и механизированных соединений в исходные районы для проведения наступательной операции на Курском направлении завершена полностью к 02.07.1943 г. В ходе переброски было задействовано более 150 железнодорожных эшелонов, переместивших бронетанковые части и соединения
Эшелоны проследовали по маршрутам в условиях строгой секретности и ночного режима передвижения. Для маскировки использовались специальные сети и укрытия, минимизировано радиообщение и радиообмен в эфире.
В результате тщательно спланированных мероприятий переброска завершена без каких-либо потерь в технике или личном составе. Части находятся в полной боевой готовности и ожидают приказа к началу наступления.
Подготовка исходных позиций, дозаправка и обеспечение боекомплектом осуществлены своевременно. Дух войск высокий, моральное состояние личного состава превосходное.
Таким образом, оперативное развертывание танковых дивизий на Курском направлении выполнено в полном соответствии с утверждённым графиком и без потерь.
Подписал:
Начальник Генерального штаба Сухопутных войск Генерал-полковник Курт Цейтцлер
Глава VII
«Стальной шквал: начало Курской битвы»
5 июля 1943 года. Северный фас Курской дуги. 03:20 утра.
Небо ещё было затянуто ночной мглой, когда вдоль укреплённых линий немецких позиций нарастала напряжённость. Танковые дивизии 9-й армии Вальтера Моделя занимали исходные рубежи, проверяя часы и синхронизируя последние инструкции перед атакой.
На командном пункте 20-й танковой дивизии генерал-лейтенант Мортимер фон Кессель, подняв воротник кителя, внимательно следил за стрелками часов:
— Пять минут до артиллерийского удара. Докладывайте о готовности!
Офицеры штаба склонились над картами. Один из них поднял трубку полевого телефона:
— 86-я пехотная и 292-я пехотная готовы, ждут сигнала. 6-я танковая докладывает — все танки на исходных позициях.
В нескольких километрах южнее, на участке развёртывания дивизий СС, царила подобная атмосфера сдержанного ожидания. Командир 2-й танковой дивизии СС «Рейх» Вальтер Крюгер неспешно, словно на прогулке, шагал вдоль длинной колонны новеньких «Пантер». Танкисты стояли у машин, строго вытянувшись, готовые мгновенно занять свои места по первому приказу.
— Господа, — Крюгер остановился, поднимая руку, и голос его звучал ровно и уверенно, — сегодня нам выпала честь показать врагу, что такое настоящая сила. Действуйте решительно и помните — это наш шанс сокрушить большевиков и прорваться к Курску!
— Так точно, герр группенфюрер! — грянул стройный хор голосов.
Чуть дальше в тени стояли командиры рот и взводов, тихо переговариваясь:
— Надеюсь, эти новые «Пантеры» не подведут нас, — проговорил капитан Отто Гросс, всматриваясь в силуэты танков.
— Техника новая, но я беспокоюсь за трансмиссию, — ответил ему лейтенант Хельмут Зоммер. — На полигонах было слишком много отказов.
— В бою увидим. Сейчас главное — выдержать первый ответный удар.
В 03:30 тишину предрассветных полей разорвал оглушительный грохот сотен немецких орудий. Вспышки артиллерийского огня осветили горизонт ярко-жёлтым и красным, превращая ночь в дрожащий, мигающий хаос. Воздух заполнился воем снарядов, сливавшимся в непрерывный, оглушительный гул.
На командном пункте дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» полковник Курт Мейер пристально наблюдал в бинокль за линией фронта, сквозь разрывы снарядов виднелись советские оборонительные позиции.
— Герр штандартенфюрер, — к нему обратился один из адъютантов, — артиллерия докладывает: первые советские позиции подавлены.
— Хорошо, пусть продолжают огонь, пока не выдвинемся вперёд.
— Передайте Крюгеру, что мы начинаем выдвижение ровно в 04:00. Танковая дивизия СС «Рейх» должна прикрыть наши фланги!
— Яволь, штандартенфюрер!
Колонны танков «Тигр», «Пантера» и самоходных орудий «Фердинанд» упорно шли в прорыв. Двигатели ревели, гусеницы прокручивались в грязи, выбрасывая комья земли и пыль.
На открытой платформе, возле железнодорожной станции Орёл, несколько офицеров 292-й пехотной дивизии стояли, ожидая начала атаки. Майор Йоханнес Фридрих нервно посматривал на часы.
— Сегодня или никогда, господа. Мы ждали этого момента слишком долго, — он поднял голову, вглядываясь в освещённый артиллерийскими вспышками горизонт.
— Русские не уступят нам ни сантиметра без боя, — тихо заметил стоящий рядом лейтенант Вольф.
— Тем лучше. По крайней мере, мы увидим их раньше, чем они — нас.
И вдруг, точно по сигналу, на всех участках фронта раздался голос командиров:
— Вперёд! Наступать!
Многотысячная армия Вермахта двинулась вперёд, в сторону Курска. Впереди, за горизонтом, уже были слышны первые ответные залпы советских орудий.
* * *
Утреннее солнце только-только начало подниматься над горизонтом, освещая густой туман, стелившийся по земле, и длинные тени деревьев, за которыми замаскировались советские позиции. Тишина была напряжённой, тревожной, готовой в любую секунду разорваться на части.
Первым разорвал тишину нарастающий низкий гул. Он шёл издалека, постепенно усиливаясь, словно огромная волна, накатывающая на берег. Солдаты Красной армии всматривались вперёд, пытаясь разглядеть что-то в клубящейся дымке.
— Товарищ капитан! — взволнованно сказал молодой лейтенант, поправляя каску, — слышите? Танки!
Капитан Иванов, командир батальона 13-й армии, поднял руку:
— Всем приготовиться! Артиллерию — по готовности! Ни шагу назад!
Позиции наполнились звоном и щелчками затворов. Солдаты проверяли оружие, нервно поправляли противотанковые гранаты на поясах, вглядываясь в рассветную мглу.
Внезапно утренний туман прорезали силуэты немецких танков. Они шли в две линии — впереди массивные «Тигры», за ними шли «Пантеры», поддерживаемые более старыми Pz.IV. Их пушки были нацелены прямо на советские позиции.
— Огонь! — скомандовал капитан Иванов, когда танки приблизились на достаточную дистанцию.
Советские орудия открыли огонь одновременно. Огненные вспышки и грохот залпов разорвали спокойствие утра. Снаряды падали вокруг немецких машин, но те продолжали неумолимо двигаться вперёд.
На одной из артиллерийских батарей артиллерист старший сержант Петров, глядя в прицел орудия, резко произнёс:
— «Тигр», двести метров! Огонь!
Снаряд ударил в башню танка, но рикошетом ушёл вверх, не причинив никакого видимого вреда.
— Заряжай подкалиберный! Быстрее! — крикнул он, чувствуя, как в горле пересыхает от напряжения.
Тем временем немецкие танки уже подошли к советским траншеям. Пехота Красной армии бросалась вперёд с противотанковыми гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Один из танков был остановлен меткой связкой гранат, но остальные продолжали наступление, преодолевая траншеи и окопы, давя и уничтожая всё на своём пути.
Немецкие экипажи действовали чётко, профессионально. Из башен танков звучали команды:
— Вперёд! Не останавливаться!
— Прорвать оборону, взять высоту!
В окопе капитан Иванов кричал в рацию, стараясь перекричать шум боя:
— Срочно поддержку! Мы не удержим без противотанковых орудий! Немецкие танки идут сплошной стеной!
Командир 70-й армии генерал Галанин на командном пункте сжимал трубку полевого телефона:
— Артиллерия, огонь по указанным квадратам! Немцы уже на позициях Иванова!
Артиллерийский огонь усилился. Один из «Тигров» задымился и остановился, другой получил попадание в гусеницу и, завернувшись набок, стал лёгкой мишенью для следующих снарядов.
Немецкие танкисты продолжали наступление, несмотря на потери. Из-за дальнего холма на позиции советских войск выдвинулась новая группа тяжёлых танков «Пантера». Их мощные орудия открыли огонь, подавляя оборонительные точки и противотанковые батареи.
— Держитесь, ребята! Ни шагу назад! — продолжал кричать капитан Иванов,
