Девушка послушно прислушалась к ощущениям. Плечико холодило уже едва-едва. Если не думать об этом, можно и не заметить. Хотя, не факт, что тут холод был: возможно, это фантомное ощущение, возникшее в тот момент, когда Илега попыталась его “нащупать”.
А вот шею морозило не иллюзорно. Тоже слабей, чем мозг, а потому оно внимания и не привлекало.
— А так будет каждый раз после оживления? — уточнила девушка.
Гало усмехнулся.
— Ты ещё легко отделалась. Чем дольше ты лежишь без оживления, тем мощнее будет отходняк. А мы тебя сразу же подхватили. Даркен как-то рассказывал о том, как его из пальца восстанавливали: так там всё тело чужим ощущалось. А уж знала бы ты, сколько пришлось отсыпаться моей маме… Потому я и говорил “поспать”. Во сне и время летит быстрее, и процесс возвращения души в тело — шустрее.
Девушка кивнула.
— Знаю-знаю. Мне Жаки рассказывала: если долго не спать, душа сама от тела отслаиваться начинает. Но если не спать чуть-чуть, она всё равно липнет? У-у-у-у, как сложно-то! Особенно, когда мозга не чувствуешь! Ладно, пусть некромаги об этом думают — это их работа. А я буду гостеприимной и милой.
Громила подмигнул.
— У тебя это отлично получается.
— Тем более, что я решила сделать Сиренку своей lesis, — показала ему язык Илега.
Молодой человек медленно моргнул.
— Э-э-э… в смысле? То есть, я знаю, что такое lesis. И я знаю, что ты любишь “большие манапулы”, как у этой девочки. Но тебе не кажется, что ты как-то слишком быстро решила, что у вас будут любовь и асисяй?
Он остановился, чтобы приподнять стопку стройматериала, преграждавшую путь вперёд. Могучий Гало, казалось, даже не ощущал веса этого объёмного груза, однако смотреть за тем, как “ходят” его мышцы под облегающей тканью футболки во время процесса расчистки дороги было одно удовольствие.
Илега не сдержала улыбку. Она даже притормозила немного, чтобы полюбоваться, а затем, поймав взгляд жениха, кивнула и послушно поспешила вперёд, слегка пригибаясь.
— Я хорошо чувствую людей, не забыл? Лешую я раскусила всего за две встречи. И Сиренка — тоже хороший человек. Я тебе гарантирую: уже то, что она старалась обеспечить поменьше жертв и спрятаться в эвакуированном здании, многое о ней говорит. Плохие люди так не делают.
Громила аккуратно поставил стройматериалы на место и в несколько шагов догнал девушку, да обнял её собственническим жестом за талию. А Илега-то и не была против.
— Поражаюсь я таланту таких людей, как ты и Дарк. Я понимаю ещё Броня и Ёлко. Они старательно анализируют поступки, прикидывают мотивы, варианты. А вам ничего и не надо. Достаточно пары взглядов, и вот, вы уже знаете, кому можно безоговорочно доверять.
Горничная хихикнула.
— Значит, ты веришь в мой выбор?
Молодой человек задумчиво хмыкнул.
— В сам выбор — да. В то, что совершать выбор вообще — хорошая идея, уже не верю.
Илега хихикнула и бодро ткнула жениха острым локотком под рёбра.
— Ха! Когда у нас будет тройничок, ты заговоришь по-другому.
Гало кашлянул, будто бы лёгенького удара девушки было достаточно, чтобы выбить воздух из его могучих лёгких.
— Культура твоего предыдущего мира была очень странной.
— Тебе бы понравилась. Советую после смерти спопаданчичать в него. За такого мужчину, как ты, сотни widze волшебные палочки и посохи ломали бы.
— Знаешь, мне как-то уютней, когда всё вокруг ломаю я.
Илега бодро рассмеялась, изящным жестом прикрывая рот: одними только кончиками пальчиков.
— А вот мне, когда ты всё вокруг ломаешь, не уютно, а напротив: очень и очень жарко.
Она прильнула к мощному торсу жениха и посмотрела ему в глаза жадным взглядом снизу вверх.
Такие вещи до громилы традиционно доходили с заметной задержкой. Всё сказывалась его неопытность. Однако за последние месяцы Гало стал заметно более проницательным.
Вот и сейчас он вдруг остановился, хитро прищурился, а затем мягко коснулся волос невесты своими огромными пальцами.
— Знаешь, я решил, что переночую в храме. А то я сегодня ломал очень-очень много костей. Вдруг той магии, что сейчас плещется в тебе, окажется недостаточно, чтобы остудить тот жар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Заодно слегка вымотаешь меня, чтобы мне спалось слаще, — лукаво улыбнулась горничная. — Это ведь для моего же здоровья.
Гало демонстративно возмутился:
— Что значит “слегка”. Я тебе ни капли сил не оставлю. Спать будешь без задних ног. После оживления такое очень и очень полезно! А если не будешь спать — накажу.
— Когда мне угрожают, во мне просыпается инстинкт противоречия, — показала ему язык девушка.
— Ах ты, паршивка! — вскинул брови молодой человек. — Тогда тебя надо точно наказать.
— Ого! И как же?
— Не наказывая, — он отстранился от Илеги и спокойно зашагал дальше по коридору.
— Стоп, что? — она резко мотнула головой, а затем шустро застучала каблучками следом. — Хей! Не честно!
— В любви и на войне все средства хороши, — спокойно ответил он, извлекая из кармана упаковку цветастых драже. — Не ты ли сама любила эту присказку.
— Но не когда ты рушишь старательно создаваемое настроение интима, бака!
Девушка подставила сложенные лодочкой ладошки, куда Гало уверенным жестом высыпал добрых полпачки вкусняшек.
— Я смотрю, на тебя очень влияет близость к нашему ковену, раз ты используешь именно это слово, чтобы высказаться о моих умственных способностях, — вторая половина пачки отправилась прямиком в рот громиле.
Разом вся.
Илега же предпочитала кушать драже по одной.
— Ну, так ведь звучит заметно более миленько, чем “дурак” или “глупец”.
— Глупец! — повторил Гало и бодро рассмеялся.
Девушка рассмеялась вместе с ним. Действительно, звучало как в каком-нибудь историческом фильме. Особенно, когда исполнялось таким суровым басом, как у жениха горничной.
— А если серьёзно, — нахмурилась Илега, а затем закинул в рот ещё драже, — я тебя цельную неделю нормально не видела. То ты занят, то я.
— Дела, — он остановился у ведра, чтобы избавиться от шуршащей пустой обёртки из-под драже. — Ты же знаешь: Прага нуждается в нас. Да что там Прага? В нас вся Богемия нуждается. Миру нужны несокрушимый Гало и одна хитрая, но очень заботливая остроносая горничная при храме Лешей.
Тем временем русовласка догнала жениха и трогательно обхватила своей маленькой ладошкой его здоровущий указательный палец. Остаток вкусняшек она спрятала в кармашек.
— А знаешь, кому ещё нужны несокрушимый Гало и одна хитрая, но очень заботливая остроносая горничная?
Громила обернулся в сторону невесты. Он уже знал ответ. Ибо ответ сей был очевиден.
Но Илега всё равно улыбнулась и озвучила его.
— Друг другу. Друг другу, бака. Я очень, очень, очень сильно скучаю. Мне и правда одиноко. Я прижимаюсь по ночам к телу Брони, но она остаётся недвижима. А эта глупая змеюка Роя не хочет спать в обнимку и постоянно сбегает в дыру в животе хозяйки.
Гало тепло улыбнулся, мягко обнял девушку за плечо, а затем лёгким жестом прижал невесту к себе. Крепко-крепко-крепко.
Какой же он всё-таки сильный! Зачем ему вообще нужна магия? С такой-то мускулатурой он, наверное, может медведя побороть на кулаках! Но нет же! Учится! И учится хорошо! Опережая программу. Во время драки формулы какие-то свои в голове крутит, заклинания на себя и на врага накладывает.
Какая же у них тут, в Форгерии, сложная магия.
У-у-у-у! И как же тяжко без мозга?! Когда душа наконец к нему заново прилипнет?!
Илега обхватила молодого человека за талию. Благо, у неё это получалось: несмотря на некоторое количество жирка, у Гало всё ещё оставалась талия. И даже постоянные попытки схомячить что-нибудь калорийное этого не отменяли: жених в каждом бою сжигал очень много энергии за счёт постоянного движения и очень затратной магической школы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Затратной, но неподвластной мощи неведомой третьей дриады.
Да и вообще, весь этот жирок копился не поверх мышц, а где-то под ними. Поэтому обнимать Гало и прижиматься к нему щекой было жёстко.
