— У-у-у-у! — протянула капризно горничная. — Какой же ты твёрдый! Но уютный!
— Я же сказал, что останусь сегодня в храме, — заботливо пробасил он. — Я не шутил. Сейчас нет ни одной известной нам ячейки или гнезда мутантов. Толку ковену в такое время от прямолинейного меня? Там сейчас аналитики анализируют, политики политикуют, владельцы фабрик и заводов фабрикуют и заводят. А я не первое, не второе и не третье!
— У тебя есть ресторанчик, — хихикнула девушка.
— Кафешка, — поправил её молодой человек. — И она не совсем моя. Её открыл мой старший брат.
— Да-а-а, помню. Он годами крутил гиросы на дядю, чтобы обеспечить вашу многодетную семью и собрать тебе денег на образование. А затем, ты стал приносить много денег, и вот, он решил открыть своё дело.
— И дело это стало приносить прибы-ы-ыль, — в один голос произнесли они оба и негромко рассмеялись, а затем Гало продолжил. — Я настолько часто это рассказывал?
— Недостаточно часто, — прошептала Илега. — Я бы ещё послушала. Красивая история. Семья Ллорко очень трудолюбивая и дружная. И мне нравится, что всё у них сложилось хорошо. Этому миру не хватает таких историй.
— Благодаря тебе и этому храму их станет больше, — ласково пробасил громила. — Если бы в моё время такой храм открыли, мы бы тоже всей семьёй ходили бы в него кушать. Потерпи. Всего лет пять. Кто-нибудь из прихожан обязательно вырвется в люди.
— Мец Праведный уже вырвался, — ответила она. — А его сестрички стали камеристками дриады Вельзевулы.
— Вот видишь? — улыбнулся некромаг. — А ведь храму-то всего несколько месяцев. Я, кстати, рад за Меца. Настоящий мужик. Единственный в своей семье.
— Поэтому я с нетерпением жду, когда же Броня проснётся. Она дала шанс мне и Мецу, а Даркен — тебе. Их грядущая свадьба — лучшее, что случалось с Форгерией за последние… много лет. Очень много. Мне сейчас считать тяжело: я мозга не чувствую.
Гало не выдержал и откровенно рассмеялся.
— Ты такая забавная сразу после оживления!
— Рада, что тебя это умиляет, — проканючила девушка. — А вот мне нравится, когда ты щёчки надуваешь, запихивая себе в рот больше, чем можешь проглотить за раз.
Громила нелепо хрюкнул.
– “Щёчки”? Да как у тебя язык повернулся сказать такое, женщина?
— А что? — она хитро прищурилась. — Ты — миленький.
Некромаг закатил глаза.
– “Миленький”. Же-е-е-енщины. Я — машина смерти! Я — могущественный мегатериум! Я порвал на две части разверстого дракона! Я ломал конечности огромным мясным големам! Я ударом кулака могу убить человека безо всякой магии! А ты зовёшь меня “миленьким”?
— Угусь! — девушка надула щёчки. — А ещё ты очень миленько пускаешь слюнку на подушку, когда спишь без задних ног.
Гало аж подавился смехом.
— Ей-Семеро! “Миленько пускаешь слюнку”. Ты умудряешься найти милоту даже в этой мерзости!
— Это не мерзость!
— Мерзость!
— Не мерзость!
— Мерзость!
— Не мерзость! — в очередной раз пискнула Илега, а затем спешно добавила, изо всех сил жмурясь, чтобы Гало не успел в очередной раз её опровергнуть. — Это мило-мило-мило-миленько! Не спорь! Я в милоте понимаю!
— А я ещё смеялся над Дарком, когда он жаловался на Ёлко, обзывающую его милым, — хмыкнул молодой человек. — Ладно, пойдём уже. А то мне уже не хочется тебя отпускать.
— Так не отпускай. Взвали на плечо и унеси прочь.
— Нельзя, — некромаг нехотя отлепился от девушки. — Я ещё успею насладиться твоим обществом…
— И мной?
— …и тобой тоже, — он постоял секунду в нерешительности, а затем возобновил движение в сторону покоев Сирены. — А покамест ты нужна в другом месте. Тебя ждёт спасённая тобой девочка.
— Ну-у-у-у… не совсем мной, — закатила глаза Илега и зашагала следом. — Я, как бы, в этом вопросе провалилась. Не рассчитала время, пошла без прикрытия, а в итоге просто развалилась на асфальте с пробитой головой, мозгами наружу. У-у-у-у! Тяжко как без мозга!
Она вновь потёрла виски. На сей раз с нажимом. Старательно. Надеясь разогреть черепушку, чтобы как-нибудь побороть магический холод. Хотя, если честно, он казался не совсем холодом. Скорей, пустотой. Но вдруг тепло поможет почувствовать мозг, а?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Всё пройдёт, — спокойно сказал Гало. — И это тоже пройдёт.
— Поскорей бы, — ответила Илега. — Хотя, если об этом не думать… хе… хе-хе… не думать.
— Не принижай себя, — поморщился некромаг. — Ни себя, ни своих заслуг. Если бы не ты, мы могли бы и упустить дриаду. Я не говорю, что мы бы обязательно её упустили, но шанс был. Мы бы пытались анализировать большую территорию, из-за чего сброд Ганибала мог бы проскользнуть у нас меж пальцев. Или сброд Перловки… не суть.
— Ты прав! — вздёрнула девушка острый носик горделиво. — Я — молодчинка! Это ты — сволочь, что не послушал меня и не побежал искать, где я велела.
— Ну не начинай, а? — вздохнул Гало. — Я понимаю, что тебя это задевает, но у меня тоже есть долг. Долг перед сюзереном.
Горничная надула щёчки.
— Да не хотела я тебя упрекнуть ни в чём, бака. Просто хохмила. Извини, я не думала, что ты так это болезненно воспринимаешь. Больше не буду припоминать. Я всё понимаю: долг прежде всего. Тем более, перед человеком, который тебя из грязи вытащил и помог маму оживить.
— Но ты права. И я прав. Так бывает в этой жизни, когда оба правы, — серьёзно сказал громила. — Я попытаюсь найти тебе какую-нибудь толковую некромагичку в сопровождающие.
— Хей! У меня много толковых некромагичек! Жаки! Мама её! Броня, хоть она и спит! Вот, недавно Ёлко отметилась!
Молодой человек покачал головой.
— Это всё не то. Нужна некромагичка, которая будет за тобой следовать везде неотступно. Которая не будет дрыхнуть неделями. И которую ты не отошлёшь на охоту за мутантами. То есть, нужна некромагичка, которой буду приказывать я, а не ты.
Илега оскалилась в довольной улыбке.
— Гы! А я на тебя хорошо влияю! Вон, ты уже решил из послушного громилы и сам в сюзерены заделаться. Заведёшь себе постоянных подчинённых. И вот, вроде бы, тобой командуют те же люди, но ты всё равно стоишь выше в иерархии, чем раньше. Не просто верный громила Маллоя-младшего, а командир толковых некромагичек.
— Я и так командую, — не согласился он. — У меня в подчинении…
— …челядь вооружённая, ога! Это не считово! Нужно, чтобы некромагички были толковые! И чтобы с большим манапулом! Я хочу себе некромагичку с большим манапулом! Я люблю большие манапулы!
— Я уже заметил, — губы Гало слегка изогнулись в улыбке. — Постараюсь найти с большим манапулом. Но если не получится, уж не обессудь: сейчас каждый, способный худо-бедно плести заклинания на счету. Не думаю, что в УСиМ найдётся кто-то подходящий, но не занятый на других работах. Быть может, в малых ВУЗах?
Илега изогнула бровь.
— А это не опасно? Я имею в виду, обращаться за кадрами в малые ВУЗы? Выходцы оттуда не будут ведь верны Маллою, как потомку ректора. У них же там должен быть свой ректор, верно?
— Многие малые ВУЗы принесли клятву верности крупным ВУЗам. А кто не принёс им, скорей всего поклялся служить другим малым ВУЗам, которые уже служат крупным. Так что, если не через первые, то через вторые и третьи руки род Маллоев там имеет власть. А, значит, и я, как человек, имеющий право говорить от лица Даркена.
— У-у-у-у! — снова взвыла Илега, хватаясь за голову. — Как же тяжко жить без мозга! Вассально-сюзерениальные отношения такие сложные!
Гало тихонько усмехнулся.
— Ну ты же в прошлой жизни в феодальном мире годики разменивала. Неужто там всё проще?
— Так я там простолюдинкой была! С дворянством общалась, но, всё равно. Не настолько часто. И больше, как с клиентурой, волшебные палочки заказывающей. Не было у меня ни любовницы, ни любовника, ни жениха из высшего сословия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну, тогда привыкай. Ведь когда появится время, мы с тобой свадебку сыграем, и ты перестанешь быть “безродной челядью”, а будешь пани Ллорко: женой одного из могущественнейших некромагов Богемии.
