ничего путного из этой затеи все равно не вышло, и они только попусту по лесам скитаются.
– А я ведь именно за Золотой Пик голосовала, – запальчиво выговаривала Фриза Хриму. – Так нет же! В Семицветье потащились! А могли бы уже к Золотому Пику подходить. Это все Фрост своими речами остальным головы затуманил! Он виноват, что так вышло! Теперь же и вовсе не пойми, куда и зачем плетемся.
– Фриза, ты бы постыдилась такое говорить! – вмешалась Гурта. – А Фрост тогда все правильно сказал. И его вины ни в чем нет! А тебе, раз ты такая умная, еще когда голосовали, надо было свои догадки высказывать. Или когда из Семицветья выходили. Чего ж ты молчала, а? – осадила ее гномиха.
Ситуация ухудшилась еще больше, когда гномы, пробираясь через глубокий лесистый овраг, попали под холодный ливень. Они пытались спрятаться под деревьями, но куда там! Дождь был настолько силен, что их не спасло бы никакое лесное укрытие.
Тяжелые крупные капли больно хлестали по лицу, а ледяные струи заливались за шиворот. Под ногами быстро образовались глубокие лужи, и теперь вода была не только сверху, но и снизу. Все смешалось. Остальной мир перестал существовать. Вода, вода… Она затекала в рот, заливалась в уши, застилала глаза. Гномы не видели ничего, кроме воды.
Ливень не унимался весь вечер. Не закончился он и к ночи. Лишь к утру стихия понемногу ослабела, а когда посветлело небо, окончательно утихла. Гномы дрожали, не переставая. Холод пробирал до костей. Чтобы окончательно не замерзнуть, они шли все то время, пока на мир низвергался нескончаемый поток. Дороги было не разобрать. Вокруг стояла лишь проклятая стена дождя. Однако останавливаться было никак нельзя. Потому они пробирались на ощупь, судорожно цепляясь друг за друга, чтобы не сгинуть в этой беспросветной водной мгле. Падали, поднимались, снова падали, поскальзываясь на грязи, и опять с трудом, но все таки вставали на ноги.
Когда дождь, наконец, иссяк, гномы остановились возле крупных камней, ровная цепочка которых уходила в бесконечную даль. Здесь оказалось самое сухое место из тех, что им встречались. Гномы устало привалились спинами к холодным мокрым валунам, принявшись выжимать одежду и выливать воду из сапог. Тут и там слышался надсадный кашель и беспрерывное чиханье. У некоторых началась лихорадка.
Фрост отжал бороду и с горьким отчаянием оглядел собратьев. К его досаде они даже не могли развести костер, чтобы хоть немного согреться. Вокруг не было ни единой сухой палки.
– Гурта, ты как? – Фрост подсел к съежившейся гномихе и взял в свои руки ее ледяные сморщенные ладони.
– Да что мне сделается? Я старуха крепкая, – она невесело хмыкнула. – Подземной грозой пуганная, драконьим огнем закаленная, лесным дождем омытая!
К ним подошел угрюмый Хрим.
– Фрост, пес с ними, с этими Скалистыми горами. – хрипло произнес он и громко чихнул. – Что толку смотреть на бездну? Давай лучше из этой мокрой ямы выбираться, пока мы здесь от лихорадки все не полегли. Наверху под солнышком обсохнем и в Золотой Пик двинемся. Больше нам здесь делать нечего.
– Так мы почти уже дошли до нужного места, – вмешалась Гурта. – Что ж теперь, назад поворачивать?
– Гурта, да ты посмотри, что с гномами делается! – Хрим обвел рукой обессиленных и трясущихся гномов. – Да ты сама вон еле сидишь! Все, хватит! – он повысил голос, чтобы слышали остальные. – Довольно с нас этих мытарств непонятных! Давайте, собирайтесь все! Мало ли что там эти духи набуробили! Мы уходим! В Золотой Пик пойдем! Вона как раз более-менее пологий склон. По нему и подымимся наверх.
Он решительно двинулся к запримеченному участку вверх по склону оврага. Фрост встал. Похоже, Хрим прав, а вот он прогадал. Ошибся. Подвело его чутье с Семицветьем.
Фрост помог Гурте подняться и, взяв ее под руку, пошел следом. Остальные медленно побрели за ними.
***
Хрим первым выбрался из оврага. И тут же до Фроста донесся его громкий возглас:
– О, Гадрук! Да как же это?!
Фрост заволновался и прибавил шаг. Гурта, вцепившись в его руку, шла позади, перебирая ногами, насколько оставалось сил. «Ну что там такое опять могло произойти? Неужели еще не все испытания выпали на нашу долю?» – тревожно думал Фрост. От быстрой ходьбы дыхание его сбилось, а перед глазами поплыли белесые круги. Однако он не придал этому значения.
Оказавшись наверху, Фрост поискал взглядом Хрима. Тот стоял к нему спиной в пяти шагах, и, как завороженный, куда-то смотрел. Фрост перевел взгляд. В ту же секунду дыхание гнома перехватило, а голова закружилась, будто кто-то невидимый с размаху ударил ему под дых. Подобно выброшенной на берег рыбе, Фрост выпучил глаза и принялся судорожно хватать ртом воздух.
– Да как же это так? – пробормотал он и зачем-то помотал головой. Видимо силясь отогнать наваждение. Однако уходить оно не хотело, выглядев весьма явственно и реально.
Рядом громко ахнула и упала на колени Гурта. Постепенно показались остальные гномы. Каждый из них вначале видел лишь молчаливых собратьев, потрясенно смотрящих куда-то вдаль, а затем растерянно переводил взгляд в ту же сторону… Туда, где горделиво высились Скалистые горы.
