верху лестницы, но они говорили тихо, и я не могла разобрать ни слова.
– Вайолет! – позвала миссис Пэррис. – Спускайся немедленно!
Эбигейл застонала на кровати. Бетти шикнула и протянула руку, чтобы обнять её.
– Я скоро вернусь, – сказала я, не ожидая ответа. – И мне правда очень жаль.
Впервые я произнесла это вслух.
Я помчалась вниз по лестнице, не желая злить госпожу Пэррис ожиданием. Атмосфера в доме и так была напряжённой, и мне не хотелось усугублять ситуацию.
Миссис Пэррис стояла у окна, уперев руки в бока. Она обернулась к Томасу.
– Не понимаю, зачем им понадобилась Вайолет. Кажется, в этом нет необходимости. А девочкам нужен уход.
Томас на мгновение перехватил мой взгляд, а потом повернулся к матери.
– Я не знаю. Когда я был в городе, отчим Элизабет Принс, мистер Осборн, подозвал меня. Он сказал, что у их коровы тяжёлые роды и что Титуба знала средство для таких вещей. Он надеялся, что и Вайолет что-нибудь этакое умеет. Возможно, научилась у матери. Он слышал, что Титуба творила чудеса, и обещает хорошо заплатить, если Вайолет спасёт телёнка.
Я попыталась припомнить, говорила ли мама хоть что-нибудь о коровьих родах, но ничего не приходило в голову. Хотя моя мать была искусна во многих вещах, я не помнила, чтобы она хоть раз рассказывала о животных и уходе за ними.
– Вайолет, ты ведь можешь помочь, правда? – спросил Томас. – Элизабет была уверена, что да. Она просила тебя прийти как можно скорее.
Он посмотрел на меня в упор, и я всё поняла. Тэмми использовала Томаса Пэрриса, чтобы обеспечить мне свободный вечер. Тот поцелуй, который я видела, возвращался в воспоминания Томаса, преследовал его и заставлял выполнять наши приказы. Я могу сколько угодно гулять по лесу, и никто не поинтересуется, где я была на самом деле.
Я едва не улыбнулась – но тут увидела лицо миссис Пэррис. Увидела сомнение в её глазах.
– Мама действительно говорила, что есть травы, которые помогают при родах.
– Какие травы, Вайолет? – спросила она, прищурившись.
Я лихорадочно пыталась вспомнить хоть какой-нибудь разговор о родах.
– Триллиум. Он помогает при схватках.
Миссис Пэррис посмотрела на сына.
– Сколько денег обещал Осборн?
Томас покачал головой.
– Он не сказал ничего конкретного.
Госпожа Пэррис направилась к очагу.
– Тебе нужна записная книжка, Томас. Что ж, если есть возможность заработать, мы должны ею воспользоваться. Вайолет, ты знаешь, где достать этот триллиум?
Я энергично кивнула.
– Да, госпожа, я видела его в лесу. И помню, как мама говорила, что он очень эффективен. Но роды могут продолжаться долго.
Мы с Томасом обменялись взглядами. Интересно, что сказала Тэмми, чтобы убедить его увести меня из дома сегодня вечером? Может, пообещала ещё один поцелуй?..
Госпожа Пэррис посмотрела на цыплят, варившихся в котле над огнём.
– Ладно, иди, Вайолет. И не уходи оттуда, пока тебе не заплатят.
Я кивнула и помчалась в свою комнату за чепцом. Заправила под него волосы. Потом достала из-под матраса спрятанное перо и осторожно положила его в карман фартука. Взяла яйцо, которое сунула под подушку, и тоже положила в карман.
– Надеюсь, роды пройдут быстро, госпожа, – сказала я, направляясь к двери. – Не хочу надолго бросать девочек одних.
Госпожа Пэррис опустила голову. Она выглядела так, словно за один вечер постарела на десять лет.
– Я позабочусь о девочках. А ты иди и не вздумай возвращаться без денег.
Как только дверь за мной закрылась, я помчалась в лес, сжимая яйцо в руке. На сей раз я не сделала ничего, чтобы сделать тише свои шаги – просто бежала между деревьями, уже освещёнными полной белой волшебной луной.
Глава 14
Я углублялась всё дальше и дальше в лес, задыхаясь от бега, и, наконец, приблизилась к тому месту, где впервые встретила Тэмми Янгер. Ручей уже не был таким полноводным, как весной, когда таял снег. Теперь он журчал гораздо тише, но этот звук всё равно успокаивал меня. Вдалеке я увидела свет – там горел небольшой костёр.
У меня перехватило дыхание. Сбудется ли то, что мне было обещано? То, на что я так надеялась?
Я замедлила шаги, приближаясь к выбранному нами месту. Прошлой зимой повалился большой дуб, оставив в пологе леса дыру, сквозь которую проникал лунный свет.
Элизабет тыкала палочкой в горящее полено, а Тэмми ходила вокруг костра. Многие из тех, кто признавался в колдовстве, рассказывали о подобных сценах – встречах в лесу под покровом ночи. Хотя Тэмми уверяла, что, дескать, люди не обращают внимания на ведуний, я молилась, чтобы мне никогда не пришлось признаваться шерифу Корвину или преподобному Пэррису в том, что мы делали сегодня в лесу.
Я почти готова была повернуться и уйти, но подумала о холодном доме, в котором жила. И обо всём, чего хотела, но никогда не смогла бы получить самостоятельно.
– Я здесь, – тихо сказала я.
Элизабет вскочила, а Тэмми повернулась ко мне, торжествующе улыбаясь. Она протянула руки, и я медленно шагнула в её объятия. Тэмми обняла меня, крепко-крепко прижав к себе. Кажется, она и впрямь боялась, что я не приду.
– Томас сделал своё дело, – сказала я.
Элизабет затанцевала вокруг костра.
– Я так нервничаю, – хихикнула она. – И волнуюсь! Мы правда сможем творить волшебство?
Глаза Тэмми вспыхнули.
– Ну конечно! И лучше бы нам поторопиться, пока кто-нибудь не явился искать Вайолет и новорождённого телёнка.
– У нас и правда рожает корова, так что я не соврала, – заявила Элизабет. – Может, я и собираюсь стать ведьмой, но не хочу оскорблять Господа больше, чем необходимо, произнося очередную ложь.
– Не ведьмой, а ведуньей, – хихикнула Тэмми.
– А как насчёт денег? – взволнованно спросила я. – Томас пообещал матери, что мне заплатят. Боюсь, если я вернусь с пустыми руками, Пэррисы поднимут шум, и нас разоблачат.
Тэмми полезла в карман.
– У меня только одна монета…
– Это была моя монета! – заявила Элизабет. – Она забрала её у меня. А ведь я её заработала! Я весь год продавала яйца!
Тэмми закатила глаза.
– Может, мы найдём способ приумножить наши богатства.
Элизабет выхватила монету у неё из рук.
– Правда? Да неужели?
– Да. И я знаю как! – сказала Тэмми, снова отобрав монету у Элизабет. – Давайте начнём.
– Мы… должны раздеться? – прошептала Элизабет. – Это поможет колдовать?
Я ахнула, а Тэмми рассмеялась.
– Только если ты сама того желаешь, Элизабет Принс. Я, например, планирую стать ведьмой… пардон, ведуньей, не снимая платья. Сохраню своё обнажённое тело для Томаса Пэрриса.
– Ах ты,
