спешно покинули это место.
* * *
Все произошедшее можно сравнить лишь с танцами перед самым носом медведя в его берлоге, да еще вдобавок зимой разбудив его во время спячки. Попробуйте после такого неторопливо покинуть его берлогу.
Но тут заслуга была Веррле, а именно – его отношения к Айкону: он действительно ни разу не воспользовался своей властью над ним со злыми намереньями, но это, как говорится, дело прошлого… Так что идем дальше.
Гостиница «Хилтон-холл», где за англичанами были закреплены номера. Именно туда Фиолент отволок полутрезвых англичан. А вот полусонных Елену Сергеевну и Владимира Павловича они посадили в самолет и отправили в Петербург. Действие волшебного эля закончилось где-то над Красноярском, и им явно было некомфортно после всего перенесенного. Мало того, что голова раскалывалась, так еще никто ничего не помнил.
– А где мы? – первое, что произнес майор полиции, внезапно протрезвев.
– Ой, как паршиво, – придя в себя, прошептала Елена Сергеевна, схватившись за голову. – Владимир Павлович, чем вы меня напоили, вообще ничего не помню.
– Ох, Леночка, сам ничего не помню, – оглядываясь по сторонам и понимая, что они в самолете, говорил полицейский. – Получается, мы пьяные сели на самолет, уснули и через пару часов пришли в себя.
– Это невозможно, а таможенный контроль?
– Значит, нам помогли сесть на самолет, – раскручивая минералку, говорил Владимир Павлович. – По приезду надо проверить, все ли вещи на месте, ох, как паршиво.
На этом их диалог прекратился, и они, отвернувшись друг от друга, погрузились в свои мысли. Владимир Павлович пытался вспомнить, не было ли у него отношений с Еленой Сергеевной, она же в свою очередь с ужасом пыталась вспомнить, что же на самом деле произошло в ту ночь в баре «У Айкона». И хорошо, что волшебный эль напрочь стирает все воспоминания уже после первого глотка.
По приезду в Петербург у них начались обыденные полицейские будни: с постоянными проблемами, с постоянной ответственностью за страну и спокойствие граждан. Куда более интересные события развивались в одном из гостиничных номеров Иркутска, куда после нижеизложенных событий отправились наши сыщики.
Озеро Байкал стало тем самым местом, где среди всей массы воды уже однозначно скрывался перстень тайны. Правда, была одна маленькая проблемка – где именно?
– Подожди, подожди, Тук, – даже немного оживился Леон Марсель в номере отеля, – Ты говоришь, вы с Айконом все эти годы искали перстень?
– Да, – сухо ответил бывший пианист из бара Айкона.
– Только не говори, что он нашел его.
– Нет, Леон, в том-то и дело: мы перерыли дно Байкала от начала до конца, потратив на это 10 лет, но все было впустую, там нет перстня, – заявил человечек. – Его кто-то нашел!
– Неправда, если бы перстень тайны был у кого-то в руках из моего мира, я имею в виду, волшебное существо, то об этом знали бы все. И им бы уже пользовались, это очень могущественное оружие, – рассуждал Леон. – И предположим – его нашел человек и надел. Об этом тут же узнали бы в министерстве. Но ни того, ни другого не произошло, значит, следуя логике вещей, кольцо находится именно в озере, – сделал вывод лепрекон. – Выходит, Тук, вы с Айконом плохо искали.
– А что если оно не на дне? – неожиданно предложил Данил, положив в принесенный Фиолентом кофе ложечку сахара.
– А где же? – с ухмылкой на лице подметил Леон. – Кольцо тяжелее воды, Данил.
– Не, я не имел в виду воду, я имел в виду рыб, – тут же ответил Веррле.
– Рыб, – шепотом произнес Леон Марсель и на мгновение замолчал, словно обдумывая что-то очень важное.
Получилась такая необычная пауза в номере отеля. Данил размешивал кофе, Фиолент выставил на журнальный столик еще 4 чашечки, Тук, он же Бенджамин Долс (по документам) сидел напротив Леона и хотел было взять свой кофе, Катрин непринужденно что-то читала, а лепрекон нервно ходил возле столика, то и дело потягивая трубку. Но в тот момент, когда Данил Веррле сделал предположение, что перстень мог находиться в рыбе, все прекратили свои дела и с какой-то особой надеждой во взгляде посмотрели на Леона, словно ожидая его реакции.
– А ведь правда, Айкон откусил кольцо с пальцем, а это кусочек мяса, который могла проглотить большая рыба, – улыбаясь, словно нашел долгожданное решение, произнес свои мысли вслух ирландский гном-лепрекон. – А значит, Тук, вы просто не там искали.
Тук был человеком, так же как и его сестра Катрин, на вид ему было лет 25, ну, максимум 30. Невысокого роста с коротко стрижеными, черного цвета волосами и карими глазами он казался таким маленьким, беззащитным, что у всех возникало желание защитить этого маленького человечка с его трогательной сестренкой. Может, поэтому Данил и забрал из рабства эту парочку.
– Сэр, если позволите заметить, – неожиданно заговорил Фиолент, – идея хорошая, но на реализацию уйдут годы, да и придется использовать магию, чтобы не запутаться во всем многообразии рыб, но даже с учетом всего, я повторюсь, потребуются годы.
– Ну да, – сделав очередной глоток, нерешительно подметил Бенджамин. – А если позвать всех лепреконов, чье золото спрятано в сундуке?
– Ты в своем уме, Тук? – закричал Леон.
– А почему нет, Леон? – поддержал человечка Веррле.
– Вы спятили, они неуправляемы, – возмутился Леон.
– Тогда мне непонятна цель всей этой игры, если ты не хочешь делиться с другими, значит, ты хочешь ими управлять единолично, – довольно-таки строго заметил Данил.
– Дело не в этом, Данил, – ответил Леон. – В этом сундуке черное золото, за которым стояли тысячи убитых не по своей воле людей и волшебных существ, и владельцы этих монет не очень таки жалуют светлую сторону и таких, как мы.
– Ничего страшного, я встречался и не с такими представителями темной стороны, – заметил Веррле.
– А знаете, сэр, – вмешался в диалог Фиолент, – Бенджамин прав – если позвать все роды, то шансы отыскать перстень увеличатся в разы, пускай это опасно, но это единственный быстрый способ решить эту проблему. Тем более сейчас, когда Айкон приобрел свободу. Ибо свободный Айкон начнет убивать лепреконов, это лишь вопрос времени.
После этих слов гном-лепрекон задумался. Управлять родами с помощью черного золота в его планы не входило, он желал лишь получить свою монету, одну единственную, ту самую – за смерть прадеда Веррле, когда дед Леона и прадед Данила искали цветок папоротника. Это была случайная непреднамеренная смерть, которую никто не хотел, но сундук «Золотого глаза» всегда вел счет смертей от рук лепреконов, забирая их черное золото по некогда подписанному договору.
Именно эта монета нужна была
