не выпила ведро такого же, — он осторожно улыбнулся.
Дурнота быстро проходила, голова прояснялась.
Он сел рядом, и она хотела обратиться к нему, но вспомнила, что все еще не знает его имени, а спрашивать ей вдруг стало неловко, хотя беспардонно выспрашивать все подряд было ее уже отточенным умением.
— Айрин, я так и не представился, я — Аридан, — он словно прочитал ее мысли. — Что случилось у той таверны? Я заметил тебя, когда ты уже оттуда уходила. Видимо, что-то пропустил.
Айрин вымученно улыбнулась:
— Ничего, приставучий пьяница, обычное дело, — он внимательно смотрел на нее серыми глазами, будто не веря. — А потом просто стало дурно, от слабости. Ничего такого.
Айрин показалось, что сейчас она должна встать и уйти, но она медлила: слова застыли во рту, ноги будто приклеились, уходить не хотелось. Просто сидеть рядом с Ариданом вдруг оказалось приятным занятием, но разговор мучительно не складывался в фразы у нее в голове, и она молчала.
Вдруг перед ними возникла девушка в фиолетовой рубашке с объемными рукавами и в штанах, расшитых золотыми узорами, звенящая от множества своих украшений, она смахнула со лба прядку по-мальчишески коротких черных волос и широко улыбнулась:
— Так, так, так! Сладкая парочка, может, вам погадать? На богатство? На любовь, а? — она кокетливо подмигнула Айрин.
Аридан усмехнулся и с улыбкой откинулся на спинку скамьи.
Гадалка присела на корточки перед Айрин, и в ее руках словно из ниоткуда возникла колода карт с темно-бордовой рубашкой в золотых узорах. Она веером растянула карты в руках рубашкой к Айрин и предложила указать на две любые карты.
— А мне одну можно? — шутливо спросил Аридан.
— Ты такой красивый, тебе все можно, — наигранно томно ответила гадалка.
Аридан ткнул пальцем в одну из карт, и гадалка достала ее, повернув карту лицом к ним. На карте был подвешенный на крюках человек, из которого лилась кровь и собиралась в огромную лужу у его ног.
— Кровь! Это очень хорошая карта, она предвещает изобилие во всем. Вижу, любви получишь сполна, до краев, но и пострадаешь от нее немерено, — она лукаво улыбнулась ему, а он в ответ наигранно схватился за сердце.
Она повернулась к Айрин. На этот раз карта изображала крадущегося вора, держащего в руках мешок, из которого сыпались монеты и драгоценности.
— Вор! Дорогая, тебя обокрали или скоро обкрадут, — снова лукавые искорки заплясали в ее синих глазах. — Знаю, знаю, твое сердце украдет этот красавец! Нет, уже, уже украл! — она игриво ткнула пальцем Аридана в грудь.
Айрин не понравилась эта забава, ей хотелось провалиться под землю, будто ее неожиданные мысли о том, как ей приятно общество Аридана, вывернули наизнанку и показали всем вокруг. «Не будь дурой! Она просто несет чушь, чтобы повеселить и получить деньги! Вы сидите тут вдвоем, как парочка, конечно, она и пристала!»
А Аридану будто нравилась эта игра: он, широко улыбаясь, дал несколько монет гадалке. Та рассыпалась в благодарностях и обещаниях счастливой долгой жизни и ушла, пританцовывая и уже приметив новых клиентов.
— Ты так напряглась, будто она сейчас тебя тут просто сожрет, — усмехнулся Аридан, и от улыбки в уголках его глаз веером рассыпались морщинки, отчего он стал еще красивее.
— Один мой знакомый продал за день весь свой скот и все драгоценности, когда колдунья сказала, что на нем порча, а он в такие вещи даже не верил никогда, — она хотела добавить, как потом они с Бииль в последний момент вытащили его из петли, но тогда история обретала слишком мрачный тон для простой травницы и для праздничного вечера.
— Наверняка, она была с побережья. Те могут посреди улицы тебя догола раздеть, а ты уйдешь довольным.
— Ты живешь там?
— Просто часто бываю: я все время в разъездах, как-то не осел пока нигде. А охотой могу заниматься везде.
— А ты хороший охотник? Как-то при мне одна охотница подстрелила белку на дереве прямо в глаз, — Айрин опустила, что этой охотницей была Эрин.
— Нет, если судить так, то я скорее посредственный, — засмеялся Аридан. — А ты, похоже, нигде не была, кроме столицы?
— Нет, — отчасти Айрин сказала правду: Звездный волк привез ее в столицу в глубоком детстве, а откуда — ей это было неизвестно. Так что всю сознательную жизнь она провела в столице и ее окрестностях.
— Жаль. Это самый унылый город среди всех, где я бывал. Серая каменная глыба посреди болот и леса, даже добираться сюда — сплошная морока. Да, людей много, но иногда это даже плохо.
В ответ Айрин насмешливо посмотрела на него, изогнув бровь.
— Не обижайся, если бы ты сама видела побережье, ты бы согласилась, — попытался смягчить удар Аридан и принялся описывать города побережья: их башни и корабли, как меняется море в разные времена года, уникальные ремесла, процветающие там и совсем неизвестные здесь.
Айрин с жадностью слушала и задавала тысячу вопросов: она всегда надеялась увидеть другие города, но служба у Короля подразумевала исключительно работу в столице, так что она не рассчитывала посетить их в ближайшие годы. Аридан охотно отвечал на все вопросы и открывал ей все новые и новые вещи. Она немного удивилась его широкому кругозору и образованности, которые демонстрировала его речь и его рассказы, но не стала выспрашивать, был ли он просто охотником всю жизнь, боясь показаться чрезмерно подозрительной.
Пока они говорили поздний вечер уже уступил место ночи, стало холоднее, люди понемногу расходились с площади. Оставшиеся принялись плести венки из колосьев и осенних цветов. Айрин заметила, что праздник подходит к концу, и, не прерывая рассказов Аридана, взяла из корзинки около скамьи колосья и цветы. Она стала плести венок, тщательно подбирая колосок к колоску и чередуя желтую пшеницу и красные цветки.
— Что это? — спросил Аридан.
— Осенний венок, разве не знаешь? В конце праздника надо каждому сплести его и подарить, кому захочешь, а тот в свою очередь может забрать его себе или отдать реке. Боги увидят твой дар, сочтут тебя щедрым и подарят новый урожай еще больше, чем нынешний, — Айрин усмехнулась. — Отец так говорил, но каждый год все дарят венки, а урожай случается разный. Видимо, боги не такие дураки, чтобы считать щедростью пару колосьев, — она надела готовый венок и нежно улыбнулась Аридану. — Ну как?
В ее черных волосах венок горел золотой короной с рубинами.
— Подаришь мне? — не отрывая от нее глаз, спросил Аридан.
Айрин сняла венок и протянула ему. Внезапно воздух наполнился грохотом и свистом, и их осветило голубое сияние: из-за реки недалеко от
