сразу три номера – два мобильных и один, судя по коду, домашний.
– Прекрасно! – воскликнула Лиза. – Ну вот, сейчас все и выяснится! Я принесу тебе телефон, и ты поговори с ним. Постарайся узнать все, что было связано с твоим приездом в Москву.
Через пару минут Джейн уже разговаривала со своим кузеном на английском.
– Она так хорошо владеет русским, почему они говорят на английском? – удивилась Глафира.
Джейн так разволновалась, что по щекам ее потекли слезы.
– Ты понимаешь, о чем они говорят? – спросила Глафира у Лизы.
– Да, почти все. Она расспрашивает его, должен ли он был ее встретить. И, судя по ее репликам, он ее все-таки встретил, вернее, он был в аэропорту. Вот только ее там не оказалось. Глаша, наберись терпения, она сейчас сама все расскажет.
Между тем разговор Джейн подобрался к теме адреса, Лиза дала ей ручку, и Джейн написала на листке домашний адрес Юрия.
– Я объяснила ему, что в данное время нахожусь в больнице, что не помню, что со мной случилось, что меня, судя по всему, избили и ограбили и все в таком духе. Он ужасно расстроился, сказал, что готов приехать за мной прямо сейчас.
– И что ты ему ответила?
– Сказала, что позвоню, что пока еще не знаю, когда меня выпишут.
– Очень хорошо, – похвалила ее Лиза. – И вообще, по-моему, все замечательно складывается. Да, жаль, что у тебя нет документов, очень жаль… Если был бы паспорт, отвезли бы мы тебя сейчас в Москву, а там бы ты уже сама решила, куда тебе ехать – в Питер или Лондон.
– Да какой уже Питер – только домой, домой! – воскликнула Джейн. – Хватит, напутешествовалась уже.
– Ну, что ж, давайте подведем итоги и выработаем план действий. Сначала тебе надо поправиться. Пока будешь находиться здесь, будь на связи с Юрием. Общайся с ним так, как раньше. Поскольку он откликнулся и ваш разговор с ним состоялся, больше того, теперь мы знаем его телефоны и адрес – все это свидетельствует о том, что он не имеет к этой истории никакого отношения. То есть это не он напал на тебя и все такое.
– Да конечно же нет! – замахала руками Джейн. – Я с самого начала это знала. Юрий – прекрасный человек!
– Вот и чудесно. Значит, на тебя напал кто-то другой. Да, жаль, что нельзя, позвонив в «Националь», спросить напрямую, остался ли в номере твой багаж и нет ли там твоей сумки с документами, – сказала Глафира.
– Сложно что-то предполагать. Да, скорее всего, такой информации мы не получим, но, с другой стороны, ведь ты же, поселившись там, вряд ли оплатила месячное пребывание. Возможно, ты заплатила за пару дней вперед, а потом исчезла. По-хорошему, тебя должны искать. И наверняка обратились в милицию. И как это я раньше об этом не подумала?
Лиза кому-то звонила, Глафира же не спускала с нее восхищенных глаз. Она знала, что у Лизы в Москве много друзей – и в адвокатуре, и в прокуратуре, и в милиции. Со многими из теперешних «москвичей» она училась вместе.
– Седов, это я, Лиза Травина, – услышала Глафира с Джейн. – Как там столица? Понятно. Ты можешь сейчас говорить? Вот и хорошо. Послушай…
И Лиза в двух словах объяснила своему московскому приятелю ситуацию с Джейн.
– Помоги выяснить, что стало с ее багажом и, главное, сохранились ли ее документы. Запиши: Джейн Чедвик.
Седов перезвонил через час. Лиза, слушая его, не проронила ни звука. И только в самом конце, когда лицо ее выражало уже крайнюю степень удовлетворения, она проговорила:
– Вот спасибо тебе! Ты просто молодец! – И она чмокнула трубку. – Девочки! И багаж на месте, и документы, и все кредитки!!! Джейн, у тебя все хорошо! Можно сказать, что тебе сказочно повезло!
Джейн обхватила ладонями лицо и замотала головой. Она снова заплакала, но теперь это были слезы радости.
9. N-ск 2005 г. Нина Цилевич
– Гражданин Шаронов? Михаил Яковлевич?
– Да, это я.
– Пройдите, пожалуйста, вот сюда. Вы понимаете, что вас пригласили для опознания?
– Да, я в курсе.
– Подойдите сюда.
Женщина с прокуренным лицом и в буром от застарелых кровавых пятен фартуке, надетом поверх белого халата, подозвала Шаронова к столу, на котором лежал труп женщины.
– Да, это она, Нина.
– Нина?
– Да, это моя сотрудница – Нина Цилевич, – он судорожно всхлипнул. – Это ужас… Что с ней сделали?
– Убили, – сухо ответила женщина-эксперт и, проворно достав из кармана фартука пачку крепких сигарет, закурила. – Вы уверены, что это ваша знакомая? Ведь прошло так много времени, труп много времени пролежал в земле…
– Я… Как бы это вам сказать. Я был с ней довольно близко знаком, а потому могу сказать, что тело ее мне знакомо до мельчайших деталей, до родинок, до изгибов… Надеюсь, что мои слова так и останутся здесь, в этом страшном месте, кабинете, комнате, не знаю, как это называется… У меня жена, дети…
– Да не беспокойтесь вы так, – усталым голосом проговорила эксперт. – Курить хотите?
– Да, хочу.
– Знаете. В нашем городе редко встречаются такие вот трупы.
– Вы же слышали, она пропала еще зимой. Извините, что я разговариваю с вами об этом, но мне и поговорить-то не с кем. К тому же я сильно волнуюсь.
– Присаживайтесь. Хотите кофе?
– Пожалуй.
Через несколько минут Шаронов с женщиной-экспертом, которую звали Людмила, пили кофе и беседовали.
– Я все знал о ее личной жизни. И хотя Нина мне ничего не рассказывала, но я понимал, что она напрасно вышла замуж за этого Щекина.
– Это пианиста местного, что ли? – не скрывая иронии, спросила Людмила. – Такого… холеного, сладенького?
– Вот именно! Понимаете, Ниночка всегда считала себя некрасивой, думала, что ей будет трудно выйти замуж, а детей хотелось. Однажды ей приснился сон, будто бы ее покойный отец…
– Цилевич. Знаю. Говорят, он был необычайно талантливым человеком, физиком, кажется.
– Да, это ее отец. Так вот, Нине приснилось, как будто бы ее отец советует ей выйти замуж именно за Щекина. И она вышла. Сказала, что этот сон – не случайность, что это знак и что она не может не прислушаться к словам отца. Вот и вышла. А Щекин – настоящий альфонс, каких поискать! Как раз незадолго до того, как Нине исчезнуть, с ней произошел досадный случай. Мы как раз возвращались с ней из командировки из Москвы и приехали домой раньше времени, на два дня раньше. Ну и… Она застала своего мужа, этого сладенького, как вы сказали, Щекина с любовницей!
