о них сказано, но так мало их мною встречено, башни, например, считаются осквернённым местом силы. Места силы могут быть как природными, так и почти рукотворными, реки крови, пролитые на землю, оставляют свой отпечаток. Места великих битв еще долгое время наполнены силой и очень долго очищаются. Намоленные места чище, но не любят иноверцев, а есть такие места, которые создавали святые люди и не налагали определенных требований. Есть и природные, но я их пока не встречал, и зачастую места силы нужно усиливать, как я сделал с клановым залом в клане Раидзуко. Но то место силы я практически не ощущал, а сейчас, прикрыв глаза, я словно растворялся в потоке силы, что хлынула из земли. И творил, творил как никогда прежде…
Из своего пояса я достал книгу с чистыми страницами и она вспыхнула огнем, а я вновь прикрыл глаза, моя рука начала движение, чертя пальцем по песку еле уловимые символы. А тем временем из дома доносились крики, я пытался их отсеять, сейчас они были не важны, я словно каждым движением своего тела рассказывал незримому потоку о себе и в этот же момент успокаивал место силы. Те, кому оно доверилось, ушли, так бывает, ничего страшного, это всего лишь песчинка на берегу моря, а что такое море?
Море это водная гладь, бесконечное, как и время, которое словно море своими волнами смоет бесследно все печали и невзгоды.
— Да вы достали меня! Обе! — раздался оглушительный гневный крик Сиры.
Все вокруг меня затрещало, а затем загрохотало. Я услышал безумный вой стихий и даже источник, место силы, взбудоражился. Нет, не испугался, он был обеспокоен, и я вынырнул из энергетического омута и открыл глаза.
Вокруг меня бесновалось марево, на белоснежном песке без единой соринки горели красным символы, их были сотни, если не тысячи. Оплавленный песок превращался в стекло и застывал, а внутри стекла, словно в трубке, пульсировала энергия, которая преобразовывала оставшийся песок внутри в камень. Мой взор медленно поднимался от песка в направлении дома.
Так, фундамент в порядке, стены тоже. Окна и крыша в норме… Но вот мой взор поднялся достаточно высоко. В центре огромного здания, пробив крышу поместья и устремляясь ввысь огромная глыба иссиня-белого льда.
— Сосулька, — выдохнул я облако синеватой энергии. От меня шел синий свет, я был напитан энергией, а из дома доносились голоса, и самым громким был раздраженный голос Сиры.
— Вы кого слабой назвали⁈ Две психованные старухи! — кричала Сира. — Вы у меня обе получите, разнесу весь город, но вас прибью!
— Давай, — угрожающе прорычало нечто из глубин здания.
— Давай, сука! — задорно рассмеялась Кирсана. — Пора узнать кто из нас сильней.
Я выдохнул чистую энергию, синее облачко медленно поднялось в воздухе и распалось на десятки небольших молний, что тут же ударили в землю. А во мне воспылал гнев, не меняя позу лотоса я поднял свои огромные руки, сжал кулаки и нанёс удар по земле. Удар был силен, я слабо понимал, что я творил, но по земле пошли волны, которые устремились к поместью и все огромное здание колыхнуло, стены, которые надо было снести, рухнули, а из меня вырвался громогласный крик.
— Хватит! — раздался рев повсюду, удивив меня самого своей силой.
В поместье наступила тишина, все, находившиеся внутри, боялись даже шелохнуться.
— Это что было?
— Землетрясение.
— А почему землетрясение кричит хватит?
— Значит, это кричало не землетрясение.
— Логично.
— Тогда кто?
Ставни распахнулись и в окне показалась Кирсана, которая удивленно на меня посмотрела и спросила:
— Ты чего кричишь?
— Это я-то почему кричу? Это что такое торчит в крыше моего дома⁈ — гнев начал охватывать меня, черт возьми, еще чуть-чуть и я поубиваю их.
— Где торчит? — выглянула Сира, немного взлохмаченная, но спокойная.
— Вон там, в крыше! — указал я пальцем на огромную ледяную глыбу, а в окне появилась почему то огненно-рыжая Рина с бледной кожей.
— Так это лед, — спокойно ответила мне Рина. — Такое, знаешь, холодное и мокрое, это лед.
— Я знаю, что такое лед, что оно там делает? — я уже начинал злиться.
— Стоит, — пожала плечиками Рина.
— Уф-ф-ф-ф, — шумно выдохнул я воздух вместе с энергией и облачком пламени.
— Рина, он всегда был таким нервным? — спросила Кирсана.
— Он с первой нашей встречи в башне такой, — шмыгнула носом Рина.
— До башни он был не намного спокойнее, — добавила Сира.
— Тяжело же нам будет, — подытожила Кирсана.
— Боги, дайте мне сил, — тихо прошептал я. — Так, слушайте мой приказ, лед убрать до прибытия гостей, не ссориться и мне не мешать, я занят!
— Мы попробуем, — ответила мне Рина. — Но не обещаем.
— Почему ты рыжая как огонь в кузнечной печи и бледная как снег? — спросил я.
— Это мой натуральный цвет, мне ведь не надо больше прятаться, — ответила мне Рина, закрывая ставни.
К вечеру я закончил формировать место силы и начальный родовой круг, а вокруг меня с восхождением луны собрался весь клан Раидзуко. Саири уже сообщила мне, что такое место силы должно появиться и в ее клане, с оплатой она договорится с казначеем, я же не умею торговаться.
И вот настал тот самый момент, книга рода парила над землей, а песок под моими ногами потрескивал от энергии. Связь с книгой кланов была установлена, и это было большим достижением, прямая связь это очень и очень круто.
Рыжая Рина в красном кимоно шла ко мне в сопровождении Сиры и Кирсаны как кровных сестёр, и все они были прекрасны в отблесках огромной глыбы льда, что преобразовывал лунный свет в нечто мягкое и необычно нежное. Сама глыба светилась неярким, но приятным синеватым светом, а я то и дело косился на эту огромную ледяную скалу в центре дома.
— Почему не убрали? — тихо прорычал я на девушек.
— Она не тает, — усмехнулась Кирсана.
— И не ломается, — надула губки Рина. — Я пыталась, коготь себе сломала, воть.
— Я перестаралась, — печально выдохнула Сира.
— Ладно, потом, — прошептал я и посмотрев на Рину громогласно проговорил. — Готова ли ты, Рина, без рода и без племени, войти в род Калибана? Готова ли ты вступить в семью Калибана, не побоишься ли ты имени, что падет на тебя, имени одного из Проклятых?
— Не побоюсь! — прокричала Рина радостно, а по её щекам потекли слезы. — Я хочу стать частью твоей семьи, что бы ни произошло, я хочу быть одной из проклятых Калибана.
— Э-э-э-э, — удивился я. — Не то, Рина, ты сказала, не проклятой, а частью рода!
Но уже было поздно, меня и ее объяло энергией, и я видел,
