Попыталась их убрать, но Дотти ее остановила. Они несколько секунд боролись. В результате Сара нехотя уступила.
– Чт-то ж это такое? – заикаясь, спросила Дотти.
Дрожащей рукой она поднесла фотографию к глазам.
Лена казалась довольной. Она повернулась к зеркалу, в сторону Джеффри, и торжествующе вскинула бровь.
Сара положила руку Дотти на плечо.
– Позвольте я возьму это, – она попыталась забрать фотографию.
– О господи, господи, – громко всхлипывала женщина. – Деточка моя. Кто это с тобой сделал?
Сара повернулась к Лене, и Джеффри увидел, как глаза ее полыхнули огнем. Лена пожала плечами, словно говоря: «А чего ты ожидала?»
– О господи, господи… – прошептала Дотти и вдруг замолчала.
Ее тело обмякло, и Сара лишь успела смягчить удар осевшего на пол тела. Дотти потеряла сознание.
Джеффри стоял в коридоре возле комнаты переговоров, разговаривал с Леной.
– Нам нужно немедленно встретиться с Марком Паттерсоном, – сказал он. – Сара сама проведет собрание, посвященное результатам вскрытия.
Лена глянула через плечо. Сара довела Дотти до ее автомобиля, после того как уверилась, что женщина оправилась.
– Марла сейчас даст нам его адрес, – сказал Джеффри. – Возможно, все произошло не без его участия. Надеюсь, что мы застанем дома и его сестру.
Лена кивнула.
– Вы хотите, чтобы я поговорила с сестрой, пока вы допрашиваете Марка?
– Там видно будет, – ответил Джеффри. – Мне бы хотелось встретиться и с этим священником.
В глазах Лены что-то промелькнуло.
– Он из моей церкви, – сказала она. – Вернее, не из моей, но туда ходит Хэнк, и я его иногда сопровождаю.
Она пожала плечами.
– От нечего делать. Я ведь человек не религиозный.
– Да, – согласился Джеффри, удивляясь тому, что она сообщила.
После того, что с ней произошло, она впервые проявила склонность к желанию вести беседу. Он подумал, что участие в расследовании, возможно, пойдет ей на пользу.
– Я собираюсь снять Брэда с дежурства, – сказал Джеффри. – Хочу поговорить с ним о Файне.
– Вы думаете, это Файн виновен в том, что случилось с Дженни?
Джеффри сунул руки в карманы. Он не мог представить себе человека, искалечившего ребенка, однако кто-то ведь это сделал.
– Нам нужно узнать, был ли Файн с детьми в то Рождество.
– Может, я смогу…
Лена умолкла, так как в этот момент громко хлопнула дверь.
Джеффри повернулся. Дверью хлопнула Сара. Уже по одной походке видно было, что она страшно рассержена.
Не дойдя до них десяти футов, она начала кричать:
– Что ты себе позволила? Как ты могла так с ней поступить?
Лена опустила руки. Джеффри заметил, как сжались ее кулаки. Сара подошла к ним вплотную.
Лена отодвинулась и прижалась спиной к стене. Ее руки были по-прежнему сжаты, а голос тверд, когда она произнесла:
– Я делала свою работу.
– Свою работу? – Сара разъяренно посмотрела ей в лицо.
Она была на добрые шесть дюймов выше Лены и в полной мере пользовалась преимуществом роста.
– По-твоему, мучить женщину, только что потерявшую своего ребенка, это – работа? А показывать ей фотографии – тоже работа?
У Сары задрожал голос.
– Как ты могла это делать, Лена? Теперь эти фотографии останутся для нее последним воспоминанием о дочери.
– Сара, – попробовал вмешаться Джеффри, но Сара наклонилась и что-то шепнула на ухо Лене.
Он не слышал, что именно, но реакция Лены была мгновенной. Ее плечи опустились, и она напомнила Джеффри котенка, которого схватили за шкирку.
Сара увидела это, и ее лицо отразило чувство вины. Она прижала руку ко рту, словно хотела забрать свои слова обратно.
– Извини, – сказала она Лене. – Я очень сожалею.
Лена кашлянула и посмотрела в пол.
– Все в порядке, – сказала она, хотя видно было, что это не так.
Сара, должно быть, сообразила, что загораживает Лене дорогу, и сделала шаг назад.
– Лена, прости, пожалуйста, – сказала она. – Я не имела права говорить этого.
Лена подняла руку, не желая больше ничего слышать. Сделала глубокий вдох и сказала:
– Я подожду тебя в машине.
Эти слова предназначались Джеффри.
– Хорошо, – сказал он Лене, пошарил в кармане и протянул ей ключи, но она не взяла их, а раскрыла ладонь, с тем чтобы он ей их бросил.
– Хорошо, – сказала Лена и зажала ключи в кулаке.
Она не смотрела ни на Джеффри, ни на Сару. Глядя в пол, пошла по коридору. Вид у нее был потерянный. То, что сказала ей Сара, по-видимому, потрясло ее до основания.
Джеффри повернулся к Саре, не понимая, что произошло, и почему.
– Что, черт побери, ты ей сказала?
Сара покачала головой и прикрыла глаза рукой.
– Ох, Джефф, – сказала она. – Зачем я только это сказала?
7
Лена сидела в «линкольне» Джеффри. Тело было страшно напряжено. Она задыхалась и чувствовала легкое головокружение. Боялась, что потеряет сознание. Кожа покрылась испариной, но не потому, что в машине было жарко. Было такое ощущение, словно она дотронулась до оголенного электрического провода.
– Ведьма, – выдохнула она, думая о Саре Линтон. – Глупая ведьма.
Она словно надеялась изгнать из памяти то, что ей только что довелось услышать.
В мозгу крутились слова Сары. «Теперь ты понимаешь, что значит причинить боль человеку».
Сара сказала «причинить боль», но Лена понимала, что на самом деле та имела в виду: «Теперь ты понимаешь, что значит изнасиловать человека».
– К черту! – воскликнула Лена, стараясь криком заглушить звучавшие в голове слова; стукнула по приборной доске, прокляла Сару Линтон, а вместе с ней и свою дурацкую работу.
Там, в комнате переговоров, с пристрастием допрашивая Дотти Уивер, Лена после долгого перерыва почувствовала себя человеком, а Сара одной фразой убрала это ощущение.
– К черту! – снова крикнула Лена охрипшим от усилия голосом.
Ей хотелось плакать, но слез не осталось, а грудь распирала бессильная злость. Все мышцы были напряжены. Ей хотелось приподнять автомобиль и с размаху бросить его о землю.
– Прекрати, прекрати, прекрати, – внушала себе Лена, стараясь успокоиться.
К приходу Джеффри ей необходимо взять себя в руки, потому что он расскажет Саре – ведь он с ней спит. Не хватает еще, чтобы она узнала, как ранили Лену ее слова.
Лена хмыкнула при воспоминании о неловком извинении Сары. Словно это могло помочь! Сара прекрасно понимала, что говорит. Единственная причина, по которой она извинилась, состояла в том, что свою мысль она произнесла вслух. Мало того, что ведьма, она к тому же и труслива.
Лена снова глубоко вздохнула.
– Все нормально, – прошептала она. – Не обращай внимания. Это ничего не значит.
Через две минуты она почувствовала себя лучше. Сердце колотилось уже не так сильно, и спазм в животе прошел. Лена продолжала напоминать себе, что она сильная: прошла через страшные испытания и ничего – выжила. То, что думает о ней Сара Линтон, – пустяк по сравнению с куда более серьезными вещами. Что действительно имеет значение, так это то, что Лена может делать свою работу. Она хорошо поработала: сумела получить важные сведения. Если бы допрос вела Сара, то она ушла бы ни с чем.
Лена глянула на часы. Она и не заметила, как пролетело время. Хэнк, наверное, удивляется, куда она запропастилась. В церковь ей сегодня с ним идти не придется.
В консоли автомобиля имелся сотовый телефон. Чтобы позвонить, пришлось включить двигатель. Лена нажала на кнопку кондиционера и приоткрыла окно, выпуская из машины нагретый воздух. Покуда заряжался телефон, она посматривала в сторону участка – не идет ли Джеффри.
Хэнк снял трубку после первого же звонка.
– Алло?
– Это я, – сказала она.
На другом конце провода повисла пауза, и Лена поняла, что ее голос звучит взволнованно: она еще не остыла от стычки с Сарой. Слава богу, Хэнк не спросил, что случилось.
