снимай. Они хотят понять, какие в тебе произошли изменения.
— Хорошо…
Тем временем тавро впечаталось в нежную кожу между ее лопаток. Раздался дикий крик и в воздухе запахло паленым. Ее аура, не изменив цвета, тихо угасла. Молодец девочка, выдержала. Ее стащили со стола и Зиппиус, несмотря на свои генеральские погоны, наклонился к ней и стал ее лечить. Силен старик. И смел. Уважаю.
Я проанализировал, что же с ней сделали. Ее аура была охвачена как бы черным пауком, который сжимал ее со всех сторон. Кроме того, паук был явно информационно связан с каким-то общим центром. У меня созрел план, каким образом я решу задачку. Кроме того, я в себе выделил малюсенький и слабый кусочек Зеленого в отдельный мешок, чтобы уже моему пауку было что «кушать».
— Теперь твоя очередь Сержант, сказал Черный и подтолкнул меня к столу.
Черная опять начала:
— Сержант Юджин также подозревается в государственной измене. Поскольку он является неавторизованным Зеленым, он подвергнется аналогичной процедуре.
На самом деле ставить паука при моих, видимых Черным, магических возможностях, смысла не было. Нечего там блокировать. Они явно хотели поставить меня на контроль.
Ко мне направились двое бойцов, но я так на них посмотрел, что они остановились.
— Сам пойду. Не надо держать.
Я разделся сверху до пояса и лег на стол. Свою боль специально не блокировал.
Я почувствовал жар и резкую боль. В меня вошел черный паук, вцепившийся в данный ему на откуп бледно-зеленый шарик. Запахло паленым. Тавро явно держали дольше, чем нужно. Я не произнес ни звука. Посмотрел на Черного — он улыбался. Ну-ну, завтра вместе посмеемся. Боль, которую я чувствовал, вкупе с яростью, стала производить странные трансформации с моей сущностью. Мой шар просто заклубился серо-черным. Потом по нему пошли молнии, и он стал на глазах пухнуть. Зря они это затеяли. Ох, зря.
Послышался голос Зиппиуса:
— Вы его насквозь прожжете.
Тавро убрали.
Я слез со стола. Ко мне немедленно подошел Зиппиус и стал вкачивать Зеленое, убирая боль и залечивая ожог. При этом он мне прошептал:
— Надеюсь, ты того стоишь.
— СтОю, не сомневайтесь, — одними губами ответил я.
Черная сказала:
— Процедура закончена. Все свободны.
Ко мне подошел Полковой маг. Хотел помочь выйти.
— Спасибо, Арист, не надо. Я сам.
По-моему, он даже не заметил, что я обратился к нему по имени.
Затем я подошел к Хорунжему:
— Господин Хорунжий! Прошу освободить меня от занятий на полдня и ночь для подготовки к завтрашнему бою.
Он очень внимательно на меня посмотрел:
— Идите, сержант. Завтра в 10, не опаздывайте.
Я, как был полуголый, вышел из палатки. Свежий ветер немного охладил ожог, который после манипуляций Зиппиуса уже начал заживать.
Ко мне подошел Зиппиус:
— Молодой человек. Думаю, я ее понимаю. Мне почему-то кажется, что вы не совсем то, чем хотите выглядеть. Если хотите, это стариковская интуиция. Завтра для вас будет сложный день. Ваша задача — остаться в живых. Но в любом случае, я позабочусь о девочке.
Я обернулся и посмотрел на него:
— Спасибо. Не сомневайтесь. И с Креоной все будет хорошо, я обещаю.
— Надеюсь.
Затем я ментально протолкнул между лап паука Креоны защищенный серым зеленый канал.
— Как ты?
— Юджин! Родной! Как ты смог! Я тебя слышу! Я же ничего не могу, я не чувствую магию. В первый раз с рождения! Как я буду жить?!
— Не волнуйся и не паникуй — это им только кажется, что они такие крутые. Я все сделаю, дай время. Сейчас иди в лазарет, Зиппиус обещал побыть с тобой. Не показывай, что мы с тобой на связи. Я пошел в лес, медитировать перед завтрашним поединком.
Меня встретило мое подразделение.
Все с ужасом смотрели на тавро в виде орла, который сжимал в когтях маленькую птичку.
— Больно?
— Нет, щекотно. Сикор, меня сегодня до конца дня и ночью не будет, я пошел готовиться. Не ищите меня.
Зайдя в лес, я побежал. Минут через 40 сумасшедшего бега, я наткнулся на вполне приемлемый источник Зеленой магии. Сел в центре и ушел в медитацию. На самом деле, мне не надо было готовиться самому. Мне надо было подумать, как выручить Креону.
Через какое-то время я кое-что придумал.
— Креона, как ты?
— Плохо. Если бы не Зиппиус, наверное, сошла бы с ума. Еще и ты пропал из эфира!
— Я все придумал. Завтра, как все закончится и они уедут, я все сделаю. А пока познавай новое — как живем мы, простые смертные.
— Это ты-то простой смертный?
— А что. Вполне сгожусь на эту роль.
— А еще, я больше не начальник лазарета. Черные поставили эту сучку-стукачку. Она, дрянь, мне предложила санитаркой поработать.
— Ну, пока ты больна, потом передача дел — несколько дней у нас есть. А дальше разберемся.
— Кстати, не забудь, что ты должен быть в части уже через 2 часа. А то ты сказал «завтра», а это уже сегодня.
— Понял. Пошел.
Действительно, было уже 8 утра. Я пробежался и в 9 вошел в подразделение.
Ко мне подошел Сикор:
— Тебя все обыскались, уже два посланца из штаба были.
— Не волнуйся, я на месте. Пойдем-ка на поляну, а то штабных кондрашка хватит.
В 9.30 мы с моим подразделением уже были на площадке. Я начал разминаться. В 10 часов на поляну подошли офицеры. Я ушел в медитацию, однако заметил, что Черной среди них уже нет. Значит, она уехала, не сомневаясь в исходе поединка.
Зато сам Черный вышел в накинутом на голые плечи халате. Когда он его снял и предстал «голый торс» — народ ахнул. Он был жгутом перевитых мышц, а в руках у него были два отличных боевых черных ножа.
Я вышел навстречу, держа стандартные армейские ножи. Правда, каюсь,
