Последнее впрочем, не так уж и бросалось в глаза. Конечно, ее джинсы были куплены на распродаже, а джинсы Джоша наверняка стоили не одну тысячу долларов, но на вид отличия не так уж и бросались в глаза.
Не волнуйся, голубушка, вот приедешь в отель — там-то и начнется самое страшное.
Там будут Дамы.
Белинда уселась на заднее сиденье громадного внедорожника, ощущая себя пассажиром грузового тягача повышенной комфортности. На этом сиденье могли бы разместиться пять женщин, даже ее комплекции.
Мэтью на правах старого знакомого уселся впереди, рядом с Джошем, и они принялись болтать, причем Мэтью говорил тихо и сдержанно, а Джош гремел, как товарный состав.
— Ты не знал? Конечно, ты у нас не любишь сплетни. А я вот, мисс Карр, жить без них не могу. Зачем еще здесь собираться? Неделю без малого прикидываться, что мы друг друга безумно обожаем? Смешно, потому, что все мы знаем, что все мы знаем — и так далее. Тернер не может простить Моргану нефтяную концессию в Эмиратах и красотку Лору, Морган копает под Джейка Строу, а Джейк боится даже собственной тени, потому, что дал взятку кому-то в Госдепартаменте, а из администрации произошла утечка. Скажи на милость, зачем лететь через всю страну в глухую чащу, чтобы узнать то, о чем все и так знают из газет?
— Но здесь ведь и сделки заключаются…
— Исключительно с бодуна! Или на пари. В прошлом году твой бывший босс, старый Змей, обыграл в покер молодого Армстронга. Того, что выкупил алмазные копи у Де Бирс. Выиграл двадцать процентов акций. Армстронг бился за эти акции два года, — а спустил за полчаса. Нет, Мэт, настоятельно тебе рекомендую: забудь о бизнесе. Поживите тут в свое удовольствие, покатайтесь на лошадках, порыбачьте — и полюбуйтесь на весь наш террариум со стороны.
— Хм, не слишком обнадеживающая перспектива.
— Почему? Ты приехал в красивейший штат Америки, с тобой симпатичная барышня, ты здесь моложе всех, — разве мало поводов для получения удовольствия?
Белинда изумленно прислушивалась к грубоватой болтовне Белью. Симпатичная барышня? Ее назвали симпатичной барышней, да еще кто! Один из столпов бизнеса Соединенных Штатов! Она невольно выпрямила спину и даже поправила растрепавшиеся волосы. Неведомое доселе чувство заполняло ее душу. Рост самооценки ускорился раз в сто.
Белинда даже почти перестала бояться.
И совершенно напрасно — ибо испытания были еще впереди.
7
Большой Охотничий Дом стоял в чаще леса, в излучине Миссури. К нему вела хорошая, но узкая асфальтовая дорога, и «хаммер» на ней целиком не помещался, так что последние несколько десятков метров их довольно сильно потряхивало.
Солнце сверкало на мокрых от недавнего дождя листьях, громадный бревенчатый сруб смотрелся совершенно естественным образом, и только наличие спутниковых антенн на крыше выдавало в этом нарочито грубом строении фешенебельный отель.
Джош Белью с шиком затормозил прямо перед высоким крыльцом и засигналил. Двери растворились, и на крыльце появилась тощая особа в собольей накидке и с длинным мундштуком в костлявых пальцах. Она недовольно скривила лицо и произнесла пронзительным и чуть плаксивым голосом:
— Джош, прекрати свои ковбойские штучки. И отгони это чудовище с дорожки — ты и так ее совершенно разорил. Здравствуйте, мистер Карлайл. Добро пожаловать в Большой Охотничий Дом на ежегодное заседание Клуба Партнеров.
Мэтью выпрыгнул из «хаммера», одернул слегка помявшийся пиджак и пошел навстречу тощей особе. Белинда замерла на заднем сиденье, понятия не имея, что ей следует сделать — ждать, когда Мэтью ее представит, или семенить за ним наподобие комнатной собачки.
Выручил Джош. Он неожиданно перегнулся к ней через спинку сиденья и пытливо вгляделся в осунувшееся от волнения лицо молодой женщины.
— А ведь я вас помню, сестренка. Вы работали и у старика Бэгшо, готовили документы по нашей с ним сделке в Оклахоме.
Белинда растерянно моргнула. Она-то помнила, потому, что в тот раз ей пришлось несколько дней работать лично с мистером Бэгшо, но никак не могла предположить, что кто-то вроде Джоша Белью мог запомнить ЕЕ.
Джош протянул свою здоровенную ручищу, и потрепал ее по плечу.
— Не робейте, мисс. Смотрите на все это, как на посещение зоопарка. И не давайте спуску этим дамочкам — они, как гиены, сразу чувствуют чужую неуверенность.
Белинда жалобно посмотрела на миллионера.
— Я совсем никого здесь не знаю…
— И не много потеряли, уверяю вас. Это отнюдь не небожители. У каждого второго — геморрой. А если этих баб отмыть и содрать с них побрякушки, все, как одна, уродины. Вы, миленькая, не тушуйтесь. Потерпите пару дней, Ширли приедет и возьмет вас под крыло. Она свойская тетка, только горластая. Но это специфика — иначе лошади слушаться не будут.
— Мистер Белью…
— Джош. У нас тут по-простому, не забывайте. Лоно природы, все такое. Привыкайте. После ланча выпьем с вами на брудершафт. Так, что вы хотели спросить?
— Вы не могли бы мне сказать хоть про некоторых… Кто это? Морган, Тернер… И вот эта дама.
Джош хохотнул.
— Вы прелесть, сестренка. Мэт молодец, что привез вас. Я начинаю чувствовать интерес к грядущим мероприятиям. Да, так, значит, выбираете меня своим чичероне? Что ж, вы правы. Малыш Мэт и сам еще не в своей тарелке, потому и бросил вас на произвол судьбы. Значит, так: Морган — высокий старикан с бородавкой на щеке, красит лишайник на своей голове под шатена. Он из Морганов, которые сначала были пираты, а потом создали финансовую империю. Тернер — тот самый, Тедди. Медиа-магнат и бабник. Его вы наверняка знаете в лицо, чаще него по телевизору появляются только ведущие прогноза погоды. Эта сушеная… дама — Лу Фонтейн. Она руководит оргкомитетом Клуба, и, по слухам, именно ей мы обязаны Вечеринкой в Индейском Стиле, после которой из Клуба вышли сразу пять членов. Она вечно такая недовольная, потому, что создание видимости напряженной работы изматывает куда больше самой работы. Ее не бойтесь, она больна снобизмом в острой форме, но сама по себе тетка несчастная и неплохая. Ее сыновья разбились в авиакатастрофе.
— Господи, бедная…
— Нет, не очень. У нее рента в полмиллиона долларов. Я отгоню машину, а за ланчем покажу вам остальных. Устраивайтесь — и никого не бойтесь. По правилам Клуба на эти пять дней все равны. Бывали случаи, когда сюда привозили обычных массажисток, а увозили законных жен.
С этими словами Джош Белью ловко выкатился из «хаммера» и подал Белинде руку. Рука у него была хорошая, теплая и жесткая от мозолей. Белинда с трудом подавила желание не выпускать эту руку до самого крыльца.
