— Нет! — крикнула она, вскочив с кресла. — Бен, этого я не хочу, честно, не хочу! Ты самый главный человек в моей жизни. Ты и есть моя жизнь!
И я хочу, чтобы мы были семьей. На самом деле хочу.
— Как бы я хотел верить тебе, любимая, вздохнул он. — Но не могу удержаться от чувства, что ты говоришь это скорей от страха и гордости, чем от убеждения. Не всегда легко признаться в ошибках, которые мы натворили. Но мы должны это сделать и посмотреть на факты. Это важно для каждого из нас и для обоих вместе. Я вижу картину так. Если наш брак сохранится, но потом долгие годы будет продолжаться борьба, то этого я не смогу пережить. И сейчас прямо говорю тебе об этом, Джулия. Я не хочу борьбы. Я не хочу воспитывать ребенка в доме, полном упреков и несогласия. А таким будет наш дом, если мы сохраним наш брак только для того, чтобы не потерять лицо перед другими людьми.
— Об этом я и не прошу тебя. — Она обошла стол и приблизилась к нему.
Еще пара шагов, и она коснется его. Предчувствуя, как ее мягкие руки проскользят по его шее, как ее нежное тело прижмется к нему, Бен затаил дыхание. Он так сильно хотел ее, что мог ощущать вкус своего желания.
— Остановись, — хрипло произнес он. — Или я не отвечаю за то, что сделаю. А я хочу и завтра жить в мире с собой. Я только что объяснял тебе, как отношусь к своему так называемому праву мужа. Прошу тебя, не делай из меня лжеца.
— А что, если я не хочу, чтобы ты отвечал за то, что сделаешь? — пробормотала она. — Мы так долго ждали, Бен, что позволили раздору вклиниться между нами.
— Можем подождать и еще немного. — Огромным усилием он выдавил из себя этот безумный ответ. У него и так почти поехала крыша от неистового желания. — Я не хочу использовать секс как попытку манипулировать…
— Даже если я попрошу тебя?
Она была так близко, что он вдыхал аромат ее духов. Ее пальцы коснулись его щеки. Это прикосновение пронзило его от макушки до пяток.
— Джулия, пожалуйста!.. — Слова со свистом сорвались с губ.
— Пожалуйста, помолчи и поцелуй меня, прошептала она. Ее дыхание овевало ему ресницы. Господи, даже ресницы становились возбужденными! — Вряд ли я переживу еще одну ночь без твоих объятий.
Джулия взяла его руку. Он сопротивлялся изо всех сил, но она решительно приложила его ладонь к своей груди. Через тонкую хлопчатобумажную ткань платья он почувствовал теплую твердь ее плоти. У него чуть не случился сердечный приступ.
— Нет!.. — раздался приглушенный стон. — Я не хочу, чтобы сегодня, подчиняясь импульсу, ты отдалась, а утром бы жалела.
— Обещаю тебе, что не буду жалеть. У меня в жизни не было такой ясной головы, как сейчас.
Мысленно он еще не пришел к убеждению, что постель — правильный способ разрешить недоразумения, мучившие их. Но его разум больше не нес ответственности за происходившее.
Бен признал свое поражение.
— Хорошо, победа твоя, — хрипло проговорил он. И словно агнец на заклание, покорно позволил Джулии поднять его с кресла и вести к лестнице.
Глава 6
Тихо играла фортепьянная музыка. Кровать, резное произведение искусства, стояла посреди комнаты. Весело занимаясь покупками, они вместе выбрали ее за месяц до свадьбы. По смятым простыням пробегали тени, и они напоминали тусклый снег на миниатюрных горах.
Вдруг Джулию охватила неуверенность. Сумеет ли она выполнить задуманную сцену соблазнения? Внутри у нее все застыло.
Что делать дальше? Раздеть его? Сбросить свое платье? Подождать его следующего шага?
Сверкавшие в лунном свете глаза Бена внимательно наблюдали за ней.
— Если у тебя появились другие намерения, это нормально, — проговорил он.
— Не появились.
Ей хотелось ответить уверенно, но дрожь в голосе выдала ее. Испуганный кролик — вот кто она. Боится взглянуть на то, что ждет впереди, и боится свернуть в сторону.
— Иди сюда, — ласково скомандовал Бен и заключил ее в объятия.
Он давно не держал ее так нежно и жадно. Его рука слегка давила на спину. Без единой сознательной мысли Джулия следовала за каждым его движением. Она так углубилась в гадание, каким будет следующий шаг, что потребовалось с минуту, чтобы до нее дошло: да ведь они танцуют!
— Мы так давно с тобой не танцевали, — прошептала она, потрясенная тем, какой хаос возник в ней.
— Не так уж и давно — на свадьбе, — возразил он. — Но вроде бы прошла вечность. Я скучал по тебе, Джулия.
— Как ты мог скучать, когда на тебя обрушились такие неприятности? — Дурацкий вопрос.
Она все знала по собственному опыту. Каждое мгновение их противостояния вызывало в ней боль. Но нервозность бурлила в ней, словно вода в горном ручье. — По-моему, тебя радовало, когда я поворачивалась и уходила.
С подавленным смешком он стянул платье с плеч, потом с груди. С тихим шелестом оно опустилось к лодыжкам. Джулия стояла перед ним в одном белье.
— Но сейчас меня больше интересует твой приход, — прошептал он.
Она чувствовала себя неловко. Рисуя их первую любовную постель, она представляла себя свежей, выкупанной.., надушенной.., закутанной в шифон, с льстящим ей освещением от стоявших поодаль свечей. И конечно, не в сандалиях и не в простых хлопчатобумажных трусиках и лифчике. Хуже того, волосы спутаны, кожа пахнет морем, а на лице дорожки от слез.
Джулия инстинктивно скрестила руки на груди и попыталась отвернуться от мужа. Но Бен не позволил ей вольничать, взяв ее руки в свои.
— Я хочу смотреть на тебя.
Благодаря судьбу за приглушенный свет, Джулия позволила ему подробно изучать ее тело. Она "мечтала только об одном: лишь бы он не разочаровался в увиденном. В последние дни она так часто замечала в его глазах разочарование. И ей совсем не хотелось увидеть его снова. Что бы ни происходило между ними на прошлой неделе, этот момент должен остаться в памяти неиспорченным.
Он долго молчал. Она все больше и больше приходила в возбуждение от его взгляда.
— Бен, я знаю, что я не великая красавица. — И это было правдой. Талия модно узкая, но грудь маленькая. Ноги длинные и достаточно изящные, но совсем не выдающиеся.
— Для меня ты красавица, — проговорил он, и его взгляд пробежался по ней с головы до ног. Я нахожу тебя такой очаровательной, какой и вообразить не мог.
Он нагнул голову и прикоснулся легким поцелуем к ее губам.
— Я хочу ласкать тебя, — пробормотал он. Потом взял ее руки и положил себе на широкую грудь под рубашку. — Я хочу, чтобы ты ласкала меня.
Какой он теплый, сильный! Необыкновенно мужественный. И больше того, честный, отважный, способный и желающий защитить тех, кого любит. Глаза Джулии вновь наполнились слезами. Это мой муж, с восторгом подумала она. Мой муж!
