Он опустил руку и пошарил под креслом в поисках программы работы на орбите.
«Он прав, – думал Коля. – Небольшой корабль не будет сам собой управлять, а если придется пробыть на орбите на протяжении еще одного витка – а может быть, двух или трех, то экипажу надо помогать кораблю».
Нужное ли давление в отсеке? Правильные ли параметры у газовой смеси? Верно ли корабль совершал вращение вокруг собственной оси, чтобы солнечные батареи ловили лучи солнца? Обо всем этом следовало заботиться.
Вскоре все трое приступили к знакомой и в некотором роде успокаивающей последовательности проверок.
«Будто возможно управлять судьбой», – подумал Коля.
Но на самом деле все изменилось, и от этого факта нельзя было отмахнуться.
«Союз» снова плыл к тени планеты. Коля смотрел и смотрел в иллюминатор, выискивая оранжево-желтое сияние больших городов. Он искал утешения и поддержки. Но земля была темной – ни огонька.
9
Парадокс
Джоша заинтриговала эта женщина из будущего – если она вправду была из будущего! Лицо Бисезы было выразительным, правильным. Хорошенькой назвать ее было трудно – крупный нос, немного тяжеловатый подбородок, но при этом – яркие, ясные глаза, густые, коротко остриженные волосы. Она излучала силу – и даже физическую силу, и прежде ничего подобного Джош ни в одной из женщин не замечал: столкнувшись с такой непредсказуемой ситуацией, она вела себя уверенно, хоть почти валилась с ног от усталости.
Весь вечер он таскался за ней по пятам, как щенок.
День получился долгим – самым долгим в ее жизни, как призналась Бисеза, даже при том, что несколько часов подевались неведомо куда. Капитан Гроув посоветовал гостям поесть и отдохнуть, но они уверили его в том, что до отдыха им следует кое-что сделать. Абдыкадыр хотел навестить Кейси, другого пилота. И еще он хотел вернуться к машине, которую они ласково называли «Пташкой».
– Я должен стереть электронные банки памяти, – сказал он. – Там есть важные сведения – в особенности касательно авионики…
Джош был зачарован этим разговором об умных машинах, он представлял себе воздух, наполненный невидимыми телеграфными проводами, по которым то и дело передаются таинственные и важные послания. Гроув решил удовлетворить их просьбу.
– Не вижу никакого особого вреда в том, что разрешу вам уничтожить что-то такое, в чем я все равно ничего не понимаю, – сухо проговорил он. – Кроме того, вы утверждаете, что это ваш долг, уоррент-офицер. Я это уважаю. Время и пространство тают, как ириски, но долг остается долгом.
Бисеза, со своей стороны, хотела пройтись по маршруту полета вертолета до его падения.
– Нас подстрелили, – объяснила она. – Думаю, это случилось сразу же после того, как мы заметили, что солнце пляшет по небу. Поэтому… понимаете? Если мы каким-то образом что-то пересекли, какой-то барьер во времени, то тот, кто в нас стрелял, должен теперь тоже находиться по эту сторону…
Гроув полагал, что с этой вылазкой лучше подождать до утра, поскольку видел, как и Джош, что Бисеза жутко устала. Но Бисеза не желала и слушать об отдыхе – казалось, остановка означала, что она смирится, примет непонятную реальность случившегося. Поэтому Гроув дал «добро» на проведение разведки. Джош еще сильнее зауважал капитана за проявление понимания и сочувствия; Гроув понимал в происходящем не больше других, но явно пытался по-человечески реагировать на странных незнакомцев, в буквальном смысле слова свалившихся с неба в его владения.
В разведку вместе с Бисезой отправились Джош и Редди – оба настояли на том, что будут ее сопровождать, – а также небольшая группа солдат под номинальным командованием рядового Джорди Бэтсона. Он, похоже, в этот день успел произвести настолько хорошее впечатление на капитана Гроува, что пошел на повышение.
К тому времени, когда они вышли за стены форта, уже было довольно темно. Солдаты несли керосиновые фонари и горящие факелы. Пошли прямо на восток от места падения вертолета. По расчетам Бисезы, пройти нужно было не больше мили.
Огни форта мало-помалу исчезали вдали, отряд окутали сумерки пограничной территории, огромной и пустой. Но со всех сторон на горизонте Джош видел валы плотных черных туч.
Он быстро шагал рядом с Бисезой.
– Если это правда…
– Что именно?
– Эта история с перемещением во времени… Вы и эти существа, обезьянолюди, – как вы думаете, как это могло случиться?
– Понятия не имею. И даже не знаю, что бы я предпочла – стать отверженной во времени или жертвой ядерной войны. Между прочим, – резко проговорила она, – откуда вы знаете, что вы – не отверженные?
У Джоша екнуло сердце.
– Я об этом еще не задумывался. Знаете, мне даже с трудом верится, что я веду с вами этот разговор! Если бы вы мне сегодня утром сказали, что ближе к вечеру я увижу летающую машину, да настолько мощную, что внутри ее могут сидеть люди, что эти люди объявят, что они из будущего и живут на сто пятьдесят лет впереди нас, я бы решил, что вы сумасшедшая!
– Но если это правда, – напористо проговорил Редди, бегущий рядом с ними трусцой (он хорошей формой не отличался, поэтому тяжело дышал), – если это правда, то вы столько всего знаете, столько всего можете нам рассказать! Ведь наше будущее – это ваше прошлое.
Бисеза покачала головой.
– Я видела слишком много кинофильмов. Вы никогда не слышали о хронологической защите?
Джоша ее вопрос обескуражил, как и Редди. Бисеза продолжала:
– Вы, наверное, даже не знаете, что такое кинофильм, а уж тем более – «Терминатор»… Понимаете… Некоторые считают, что если вернуться в прошлое и что-то изменить, чтобы перестало существовать то будущее, из которого ты прибыл, то ты можешь вызвать величайшую катастрофу.
– Не понимаю, – признался Джош.
– Допустим, я вам расскажу, где сейчас, в тысяча восемьсот восемьдесят пятом году, живет моя прапрапрабабушка. А вы пойдете к ней и пристрелите ее.
– Зачем мне это делать?!
– Это я просто так сказала. Но если бы вы это сделали, я бы никогда не появилась на свет и не смогла бы вернуться, чтобы рассказать вам про мою прапрапрабабушку, и тогда вы бы ее не пристрелили. В таком случае…
– Это логический парадокс, – на бегу выпалил Редди. – Просто потрясающе! А если мы пообещаем не убивать вашу прапрапрабабусю, вы нам что-нибудь про нас расскажете?
Джош укоризненно проговорил:
– Откуда она могла даже хоть что-то слышать про нас, Редди?
Редди задумчиво отозвался:
– Знаешь, у меня такое чувство, что что-то она про нас таки слышала – про меня, по крайней мере. Когда тебя узнают в лицо, ты это понимаешь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
