Илега мягко улыбнулась и подалась вперёд, чтобы коснуться возлюбленного. Дабы просто дотянуться до коленки, пришлось всерьёз зависнуть над полом, рискуя в любую секунду шандарахнуться с кровати.
— Да не переживай ты так. Я знала, что ты рядом. Если бы ты даже не понял намёков по телефону, витра обо всё рассказала Гиацинт. А затем я ещё и сигнал тревоги подала. Неужели вы бы с Маллоем не смогли бы догнать этот сброд и размотать их? Даже у меня получилось грохнуть парочку! А мне-то куда до вас всех?
Последние слова девушка говорила неуверенно. Она увидела во взгляде Гало нечто, что заставило её сомневаться.
Они молчали пару секунд, а затем, наконец, молодой человек раскрыл карты.
— У них было прикрытие. Серьёзное. Сами-то бойцы — никчёмные. Наверное, за еду работали. Настоящий сброд, как ты и говорила. Но их прикрытие… оно рассеивало заклинания. Причём рассеивало покруче, чем аура Лешей. На меня-то это почти не оказывало влияния, с моим-то стилем боя, а вот снайперский посох Дарка для “экспулоужуну” оказался бесполезен.
Илега не знала, что ответить. Она открыла рот, но слова не находились.
Гало осторожно накрыл ручку девушки своей здоровенной шершавой ладонью.
— Поэтому я не хочу, чтобы ты в это лезла. Это у Брони Глашек инстинкт сохранения отсутствует наглухо: она ещё до становления Лешей имела привычку себя травмировать в попытках добраться до цели. Но она — некромаг. Более того — богиня. А ты — простая хрупкая девушка. Я не хочу, чтобы тебя, как твою госпожу, можно было бы отследить по следу из крови и кусочков твоего тела.
Васильковые очи горничной внимательно и проникновенно смотрели в строгие карие глаза громилы.
— Тогда пообещай мне, что когда в следующий раз ты мне понадобишься, ты будешь рядом.
Молодой человек некоторое время молчал. А затем он взял девушку за плечи и усадил обратно на кровать.
— Не заставляй меня выбирать. Ты же знаешь: у меня есть сюзерен.
— У меня тоже, — поджала губы Илега.
— Твой сюзерен — невеста моего, — вздохнул Гало. — Что-нибудь придумаем. Но что-то мне подсказывает, что лежащая в отключке Лешая не отдавала тебе приказа штурмовать школу.
— Отдавала! — с силой ударила горничная кулачками о матрац. — Просто его надо было услышать!
Громила ничего не ответил. Лишь смотрел девушке в глаза. И взор его был грустным.
Но спустя секунду дверь открылась и печальная, слегка тягучая атмосфера в панике забилась в щели за тумбами да шкафом.
— Ха! Милуетесь, голубки! — бодро и весело произнёс пафосный сероглазый блондин в вязанной шапочке, каким-то образом защищающей его голову от когтей сидящего там нахохлившегося совёнка. — Вас не учили в таких ситуациях двери запирать и вешать на ручку табличку с просьбой не беспокоить?
Гало замечание не смутило. Он вновь обратился в ту флегматичную гору мышц, какой его все привыкли видеть.
— Даров, Первый. Я тут пытался вправить мозги одной излишне бойкой девице.
Экстравагантный блондин аккуратно пригнулся, чтобы пройти в дверь, не ушатав своего птица об косяк, а затем выпрямился и задумчиво потёр подбородок.
— Ладно, дай я попробую: Лега, тебя что, Броня покусала?
— Да чего вас всех вдруг начала так волновать моя личная жизнь?! — возмущённо замахала руками горничная.
“Первый” осёкся, а вот его совёнок зашёлся бодрым уханьем, отчего-то уж больно похожим на смех. А уж учитывая, как птица нахохлилась, вжала голову в плечи и довольно зажмурилась, все сомнения отвалились как-то сами собой: пернатый откровенно ржал. Знать бы над кем: над Илегой или над хозяином.
Последний, кстати, быстро опомнился.
— Так, Букль, не прекратишь тут эти самодовольные звуки, я ка-а-а-ак подпрыгну!
Угроза подействовала. Птиц последний раз добродушно ухнул, издал нечто, похожее на фырканье, но, всё же, замолчал.
А вот его хозяин, напротив, вновь подал голос.
— Илега, тебе не стыдно? Я тут главный герой книги, а ты меня перед читателями дураком выставляешь, — произнёс он с укоризной.
И девушка тут же возмущённо надулась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что?! Нет! Хватит! У тебя только что была своя книга, Даркен! — она подняла руки и скрестила предплечья над головой. — Окстись! Ша! Горшочек, не вари!
Однако блондина яркая реакция девушки не особо волновала. Он с невозмутимым видом поднял указательный палец, задрал нос к потолку и прикрыл глаза.
— Мне эта книга не понравилась. Там хэппи энда не было. И вообще, я хочу йольский спэшл, а там история закончилась, так и не дотянув до праздника. Я хочу смешные шапки, ёлки, гирлянды, хлопушки и посиделки у камина под страшные истории.
— Да ты уже достал всех четвёртую стену ломать! — девушка схватила подушку и со злостью метнула её в “главного героя”, но тот, вместо того, чтобы законопослушно огрести мягким снарядом, уверенно его поймал одной рукой. — Людей это бесит!
— Люди меня любят! — некромаг с самым наглым видом подложил подушку под голову, точно бы не стоял средь комнаты, а лежал на кроватке или диване. — Я — клёвый!
— Какой ты клёвый?! У тебя даже гарема нет! — обвиняюще направила горничная перст на “номера один”.
— Это потому что я — ГАР. А все ГАРы — однолюбы. Гаремы — для тряпок, не способных сделать выбор. Настоящим мужикам гаремы не нужны!
— Ха! — девушка из положения “полулёжа” переместилась в позицию “стоя на коленях” и гордо упёрла руки в боки. — Но я-то не мужик! И у меня гарем есть! В нём богиня, мускулистый ГАР, который офигенно смотрится в облегающих футболках, и в ближайшее время в нём появится самая настоящая дриада с огромным манапулом! А вот чем ты сейчас занят? Небось бумажной работой, рутинной зачисткой гнёзд мутантов и вычислением ячеек террористов?
— Ну, это… — смутился Даркен.
— Ску-у-у-ука! — она подняла кулак. — Это будет йольский спешл про меня! Я тут главная героиня, и мне решать, какой станет книга! И в ней не будет разрушений четвёртой стены, русского рока и тупых отсылок на фильмы и игры, которых в Форгерии никогда и не существовало!
Собеседник широко открыл глаза в притворном ужасе.
— Да ты сумасшедшая! Такая книга просто обречена на провал!
Совёнок вновь начал тихо насмешливо ухать.
— Нет! — ударила кулачком в ладонь девушка. — У меня будет фансервис с лесбиянками!
— Но у тебя даже нет забавной зверушки! — Даркен уверенно ткнул большим пальцем в пернатую грудь Букля.
— Возьму на время книги витру твоей сестры! — уверенно кивнула горничная.
Блондин замолчал и недоверчиво прищурился. Его серые глаза внимательно изучали лицо Илеги.
— А я смотрю, у тебя всё схвачено, хитрая ты курва.
— Ха! — горделиво улыбнулась девушка. — Это было элементарно, мой дорогой Ватсон!
— Ага! — обвиняюще выставил перед собой палец Даркен. — Вот ты и попалась! Это была отсылка!
Горничная посмотрела на собеседника, как на идиота.
— Да… но это отсылка на отличный британский фильм, который в Форгерии существует.
Молодой человек нахмурился и перевёл взгляд на Гало.
— Существует?
Громила кивнул в знак подтверждения, а Илега фыркнула.
— Твой культурный уровень меня угнетает.
— Э-э-э-эй! — возмущённо протянул Дарк. — Это моя фраза!
Девушка снова фыркнула.
— Ничего подобного! Эту фразу любит один из врагов великого детектива пана Аджея, доктор Дуракл из мульта, который я ещё в детстве смотрела по воскресеньям утром! Так что, она является общественным достоянием.
Оппонент прищурился.
— А я вижу, ты — человек культуры. Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка. Отдам этот спешл тебе. Но с одним условием: ты приведёшь читателей на мою серию.
— Тут уж как получится, — развела руками Илега.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тем временем Гало распаковал салатик с мясом, сыром и огромным количеством майонеза, и теперь неспешно ковырял его пластиковой вилкой.
— Ладно, вы наговорились, стеноломатели мои ненаглядные? У нас есть, что обсудить важного.
— Угусь, — кивнула горничная. — Как там поживает Сирена?
