавшем на кухню. – Какая-то шестёрка Короля Теней… Ах, да, вспомнила. Это же Бельзовул. Когда-то он был у него тюремщиком.
Едва она произносит это имя, щупальца осьминога начинают нервно извиваться. Бельзовул смотрит на Шельму, и его голос звучит неуверенно:
– Моё тело… – лепечет он, будто сам не верит в то, что говорит.
Я перевожу взгляд на тварь.
– Слушай, Барсик Осьминогич, – начинаю я с лёгкой усмешкой. – А ты ведь попал.
Он дергается, явно не понимая, что я имею в виду.
– Что? – спрашивает он, тон его вздёрнут от растерянности.
– Короля Теней здесь нет, – охотно поясняю. – И никогда не было. А ты, склизкая кошара, полез вперёд батьки в пекло. Думаешь, он тебе это простит? Задумал себе заграбастать тело вперед Короля? А он потом просто это проигнорирует? Попал, ты, короче. Скоро твой Король тебе все щупальцы повыдергивает и засунет в одно место по очереди.
Бельзовул резко замирает, его тентакли начинают дёргаться в судорожных, хаотичных движениях. Мысль о гневе Короля Теней, похоже, раньше даже не мелькала в его голове. А теперь, когда наконец дошло, вся картина явно не добавляет ему уверенности. Он начинает мелко дрожать, а его немигающие глаза хлопают так быстро, что кажется, вот-вот выпадут.
Шельма, наблюдая это представление, еле сдерживает смех. Её глаза сверкают весёлым огоньком.
– Ну-ну, – протягивает она с явным удовольствием, скрестив руки на груди, – смелость, как видно, никогда не была его сильной стороной.
Бельзовул завис. Он буквально застыл на месте, дрожа, как щупальцевая желеобразная масса. Мысли, похоже, буксуют в его голове. С одной стороны, перспектива получить тело манит, но, с другой, наказание Короля Теней пугает до дрожи. Наконец он выдавливает:
– Но моё тело…
Я не выдерживаю и усмехаюсь, оборачиваясь к Шельме.
– Ну он и мозгами явно не отличается, – бросаю, иронично оглядев дрожащую каказябру.
Шельма смеётся, изящно прикрыв рот рукой. В её глазах пляшут насмешливые искорки.
– Милый, ты заставил зависнуть Высшего Демона! – заявляет она, словно это выдающееся достижение. – Хотя, признаю, он явно не из самых умных. Но всё же высокого ранга.
Я киваю, с лёгкой усмешкой перевожу взгляд на Бельзовула. Его щупальца слегка подрагивают.
– Ну, так что? Решил надурить самого Короля
