В связи со сказанным можно отметить, что юридическая ответственность осуществляет сквозную регламентацию важнейших отношений, связанных с привлечением правонарушителя к юридической ответственности.
Таким образом, институт юридической ответственности – это сложный, межотраслевой, функциональный, регулятивно-охранительный институт права, закрепляющий и (или) оказывающий динамическое воздействие на наиболее важные общественные отношения, а в случае их нарушения регулирующий отношения ответственности, возникающие из юридического факта правонарушения.
Из множества оснований классификации юридической ответственности необходимо выбирать те, которые позволяют определить систему юридической ответственности, ее связь с системой права, отраслевую принадлежность определенного вида юридической ответственности, взаимопроникновение и точки пересечения различных видов юридической ответственности.
Наиболее приемлемым с этой точки зрения является отраслевой критерий классификации юридической ответственности, позволяющий учитывать специфические свойства отраслевого предмета и метода правового регулирования. Отраслевой критерий классификации юридической ответственности позволяет рассматривать ее в качестве части системы отечественного права, не нарушая единого классифицирующего критерия. Он позволяет выявить общие закономерности развития того или иного вида юридической ответственности, определить его юридическую природу, уяснить количество видов юридической ответственности в соответствии с отраслями отечественного права. Классификация юридической ответственности на отраслевые виды является продуктивной методологической основой проведения углубленных исследований специфики содержания и механизмов конкретных отраслевых видов юридической ответственности.
Высокий уровень нестабильности правовых систем в условиях переходных обществ, так же как и объективно неизбежный динамизм системы права в стабильных обществах, обусловленный потребностями их прогрессивного развития, предопределяют незавершенность классификаций юридической ответственности по отраслевой принадлежности. Принимая во внимание данное обстоятельство, можно утверждать, что актуальным для научной теории является вопрос о пределах отраслевого деления юридической ответственности на виды. Ответ на него имеет большое теоретическое и прикладное значение в современных условиях, когда в правовой науке наблюдается тенденция стремительного и порой не всегда обоснованного выделения новых нормативных комплексов – отраслей права и одноименных с ними видов юридической ответственности (муниципально-правовая, налоговая, экологическая и др.). Пределы такого деления должны быть. Одним из перспективных путей в решении этой задачи является, на наш взгляд, уточнение отраслевого критерия классификации и введение дополнительных квалифицирующих признаков для выделения в системе юридической ответственности самостоятельных отраслевых ее видов.
Развивая идею отраслевой классификации юридической ответственности, некоторые правоведы помимо основного критерия вводят дополнительные признаки, которые свидетельствуют о самостоятельности вида юридической ответственности.
Так, Д.А. Липинский относит к ним: наличие кодифицированного нормативно-правового акта, предусматривающего юридическую ответственность; особенности процессуального осуществления; наличие самостоятельного правонарушения (со своей природой объекта правонарушения); вид установленных государством неблагоприятных последствий совершенного деяния[105].
В качестве одного из дополнительных критериев В.А. Кислухин указывает на типовую степень общественной опасности виновного [106].
Ж.И. Овсепян отмечает, что перспектива выделения в научной теории и законодательстве нового, самостоятельного вида юридической ответственности посредством его идентификации с соответствующей отраслью (отраслями) права возникает, если отраслевой критерий дифференциации юридической ответственности на виды дополняется двумя другими – сопутствующими ему – особыми механизмами и специфическими процедурами применения санкций, предусмотренных нормами отрасли права[107].
Для квалификации юридической ответственности в качестве самостоятельного вида не имеет решающего значения, нормы какой отрасли права защищаются средствами этого вида ответственности. Определяющую роль играет другой фактор – отраслевая природа норм, которые реализуются (применяются) посредством конкретного вида юридической ответственности.
Особое значение для обособления в системе юридической ответственности самостоятельного вида имеет так называемый организационный критерий, который, по мнению Ж.И. Овсепян, является одновременно и пределом отраслевого деления юридической ответственности на виды. «Условием признания отраслевого блока норм в качестве отраслевого института юридической ответственности является не только развитая система санкций норм искомой отрасли права, но и наличие специализированных органов (прежде всего[108] судебных), уполномоченных специально для применения санкций норм, соотносимых с отраслевой сферой (с данной отраслью права), и особых правил процедуры применения этих санкций».
Действительно, в перечне показателей всех пяти традиционно выделяемых в российской юриспруденции видов юридической ответственности (уголовной, гражданской, административной, материальной и дисциплинарной), а также новых, но получивших абсолютную либо широкую поддержку в научных кругах видов юридической ответственности (соответственно конституционной ответственности, налоговой ответственности) все три названных критерия квалификации в качестве самостоятельных видов юридической ответственности имеют место быть. Для всех названных видов юридической ответственности характерен полный набор указанных квалифицирующих признаков.
Во-первых, это специфика отраслевой принадлежности норм, устанавливающих юридическую ответственность, и их фиксация в текстах нормативных правовых актов – источниках соответствующей отрасли права.
Во-вторых, реализация всех упомянутых выше видов юридической ответственности специальными, предназначенными для применения мер этого вида юридической ответственности государственными органами и должностными лицами – судебными органами, налоговыми инспекциями и т. д.
В-третьих, для перечисленных видов юридической ответственности, получивших абсолютное признание в российской юриспруденции (уголовная, гражданская, административная, материальная, конституционная, а также выделяемая нами экономическая ответственность), характерным является реализация мер соответствующих видов ответственности на основе специфических, развитых в плане юридической техники правоприменительных процедур. Ими в Российской Федерации являются процедуры конституционного, уголовного, гражданского, административного и арбитражного судопроизводств.
Поддерживая в целом точку зрения Ж.И. Овсепян, нам представляется необходимым сделать некоторые уточнения. Говоря об организационном критерии классификации юридической ответственности, упомянутый автор фактически ведет речь о юрисдикционном процессе. Каждому виду юридической ответственности, несмотря на совпадающие моменты, присущ свой, особый вид юрисдикционного процесса. К числу основных элементов юридического процесса относится процессуальный режим. Это сложная синтетическая конструкция, состоящая из принципов, действующих в процедурной сфере, средств и способов их реализации и реально сложившихся гарантий, отражающих в своей совокупности качественные характеристики правовых форм деятельности уполномоченных субъектов. Другими словами, процедурный режим представляет собой совокупность требований, обеспечивающих обстановку целесообразного благоприятствования процесса реализации ответственности.
К числу специфических признаков процедурного режима прежде всего следует отнести его связь с конкретным отраслевым методом и способом правового регулирования, которыми и порождаются элементы своеобразия в процессе реализации отраслевого вида ответственности. Регулирование общественных отношений материального и процедурного характера, связанных с реализацией ответственности, осуществляется императивным методом и при помощи способов обязывания и запрещения. Реально это находит свое воплощение в конкретном процедурном режиме, который можно определить как юрисдикционный процедурный режим[109].
Организационный критерий, предложенный Ж.И. Овсепян, на наш взгляд, следует рассматривать именно в контексте юрисдикционного процесса.
В российской юридической науке в конце XX – начале XXI в. высказывается много предложений о выделении новых видов юридической ответственности. Однако большинство из них не учитывает организационного критерия классификации юридической ответственности. Между тем данный критерий (т. е. наличие специальных органов и специальных процедур применения именно данного блока санкций, соотносимых с самостоятельным видом юридической ответственности) неразрывно связан с отраслевым основанием выделения автономного вида юридической ответственности, существенно дополняя его.
