78. Капитан Шануэн, принявший объединенное командование, решил не лезть на рожон без поддержки, поскольку пехота справа не продвинулась ни на шаг, и вернулся за линию южнее высоты 78, чтобы вывести машины из пределов досягаемости огня противника. Спустя немного времени Шануэну удалось установить контакт с командиром 151-го пехотного полка, который уже достиг участка между фермой Мошан и рекой Мьеттой, и они договорились предпринять атаку с ограниченной задачей отбить обратно высоту 78; штурм начался, и между 17.30 и 18.00 пехота заняла рубеж. По соглашению с командиром полка танки теперь отступили вдоль Мьетты к Ле-Колера; во время атаки они потеряли одну машину подбитой и еще четыре провалились в воронки от снарядов.
Группа 5 начала атаку третьей. Она развернулась справа от группы 6, подождала, пока пройдет огневой вал, и двинулась вперед в 12.00. Французам удалось взять третью немецкую линию и занять ее при помощи поддерживающей пехоты. Атаку продолжили 9 танков, прорвавшихся через заросли на северо-востоке захваченного сектора линии обороны; они достигли железной дороги Гигникур — Амифонтен, не встретившись ни с новыми препятствиями, ни с огнем противника. Здесь французы потеряли один танк из-за артиллерийского обстрела и еще один — из-за поломки. Между тем командир группы 5 установил контакт с командиром следующего за ними полка пехоты, 162-го, только чтобы услышать, что полк слишком серьезно потрепан и не способен продолжать наступление. Вскоре после 17.00 танки отбили контратаку немцев против все того же полка, а затем машины были отведены назад, за расположение пехоты, поскольку наступил вечер.
Четвертой по очереди атаковала группа 9. Ее долгое время задерживали в Ле-Колера другие войска, но примерно в 13.00 13 танков добрались до фермы Мошан и оттуда начали свой бросок. К юго-западу от железной дороги они попали под обстрел артиллерии и были уничтожены; пехота не последовала за ними в атаку.
Наконец, группа 4 наступала двумя колоннами между долиной Мьетты на западе и долиной Эны на востоке. Она воссоединилась на Эне в районе второй немецкой линии обороны. После значительного промедления, понеся потери, 5 головных танков пошли в атаку в 15.00, чтобы поддержать пехоту, которая находилась примерно в 600 метрах к северу и была слишком ослаблена. 2 танка были подожжены, остальные отбили немецкую контратаку и отошли назад. Остаток группы двинулся вдоль Эны и к 15.30 сумел очистить окопы; 2 танка были выведены из строя, но пехота поддержки из 94-го полка смогла закрепить их успех. Затем группа была отведена к первоначальному району сосредоточения.
Теперь обратимся к трем группам группировки Шобе, которые отправились из исходного района в 6.30. Они прошли колонной по одному через ферму Ле-Темпль, но были замечены с воздуха немецким аэропланом, отслежены артиллерийскими наблюдателями и попали под сосредоточенный огонь. Многочисленные задержки в пути были вызваны тем, что пехота вовремя не справилась с расчисткой проходов через французские и немецкие окопы. Танк командира головной группы был подбит и обездвижен, а следующие за ним машины столкнулись с задними. Огонь германской артиллерии постоянно усиливался, и экипажи подбитых танков сняли с машин пулеметы и пошли в бой наравне с пехотой, которая также была в тяжелом положении. К вечеру всего лишь 9 танков группировки Шобе смогли вернуться в район сосредоточения своим ходом; группа фактически была уничтожена, когда с расстояния от трех до шести километров по ней открыли огонь с закрытых позиций одна батарея полевой артиллерии, две батареи тяжелых полевых гаубиц, одна батарея орудий калибра 10 см и две минометные батареи. Под этим огнем танки продвигались вперед с той же скоростью, что и сопровождающая пехота.
В целом наступление 16 апреля 1916 года обернулось дорогостоящим провалом. Общая численность танковых экипажей составляла 720 человек, и 180 из них, то есть 25 процентов, были убиты, ранены или пропали без вести. Из 121 танка, которые отправились из района сосредоточения, 81 был потерян, включая 28 поломанных, 17 просто подбитых и 35 загоревшихся в результате попаданий. Несколько танков загорелись, не получив ни единой пробоины. 20 танков были отремонтированы. Окончательный счет потерь составил 76 танков из общего числа 132, то есть 57 процентов.
После сражения французы сделали из своей неудачи следующие выводы:
а) танки обладали недостаточной маневренностью на пересеченной местности;
б) сопровождающая пехота, по существу, не оказала никакой помощи;
Схема 6
в) ни один танк не был поврежден из стрелкового оружия, и броня оправдала ожидания;
г) с другой стороны, огнем артиллерии было подбито 57 танков: 15 — прямой наводкой и 37 — огнем с закрытых позиций, по большей части из крупнокалиберных орудий. Это произошло благодаря профессионализму немецких артиллерийских наблюдателей, а также потому, что 16 апреля немецкие орудия практически не были затронуты обстрелом французской артиллерии; на будущее требовалось разработать соответствующие меры, чтобы подавить артиллерию обороняющихся, а также обмануть их наблюдательные посты;
д) наибольшие потери французы понесли, когда танки двигались в колонне, а также во время остановок и перестроений. Потери можно было свести к минимуму, если выступить в развернутом боевом строю сразу из района сосредоточения, который, в свою очередь, должен размещаться непосредственно позади исходных позиций пехоты;
е) основные причины неутешительных результатов танковой атаки были связаны с неудачей наступления как такового, что сделало танки уязвимыми. Пехота была измучена и обескровлена предыдущими боями, и люди были не в состоянии развить успех, достигнутый танками на общем направлении на Гигникур и возвышенность Пруве;
ж) танки, даже когда действовали по отдельности, оказались чрезвычайно эффективны против пехоты в открытом поле, как показал молниеносный разгром контратаки противника западнее Гигникура;
з) однако в бою против окопавшейся пехоты окончательный успех возможен только в том случае, если атакующая пехота будет в состоянии немедленно его закрепить, иначе результаты, достигнутые танками, будут стоить настолько дорого, что окажутся попросту бесполезными. Отсюда французы, в свою очередь, заключили, что танки должны сражаться только в тесном взаимодействии с пехотой — убеждение, главенствующее во французской тактике еще и сейчас.
С точки зрения немцев мы должны добавить следующее:
а) французские танки выполняли свои длинные марш-подходы, следуя со скоростью пехоты, и по дорогам, забитым другими войсками. Без этих маршей и связанных с ними задержек можно было обойтись;
б) французы должны были подготовить целый ряд переправ через Мьетту и собственные окопы, что позволило бы им двигаться в развернутом боевом порядке от самого района сосредоточения;
в) для преодоления немецких окопов французам скорее следовало бы поручить сопровождать танки не
