цифрах, так и в процентах, то есть темпы роста ежегодно возрастают (
см. цветную вклейку, рис. 9–3). С каждым выборным циклом возникают лозунги об остановке или хотя бы замедлении роста тарифов ЖКХ, но фактически реализовать эти лозунги невозможно, потому что сфера управления жилищно-коммунальным хозяйством – это область, в которой вращаются огромные деньги.
Романтический период черных риелторов, которые осуществляли первоначальный передел собственности в 1990-е, сменился переделом ЖКХ между коммерческими структурами, связанными с муниципальными властями. Система ЖКХ притворяется убыточной, но тем не менее получает деньги из двух источников.
Во-первых, она является постоянным реципиентом бюджетных дотаций. Доля бюджетных расходов, направленных на поддержание жилищного фонда и на компенсацию оказания услуг ЖКХ, в эти годы варьируется от 10,2 до 6,2 %, но ниже никогда не опускается.[57]
Во-вторых, растет как доля, так и абсолютный размер расходов, которые граждане Российской Федерации тратят на поддержание своего жилища – в среднем по России это более 10 % всех расходов домохозяйств. Несмотря на жалобы на низкую платежную дисциплину, реальные данные говорят о том, что люди продолжают платить за коммунальные услуги, и платить достаточно дисциплинированно (см. рис. 9–4).
Таким образом, система ЖКХ к концу 2000-х годов становится одновременно сферой жизненных интересов людей, сферой социальной напряженности и сферой, в которой обращаются, во многом неподконтрольно, достаточно большие деньги.
Рис. 9–4. Уровень собираемости платежей населения за жилищно-коммунальные услуги[58]
В то же время городское население, становящееся собственниками своего жилья и постепенно богатеющее в течение 2000-х годов, начинает интересоваться тем, что происходит за пределами их жилищ. Вопросы градостроительства и благоустройства становятся сначала социально актуальными, а потом и политически заряженными. Значительное количество точечных ситуационных протестов в 2000-е касалось именно этой проблематики: сноса, застройки, вырубки парков.
Еще одно явление 2000-х годов – введение в фактически коммерческий оборот городской земли. Не только недвижимость постоянно дорожает, но и городская земля, особенно в крупных городах – она становится золотой, поскольку массовое жилищное строительство требует новых площадей.
Эта проблема решается двумя путями. Первое направление – точечная застройка, то есть вкручивание новых зданий в имеющуюся обжитую среду городов. В большинстве случаев это строительство постоянно повышающейся этажности. Второе направление – застройка пригородных зон, которая приводит к вырубке лесов и парков, исчезновению зеленого пояса, который сохранялся вокруг большинства крупных российских городов. В результате такого строительства появляются новые жилые комплексы, слабо обеспеченные инфраструктурой, с проблемной транспортной доступностью, которые с течением времени превращаются или потенциально могут превратиться в гетто. Тем не менее потребность в новом жилье настолько велика, что даже это низкокачественное и при этом очень дорогое жилье продолжает пользоваться спросом.
Горожане живут в многоквартирных домах, а многоквартирные дома подключены к центральным системам жизнеобеспечения – это один из малозаметных, мало проговариваемых, но чрезвычайно значимых факторов, определяющих политическое устройство России. Реальная вертикаль власти – это труба централизованного отопления.
Пока большинство домов в России подключено к этой центральной трубе, система ЖКХ действительно служит неким каркасом жесткости, обеспечивающим единство политической системы. Как показал опыт выборных циклов 2000-х, именно структуры ЖКХ занимаются организацией выборов, и они же причастны к созданию системы фальсификации.
Низовые труженики ЖКХ – дворники, работники различных ГБУ, организаций жизнеобеспечения в городах – это те, кто организуют встречи избирателей, вешают плакаты, срывают плакаты. Они могут улучшить или ухудшить агитационную кампанию любого кандидата или партии. Они же ответственны за то, чтобы результаты выборов были такими, как это необходимо.
Ситуация, в которой люди не могут сами решать, когда у них в квартирах появится тепло, какой температуры будет у них вода, за которую они платят по тарифам, устанавливаемым без их ведома, чрезвычайно способствует поддержанию той специфической патерналистской и инфантильной политической культуры, которая характерна для России в целом. История 2000-х – во многом история преодоления этого социально-политического инфантилизма.
Именно поэтому ситуативная политическая активность, связанная как с градостроительной, так и с жилищной политикой, – это один из нервов политической активности 2000-х.
Россия продолжает быть преимущественно городской страной граждан, живущих в квартирах, и проблематика, описанная в этой главе, – то положение вещей, к которому все настолько привыкли, что не очень его видят, – продолжает отбрасывать свою тень и оказывать влияние на нашу политическую систему.
Глава 10. «Города будут конкурировать за людей». О приватизации жилья, городском развитии и местном самоуправлении
Надежда Косарева
Жилищный кодекс существовал у нас в стране и в советское время.[59] Он описывал систему взаимоотношений, которая соответствовала советской системе. Весь жилищный фонд находился в государственной собственности, он строился за счет государственных средств и распределялся по определенным принципам: если у вас было меньше квадратных метров, чем это установлено (например, в Москве эта норма была 5 м2 на человека), то вас ставили в очередь на улучшение жилищных условий и в соответствии с этой очередью предоставляли квартиру. Когда в 1991 году в России произошли существенные изменения, в том числе и в жилищной сфере, этот кодекс перестал отвечать новым реалиям.
Во-первых, началась бесплатная приватизация жилья: квартиру, которую вам предоставило государство в советское время бесплатно для проживания, вы теперь имели право оформить бесплатно в собственность.[60] Этот принцип работает до сих пор. Было уже много законодательных инициатив по поводу завершения бесплатной приватизации жилья,[61] но этот срок сначала все время продлевался, а потом и вовсе был снят с повестки дня. На сегодняшний день те немногие оставшиеся социальные наниматели, которые еще не приватизировали свои квартиры, продолжают иметь право это сделать (это относится примерно к 7 % жилищного фонда[62]). Поскольку собственниками стали и те люди, которые не в состоянии полностью оплачивать содержание жилья, с началом постепенной реформы оплаты жилья и коммунальных услуг стала реализовываться программа субсидий на оплату жилья и коммунальных услуг для семей с низкими доходами.[63]
В 1990-е годы произошли и другие изменения на рынке жилья, надо было их как-то зафиксировать, и был принят Закон Российской Федерации «Об основах федеральной жилищной политики».[64]
Эти новации надо было отразить в основном законодательном жилищном документе – Жилищном кодексе Российской Федерации. Поэтому в 2003–2004 годах началась очень большая работа по подготовке целого пакета законодательных изменений, которые были направлены, с одной стороны, на упорядочивание того, что уже существовало, с другой стороны – на создание условий для дальнейшего развития жилищных отношений, жилищного строительства, ипотечного кредитования и так далее.
В
