он скажет в следующую минуту.
– Заедем в кафе и спокойно поговорим. Как раз протрезвеешь, – предложил он.
– Я уже протрезвела. И не хочу с вами ни в какое кафе. Отвезите меня домой, – упиралась я.
Луганский тяжело вздохнул.
– Почему с тобой всегда так сложно? Не буду я к тебе приставать.
Ага, знаю я это «не буду». Хотелось ответить что-то резкое, обидное, но сдержалась. Устала. Только сейчас я поняла, насколько устала. Уснула бы прямо в Васьковой машине. А что?! Тут тепло, мягко и музыка приятная.
– Не спать! – приказал директор, краем глаза заметив, как я сонно зеваю.
– Угу. Не спать, не пить и не жрать, – грубо пробурчала я.
Еще один недовольный взгляд испод насупленных бровей. Молчу, молчу. Достал, придурок.
– А вот поесть бы тебе не помешало, – заметил мужчина. – Разве можно столько пить без закуски?
– Вас спросить забыла.
Машина плавно подъехала к небольшому кавказскому кафе, что почти рядом с трассой. Луганский вышел из машины и галантно открыл для меня дверь. От помощи не отказалась, несмотря на острое желание послать всю его любезность куда подальше.
Мы заняли столик, и к нам сразу подбежала симпатичная армянка или грузинка. Они для меня все на одно лицо. Луганский заказал два кофе и какие-то закуски. Пока он разговаривал с девушкой, наблюдала за ним испод полуопущенных ресниц. На мгновение закралась мысль, что он по-своему даже красив. Вот убрать бы это всегда недовольное выражение лица и будет такой симпатичный шкафчик. Пока я своим еще не совсем протрезвевшим мозгом прикидывала, насколько хорош мог бы быть Васек, если бы не был моим начальником, принесли кофе. Меланхолично помешала сахар и отхлебнула. Бе-е-е. Растворимый.
– Я смотрю – ты приободрилась, – заметил мужчина и стал рыться в своем кожаном портфеле.
Через мгновение перед моим носом плюхнулась толстая папка с документами. Я недоуменно уставилась на Васька.
– Хочу знать твое мнение, – он кивнул на папку.
Я послушно раскрыла ее и углубилась в изучение содержимого, не забывая время от времени пить кофе. Это был проект. Причем не просто проект, а проектище! Современная, индустриальная ферма с новейшим немецким оборудованием. Продуманная до мельчайших деталей. Великолепная и… жутко дорогая, согласно приложенным прайсам. Судя по ценам в евро, проект обошелся бы не меньше миллиарда рублей. Немыслимые деньги.
– И-и-и? – протянула я, бегло просмотрев всё от корки до корки.
– Что скажешь?
– Дорого. Просто неподъемно дорого. Такая ферма, в лучшем случае, окупит себя лет через двадцать.
Луганский откинулся на спинку стула, пристально изучая меня.
– Ты сможешь заняться этим проектом?
Я чуть не подавилась кусочком сыра от неожиданности.
– Я похожа на человека, которому больше заняться нечем? У меня работы непочатый край. Наймите себе профессионалов, которые вам составят подробный бизнес-план. А это, – я ткнула пальцем в папку, – не входит в мои обязанности.
Васек коварно улыбнулся. Ох и не нравится мне его улыбка.
– То есть ты не отрицаешь, что могла бы, при желании, заняться его реализацией?
Вот, блин, попала.
– Василий Михайлович, мне правда некогда заниматься этим в рабочее время.
– А не в рабочее? – тут же смекнул Луганский. – Скажем, завтра?
Медленно прожевала многострадальный сыр, сглотнула.
– Может вам все же нанять консалтинговую фирму?
Васек в ответ покачал головой.
– Они ни черта не смыслят в сельском хозяйстве. Знаю я эти фирмы. Им лишь бы только бабло срубить. Мне нужно из этого проекта сделать конфетку. Ты достаточно хорошо знаешь производство и прекрасно справишься. Еще необходимо понять, каким способом можно уменьшить стоимость. И все нужно сделать крайне быстро. Никто не справится лучше тебя.
И ведь знает, на что давить нужно, – на самолюбие. Стратег. Бросила скорбный взгляд на папку. Это будет адски сложно, но так интересно.
– Ненавижу работать на корзину, – заранее предупредила я.
– Я тоже, – в тон мне ответил директор.
С минуту молча созерцала кружку в своих руках. Затем решительно придвинула к себе папку и сказала:
– С вас премия, – я не я, если не выдвину свои условия.
Глаза Васька радостно сверкнули.
– Разумеется.
– Когда закончить нужно?
Ответ был просто убийственным:
– К понедельнику.
– Вы шутите?! Это невозможно, – возмутилась я.
– Сделай хотя бы первые наброски. Я хочу видеть, что из этой затеи может получиться, – стал уговаривать Васек. – Завтра с утра встретимся в конторе и обсудим основные моменты.
Я покачала головой.
– С утра не могу. Занята.
Васек раздраженно смял и отбросил бумажную салфетку, которой секунду назад вытирал губы.
– Может освободишься ради такого дела? – с сарказмом заявил он.
– Ради дела всё брошу, – невинно ответила я и подцепила вилкой кусочек помидора, – а вы тогда прополите картошку вместо меня.
Наверное, я сказала глупость. Потому что Васек лукаво улыбнулся и объявил:
– Идет. Я полю картошку, а ты занимаешься проектом.
– Э-э-э… хорошо, – только и могла выдавить я на такой поворот событий.
Пипец! Кому расскажешь – не поверят. Мой директор завтра собрался полоть со мной картошку! Хитро улыбнулась, прячась за кружкой. Ведь ему необязательно знать, что картошки там почти целый гектар…
Глава 4
Утро следующего дня началось для меня очень странно. Прозвонил треклятый будильник, который я завела на пять утра. Моя мстительная рука его благополучно заткнула, запихнув под матрас. Только я стала уплывать обратно в объятия Морфея, как под окнами заорали кошки. Ну что за жизнь! Затем я вспомнила, что сегодня у меня по плану картошка.
Открыла глаза, хмуро уставилась в потолок и тут же скривилась от боли в затылке. Утро и похмелье. Что за дрянь мы вчера пили с Андрюхой?
Еще немного полежала. Собрала всю свою богатырскую волю в кулак и встала. Зеркало отразило неумытое, нечесаное зомби, которого забыли упокоить. Хорошо хоть косметикой почти не пользуюсь, а то вообще было бы страшно смотреться.
Тут с кухни донеслись чудные ароматы, и желудок громко напомнил мне, что вчера кроме кофе и трех кусочков сыра из кавказского кафе в нем ничего не было. Пора кормиться.
Трусцой проскакала на кухню. Баб Валя пекла блинчики. Меня уже перестало удивлять ее раннее пробуждение. У дедов был четкий режим. Если встали в пять утра – это уже проспали.
Я шкодливо обогнула старушку и стащила один блинчик. Старушка запричитала и стала разливать чай. Я бы помогла ей, честно, если бы руки не тряслись после вчерашнего. Да, напились мы вчера знатно.
Пока я отпивалась чаем и отъедалась блинчиками, к калитке подъехал белый внедорожник. Сначала я удивилась. Чего это Васек с утра пораньше забыл? Тут вспомнился наш вчерашний разговор, и моя зомбированная тушка застонала.
Если честно, не думала, что Луганский снизойдет до того, чтобы прибыть лично. Такого директора нужно занести в красную книгу. Обычно они жуткие лентяи.
– Валюшка! – раздался голос деда Сени от двери. – К нам гости!
Я обернулась, и блинчик так и застыл на полпути ко рту. Не думаю, что увижу более шокирующее зрелище, чем Луганский в шортах и майке. Стоит заметить, выглядел он очень даже неплохо, если абстрагироваться
