«Бесед…» Бернара де Фонтенеля. Выбранное Ньютоном название указывает, что он сознательно противопоставлял свою физику картезианству, которое как раз находилось на подъёме (напомню, что классический труд Рене Декарта назывался «Первоначала философии»). В издании «Математических начал…» 1713 года Ньютон заявил об этом прямо: «
Планеты не могут быть переносимы материальными вихрями… Таким образом, гипотеза вихрей совершенно противоречит астрономическим явлениям и приводит не столько к объяснению движений небесных тел, сколько к их запутыванию». И всё же в космологии Ньютона есть много общего с теорией Декарта: он так же пытался объяснить все взаимодействия через свойства атомов и рассматривал выведенные им законы как одинаковые для любых мест Вселенной, которую, кстати, тоже считал бесконечной. Принципиальное отличие состояло в том, что Ньютон описывал мир, в котором все частицы действуют друг на друга через пустоту не прямо, а опосредованно, что было значительным шагом вперёд по сравнению как с Декартом, так и с античными атомистами, на труды которых оба мыслителя опирались. Но в рамках такой космологии вопрос множественности обитаемых миров становится куда менее однозначным, чем у картезианцев.
Ньютон был глубоко верующим человеком, однако воспринимал Бога не только в качестве Творца, но и как активное действующее начало, управляющее всем необозримым пространством во всякий момент времени. Из этого следовал вывод, что именно Бог сформировал Солнце, планеты и спутники, заставив их двигаться по определённым орбитам. Но сделал ли Он то же самое для других звёзд? Сначала Ньютон не решился ответить на этот вопрос, но в изданиях «Математических начал…» 1713 и 1726 годов высказался следующим образом: «Такое изящнейшее соединение Солнца, планет и комет не могло произойти иначе, как по намерению и по власти могущественного и премудрого существа. Если и неподвижные звёзды представляют центры подобных же систем, то все они, будучи построены по одинаковому намерению, подчинены и власти единого: в особенности приняв в соображение, что свет неподвижных звёзд – той же природы, как и свет Солнца, и все системы испускают свет друг на друга, а чтобы системы неподвижных звёзд от своего тяготения не падали друг на друга, он их расположил в таких огромных одна от другой расстояниях».
Как видите, по поводу обитаемости «систем неподвижных звёзд» Ньютон не высказался определённо, и всё же его фундаментальные работы имели огромное значение для ксенологии: в «Математических началах…» учёный приводил результаты расчёта относительных масс для Солнца и планет, а главное – величины силы тяжести на них, показывая, что на больших небесных телах она намного выше земной. Будущие теоретики инопланетной жизни должны были учитывать его расчёты в своих выкладках.
Кроме того, для истории была сохранена и в 1806 году опубликована запись Джона Кондуита, помощника и близкого друга Ньютона, о разговоре с великим физиком 7 марта 1724 года: они обсуждали возможность наличия населённых планет за пределами Солнечной системы. Ньютон считал яркие звёзды, время от времени вспыхивающие на небосводе и угасающие через несколько месяцев (то есть новые и сверхновые), отсветом миров, погибших по воле Бога, поскольку история существ, обитавших там, подошла к своему предопределённому концу. Причём Бог взрывает избранную звезду с помощью направленных комет, после чего поверхность всех планет, находящихся поблизости, опаляет убийственный жар. Когда-нибудь похожая участь ждёт и Землю. Кондуит поинтересовался, можно ли надеяться, что наша планета после такой глобальной катастрофы вновь будет заселена. Ньютон ответил в философском духе: на всё воля Творца!
Последователи Ньютона оказались смелее учителя в обсуждении вопроса множественности миров. Можно вспомнить, например, Ричарда Бентли – английского теолога, считающегося основоположником исторической филологии и научной школы эллинизма. Его переписка с Ньютоном получила широкую известность, найдя отражение в восьми «коммерческих» проповедях, которые Бентли прочёл в 1692 году и затем издал под названием «Опровержение атеизма на основе происхождения и устройства мира» (A Confutation of Atheism from the Origin and Frame of the World).
Вопрос множественности миров Бентли рассмотрел в двух последних проповедях. В седьмой проповеди он однозначно заявил, что «каждая неподвижная звезда, как предполагают астрономы, похожа на нагие Солнце, и у каждой, вполне вероятно, могут быть планеты, хотя из-за большого расстояния они невидимы для нас». И на основании этого утверждения использовал законы ньютоновской механики как очередное доказательство существования Бога: «Вот неисчислимое количество неподвижных звёзд или солнц, которые все имеют взаимное притяжение… и всё же они не вращаются вокруг единого Центра, не имеют поперечного движения, ни чего-либо другого, ограничивающего их сближения друг с другом, несмотря на подталкивание гравитационных сил. Какая же Естественная Причина может преодолеть силы Природы?»
В восьмой проповеди Ричард Бентли, отталкиваясь от тезиса о безграничном всемогуществе Бога, препятствующего гравитационному слиянию звёзд и планет, переходил к обсуждению Его мудрости, которая не сводится к обслуживанию интересов и желаний кучки землян: «Мы не можем уверенно сказать, какие блага дают нам все те неисчислимые звёзды в Млечном Пути и в других местах небесного свода, которые не видны невооруженному глазу, но каждая из которых всё же в тысячи раз больше, чем вся Земля. Если вы говорите, что они порождают в нас великую идею и веру в могущественного Творца и Повелителя всех небесных тел, что они волнуют и ведут наши умы к обожанию и хвале Ему, вы говорите правильно. По разве вас не привело бы к ещё более высокому осознанию бесконечной величественности и безграничного благодеяния Бога предположение, что те отдалённые и обширные тела были сформированы Им не только для того, чтобы вы могли наблюдать за ними через окуляр телескопа, но и для других, более благородных целей?.. И всё же кто будет отрицать, что есть множество звёзд вне досягаемости лучших телескопов и что у всех видимых звёзд есть планеты, вращающиеся вокруг них? Если они не были сотворены для нашей пользы и не были сотворены сами для себя, то… почему эти планеты не могут быть сотворены для пользы их обитателей, у которых есть сознание?.. Священное Писание не запрещает предполагать столь же большое множество населённых солнечных систем, сколько можно представить… Господь Всемогущий своей плодородной творческой силой, возможно, сотворил неисчислимое количество видов и классов разумных существ, некоторые из которых выше, а другие ниже стоят в своём совершенстве относительно человеческих душ».
Проповеди Ричарда Бентли хорошо высвечивают тот факт, что при известной демагогической ловкости можно было без труда вписать идею множественности обитаемых миров в церковный канон. Однако английский теолог, друживший с Ньютоном, был далеко не первым, кто сумел это сделать, – его новаторство заключалось в умении ввести означенную идею в систему доказательств величайшей мудрости, всемогущества
