потерю конкурентного преимущества. Руководитель терял своего хорошего работника, а конкурирующая компания приобретала работника, обладавшего огромными знаниями, которыми он мог поделиться со своей новой командой. До поры до времени эта компания была доминантным игроком в своей отрасли, и получалось, что она боролась против самой себя.
Томас ненадолго умолк, потом продолжил:
– Надеюсь, ты понял, Джо. Старший вице-президент оставлял все свои папайевые растения в одном маленьком ведерке. Он создавал конкуренцию, а не выращивал рощу плодоносных папайевых деревьев. Я наблюдал за тем, что происходило в этой компании. Не прошло и двух лет, как многие из лучших работников покинули борт этого корабля и перешли в растущую компанию-соперницу. Прошло еще два года – и доминирование на рынке уже не было столь очевидным. Человек, с которым я познакомился, тоже ушел со своего поста. Когда я спросил его при встрече, почему он решил уйти, он ответил, что, несмотря на все красноречивые знаки, отношения в компании не изменились. Люди по-прежнему соперничали друг с другом. Только теперь они состязались в том, кто сумеет лучше обвинить другого в развитии компании-конкурента. Или кто сможет на этом нажиться, потому что один из коллег принимал удар, а другие могли выставить себя на его фоне в более выгодном свете.
Томас снова сделал многозначительную паузу.
– Люди – как семена папайи. Вопрос, который нам необходимо задавать себе как руководителям: что мы пытаемся создать? Если мы хотим создать рощу сильных, продуктивных лидеров, которые будут не только плодоносить, но и попутно взращивать новых лидеров, то необходимо подпитывать их.
Нам нужно предоставлять им возможности, богатые потенциалом, а не голую пустыню. Нам нужно убедиться в том, что мы создаем среду, в которой они растут, а не такую, которая тормозит рост внутренней конкуренцией. Нам нужно давать пространство для развития, а не ограничивать людей так, чтобы энтузиазм увядал и погибал. И в подходящий момент нам нужно доставать их из «ведра», в котором они выросли, и давать шанс расти самостоятельно.
Однако когда этот момент настает, мы не «высаживаем» их куда-то в изоляцию, в вакуум. Мы делаем это так, чтобы наилучшим образом завязывались плоды, – обеспечивая их средой, где они и другие руководители перекрестно опыляют друг друга, защищают друг друга, питают друг друга. Мы делаем это таким образом, чтобы они могли работать вместе и реализовать свой истинный полный потенциал.
Дамы и господа, мы должны делать все это для наших людей. Потому что именно возможность развиваться делает прекрасных руководителей прекрасными руководителями.
Я выпрямился и посмотрел на Томаса. Мне хотелось зааплодировать. Что я и сделал.
– Это было великолепно, Томас! Честное слово – просто идеально. Откуда ты все это взял?
Он улыбнулся.
– Ту часть, что про старшего вице-президента, ты уже слышал. Продолжение истории случилось пару месяцев назад, когда я пытался вырастить в оранжерее папайевое деревце. Я просто наблюдал, что происходит, и меня поразило, как многому можно научиться на этом примере. Я даже написал небольшое эссе. Думал, как-нибудь вставлю его в выступление. Однако я планировал сделать это перед чуть большей аудиторией, – он хмыкнул.
Я с энтузиазмом закивал:
– Тебе действительно следовало бы выступить перед аудиторией побольше. В смысле это просто великолепно. Как насчет следующей встречи для менеджеров в… – Мои слова повисли в воздухе. До следующей встречи оставалось еще четыре месяца. Мы с Томасом оба знали, что к тому времени его не будет в живых. На несколько минут, слушая его речь, я позабыл, где я нахожусь и почему.
– Извини, Томас…
Он улыбнулся.
– Ну вот еще, Джо! Мы же с тобой договорились, помнишь? Ты сам произнесешь эту речь. И у тебя отлично получится.
Глава 17
Я спустился со второго этажа. Было раннее утро, даже семь еще не пробило. Мне не спалось. Я и прежде много раз останавливался у Томаса и Мэгги, и всегда в их доме царил смех. Реальность причины, по которой я оказался у них на этот раз, продолжала давить на меня. Это был не просто приезд в гости и не прелюдия к отпуску в далеких странах.
Проходя сквозь кухню, я с удивлением увидел, что Томас и Мэгги сидят в патио. Они держались за руки и смеялись. Я развернулся, чтобы потихоньку снова подняться наверх и дать им побыть наедине, но в этот момент услышал голос Мэгги:
– Все в порядке, Джо, выходи к нам.
Я вышел в патио и залюбовался красивым видом. Задний двор был весь засажен яркими цветами, и в нем росли несколько старых гигантских дубов. Там, где заканчивался сад, начинался лес.
– Ох, как же мне здесь у вас нравится, – сказал я. – Такой покой!
Мэгги повернулась ко мне.
– Это была одна из главных причин, по которым мы купили этот дом. Когда мы были здесь во второй раз, по заднему двору гулял олень, и это практически решило для нас вопрос покупки.
Я похлопал Томаса по плечу.
– Вы сегодня ранние пташки.
– Да-да. Я теперь днем то и дело дремлю… Ты сегодня упустил возможность поздороваться с Жозефиной, Джо.
– С Жозефиной? Твоим директором по первым впечатлениям?
– Угу. Она заезжала утром, – он протянул мне корзинку, полную маффинов с черникой.
– О, какая красота!
– Я пока ем только третий, так что еще не распробовал, – отозвался Томас.
Мэгги взяла себе кекс из корзинки.
– С тех пор как Томас рассказал Жозефине о своем диагнозе, она приезжает по утрам трижды в неделю с домашней выпечкой. А еще координирует желающих привезти нам обед. Столько народу тащит нам еду, что, боюсь, она будет портиться!
– А кто ее привозит? – спросил я.
– Люди из компаний Томаса.
Я обдумал эту мысль. Право, это удивительно. Томаса никак нельзя назвать бедным человеком. Наоборот, по большинству стандартов он был богачом. Однако люди, которые работали в его компаниях, присылали ему домашние обеды.
Томас отложил салфетку и потянулся за новым кексом.
– Жозефина передает тебе привет, Джо. Я говорил ей, что ты здесь, и она попросила меня непременно высмеять тебя за тот первый раз, когда ты пришел ко мне в офис.
– Мне никогда от этого не отделаться, да?
– Отделаться от чего? – спросила Мэгги. – Как это я не знаю такую историю?
Томас взглянул на меня.
– Почему бы не рассказать ее с твоей точки зрения?
Я откинулся на спинку кресла и посмотрел на Мэгги.
– Ладно. Ты ведь знаешь, что мы с Томасом познакомились, когда он сразил меня своим «музейным вопросом» на платформе электрички, верно?
– Конечно.
– Так вот, мы с Томасом встречались в поезде еще пару недель и вели прекрасные беседы о бизнесе
