class="p1">— Ёёё… — делаю шаг внутрь. — Сейчас, подожди! — Дима, увидев меня, начинает громко мычать. — Сейчас! Секунду!
Бегу снова к двери. Этот «коллега» может прийти в себя, поэтому надо его затащить в квартиру и связать, а уж потом помогать Димке, он точно никуда не убежит.
Хватаю этого типа за ноги. Пыхтя и кряхтя волоку по ламинату, размазывая кровавые сопли кривой полосой. Видно, ударился носом, когда упал, и кровь пошла. Бегу на кухню за кухонным полотенце, и стираю следы. Наконец-то закрываю входную дверь. Надеюсь, у соседей нет камер видеонаблюдения, иначе у них будет шок. Мчусь мухой в гостиную на поиски скотча или веревки.
— Уууу, — мычит Димка, выпучив глаза и подпрыгивая на стуле.
— Погоди! — увидев лежащий на журнальном столике скотч и канцелярский нож, хватаю их, и возвращаюсь в прихожую. Заматываю этого Рамзеса II согласно всем традициям мумифицирования и только тогда, с чувством выполненного долга, спешу в Диме.
— Уууу!!!! — мычит требовательно и нетерпеливо. Беру за край скочта, закрывающего рот…
— Прости, будет больно, — резкое движение и…
— Ааа!!! Сука! — рычит, запрокидывая голову.
— Я тоже тебя люблю, — говорю на автомате, переключая внимание на ноги, примотанные скотчем к стулу.
— Развяжи меня быстрее! Сейчас обоссусь! — извивается ужом этот с виду интеллигентный человек с высшим образованием…
Стоит мне только провести лезвием по скотчу, освобождая, как Дима подрывается и, снимая на ходу штаны, пулей летит в туалет.
Протяжный выдох облегчения разлетается по квартире.
Глава 14
Дмитрий.
Вот только сейчас я понял, как «скучно» жил все эти годы без Дианы. Да, я ездил на курорты, ходил в рестораны, встречался с друзьями… все это было так обыденно, нормально… как у всех. Иногда это вгоняло в тоску и хотелось какого-то драйва. Но сейчас, перетаскивая из прихожей в гостиную тело неизвестного мне человека, я понимаю, что не так уж и плоха была моя жизнь. Слишком много стрессовых ситуаций за небольшой промежуток времени. Не по мне все это. А с другой стороны, не хватало… Прямо раздвоение личности какое-то.
— Что он от тебя хотел? — Диана присаживается и начинает профессионально обыскивать карманы, выкладывая содержимое на ковер. Первым появляется пистолет, потом телефон и так, по мелочи.
— Мы не успели поговорить по душам за чашкой чая. Я не предлагал, а он и не напрашивался. Наставил на меня пистолет и вот, — указываю рукой на стул.
— Ну так давай спросим? — смотрит на меня Диана снизу вверх. В ее выражении лица все: и азарт, и предвкушение, и волнение… столько всего намешано, что сразу и не разобрать на составляющие. Если бы не знал ее с детства, подумал бы, что практикующий маньяк.
Возвращает свое внимание гостю. У него рот заклеен скотчем, только глаза бегают с меня на нее.
— Эй, дружище, как дела? Головка бо-бо? — чуть надрывает скотч, чтобы он мог говорить.
— Сссс… — м-да, отрывание скотча от лица не самое приятное, сам только что на себе проверил. Но мне его не жалко! — Сууу-кааа, — тянет, шипя и злобно зыркая на Диану.
— Ты мне льстишь, — насмешливая улыбка расползается на ее лице. И чуть приложив силу, лупит его под ребра кулаком.
— Ууу… тварь, дай мне только до тебя добраться. Да я тебя порву на части, на куски порежу, — сыплет в ее адрес проклятиями.
— Страшно? — Диана поднимает лицо и спрашивает у меня. А я как-то растерялся… сразу и не соображу, какой ответ от меня она ждет. Поэтому неопределенно пожимаю плечами, даю ей самой определить для себя степень ее обеспокоенности ситуацией и словами в целом. — Мне нет. — И снова бьет его под ребро, только уже явно сильнее.
— Эээ… Кх-кх… — втягивает громко воздух, а потом закашливается. И начинает материться, только не по-нашему. — Ничего не скажу! Резать будешь, не скажу.
— А это вариант, — Диана поднимается на ноги и идет на кухню.
— Я бы на твоем месте рассказал, — наклоняюсь над ним и даю дружеский совет.
— Чё? Боишься ее? — скалится. — Как я вижу, у бабы-то яйца больше твоих.
Наверное, он прав, но слышать это не особо приятно от хрен пойми кого. Поэтому ничего лучше не придумываю, как пнуть его ногой по бедру.
Диана возвращается с кухни с огромным ножом для разделки мяса.
— Ты что, собралась кромсать его прямо на моем ковре? Это третий за квартал!
— А что ты предлагаешь? Перетащить его в ванную? Там мало места, — говорит задумчиво. — Лучше здесь!
— Стой! Тут не вариант. Помнишь, в прошлый раз кровь просочилась через ламинат и начала капать у соседа с люстры.
— А целлофан остался? Тот, который мы покупали на пикник, — Диана делает пальцами кавычки, намекая, что пикник был далек от общепринятого.
Конечно, я вру. А Диана подхватила. У нас так ладно выходит, что остановиться не можем. Это, как в детстве, когда одна лож цепляется за другую, превращаясь в поистине фантастическую историю.
— Эээ, вы чо задумали? — начинает нервничать клиент нашей «психбольницы». Наверное, мы правда больные. На одной волне. Она начинает, а я подхватываю. Мы — команда, сработанная годами.
— Да погоди ты! — махнув на него рукой, Диана наклоняется и залепляет ему снова рот, чтобы не вставлял свои комментарии. Нож из ее руки выскальзывает, думаю, что специально, и, прорезает его болоньевую куртку в районе плеча. — Оу, прости. Она все равно тебе больше не понадобится.
— Ну все, давай, — хлопая в ладоши, потираю руки. — Время-время, у меня много дел…
— С чего начать? — Диана задумчивым взглядом изучает мужика. — Рука?
— Раз ты сомневаешься, давай нож мне, — забираю оружие пытки и, наклонившись, замахиваюсь… но торможу у самой груди. — Кто послал? Говори!
— Уууу… — замычал чувак. Да так громко и активно, что аж глаза на лоб полезли.
— Милый, наверное, надо убрать скотч? Вот так…
— Щербаков! — выпаливает жертва, которая ею и не станет.
— Кто такой Щербаков? — хмурится Диана, ожидая от меня ответа.
— Профессор… Но зачем ему? — я совершенно теряю интерес к гостю и начинаю расхаживать по комнате, в поиске логичных предположений.
— Чем он занимается?
— Насколько я помню, его последние исследования касались микробиома человека. Точнее, изменений в составе микробиома, которые могут быть связаны с различными заболеваниями…
— А к заболеваниям приводят вирусы. Не мог твой Глеб передавать данные Щербакову?
— Нет! Ну, блин! Он профессор! Знаменитость! Зачем ему использовать результаты чужих исследований?
— Чтобы делать свои открытия на основе чужой работы. Знаешь, это экономит время. Эй, ты знаешь такого Глеба… — обращается она к притихшему мужику, слушающему наш разговор. — Как его фамилия? — спрашивает уже у меня.
— Глеб Викторович Стадник,
