Ник нервно рассмеялся.
- Нет. Но думаю я смогу использовать это в моем следующем квесте в Подземелья и Драконы. Круто будет, а?
Ашерон покачал головой.
- Удачной охоты на драконов, парень. Не заблудись в лабиринте.
Когда Эш ушел, Ник пошел наверх, чтобы установить оперативную память на компьютер Кириана, его мысли крутились вокруг информации Эша. Следовало переварить многое, и он жалел, что у него нет базы знаний Ашерона. Каково иметь энциклопедию в голове?
«Проживи достаточно долго и тоже узнаешь».
Правда. Амброуз был в точности как Ашерон. Он знал все – прошлое, настоящее, будущее.
Когда Ник достиг пролета, то засомневался. Его словно ударило током. Как будто кто-то наблюдал за каждым его движением.
- Роза?
Она не ответила, значит это была не она.
- Кириан?
Снова без ответа.
Ник сделал шаг, затем остановился.
- Жнец?
У себя в голове он услышал зловещий хохот, который заставил его подпрыгнуть.
Ладно, самое страшное, что это даже близко не описывало то, что он почувствовал. По его крови побежал холод, и волоски на руках встали дыбом снова.
- Что ты такое? – выдохнул он.
- Смерть, - шепот был таким тихим, что он сначала подумал, что ему померещилось.
- Ну точно. Я близко знаком со Смертью, и ты точно не он, приятель.
- Он не единственный, и это не он пришел за тобой. Твоя жизнь скоро станет моей.
Вместо того, чтобы напугать, это разозлило его. Никто не угрожает Нику Готье.
- Я тебя не боюсь. Хочешь сразиться… давай.
Что-то ударило его лицом о стену. Сильно. Это нечто было так близко к нему, что царапало ему нос.
Не смотря на свою браваду, это напугало его до чертиков. Тяжело сражаться с чем-то, если его не видишь… Перескакивая через ступени, он побежал в тренажерный зал Кириана, вместо его офиса.
Ник захлопнул дверь, уперся в нее телом, помогая руками закрыть ее.
Кириан выглянул из-за боксерской груши, с приподнятой бровью. Он отошел от нее.
- Ты в порядке, парень?
Нет. Но он был слишком горд, чтобы признать это.
- Вопрос. В доме есть призраки?
Нахмурившись сильнее, Кириан покачал головой.
- Нет. Поверь мне. Прежде чем Темный Охотник переезжает на новое место, его тщательно проверяют на наличие любых приведений.
Еще одна вещь о которой не сказали Нику. Сколько они еще скрывают?
- Правда? Зачем?
- Мы создания без души. Те, у кого остались души и нет тел хотят поселиться в нас. И им это сделать не так уж сложно. Вот почему Темные Охотники не ходят на кладбища. Это слишком опасно для нас, и никто не хочет одержимого Темного Охотника на свободе.
От этого снова побежал холодок.
- Демоны могут овладеть Темными Охотниками?
- Нет. Они не одно и тоже, что человеческие приведения. Когда они используют свои силы на нас, они конфликтуют с нашими и бьют в ответ. Это мера защиты от Артемиды, чтобы живые Даймоны не смогли взять верх и контролировать нас.
- А… понятно.
Кириан снова начал наносить удары по тяжелой груше.
- Ты уже установил мне оперативную память?
- Нет еще. Я… э… пойду сделаю, - но Ник не хотел покидать безопасность присутствия Кириана.
К сожалению, у него не было выбора. Если только он не хотел выглядеть еще нелепее в глазах босса. И в добавок беспомощным младенцем.
Вздохнув, он заставил себя уйти и вернуться в холл, к офису Кириана. Оказавшись внутри, он запер дверь… На всякий случай. Затем передумал, решив, что Кириан посчитает этот поступок странным, если обнаружит, Ник открыл ее. И все еще он чувствовал, будто за ним наблюдают.
Что бы это ни было, но оно все еще здесь.
Злясь на себя за трусость, Ник достал системный блок Кириана. Он установил оперативную память, затем полез в карман и достал гримуар. Размером с карманный роман, он был подарком от Амброуза, помогающим его понять сумасшествие вокруг, и отвечающим на возникающие вопросы.
Так, Нашира, - сказал Ник низким голосом. - Поговори со мной. Что за фигня за мной наблюдает?
Он достал из кармана нож, открыл книгу, проколол себе палец, позволяя каплям крови падать на белые листы.
- Дреданья эйре каулет, - прошептал он, пробуждаю дух женского пола, проживающий внутри зачарованных страниц.
Когда он закончил говорить, кровь начала закручиваться, сформировав слова:
Не бойся тех, что увидеть не смог
Они застряли между миров
Но тот живой, что придет
Легко твою кровь прольет.
Ник фыркнул из-за непонятного текста.
- Не очень помогает, Нашира. Нет ответа на мой вопрос.
Кровь перебралась на следующую страницу.
Ответь, ответь, вечно требуешь
Но все не так, как ты веруешь
Со временем правду узреешь
И стих мой немедля оценишь.
Кроме того, появилась картинка непристойного жеста.
- Очень мило, Нашира. Очень мило. Где ты этому научилась?
В твоем кармане я сижу
На все личное смотрю
Ни вижу я даже больше чем это,
Я знаю рисунки кабины туалета.
Ник скривил лицо от отвращения.
- О господи, нет. Скажи мне, что ты не шпионишь за мной в туалете. Ты извращенка!
Остынь злобный паренек,
Утешать не мой конек.
Если хочешь спокойно один побыть
В рюкзак меня не забудь положить.
Теперь он понял, почему людей так раздражало его поведение. Он хотел придушить эту книгу, или сжечь. Где пожарный Бредберри[4], когда он так нужен?
- Спасибо, что успокоила, солнце. Ценю это, - Ник убрал гримуар в карман, и закончил установку оперативной памяти в компьютер Кириана.
Но пока он занимался этим, обдумывал слова Наширы. Не бойся тех, кого не можешь увидеть, они затерялись между миров. Что это значило?
Может это существо просто играло с его разумом?
Кириан сказал, что в доме не может быть приведений. И тогда появляются другие варианты. Не один из них не несет ничего хорошего его здоровью и разуму.
«Прекрати зацикливаться на этом. Ты в безопасности».
Стараясь игнорировать странное, неприятное ощущение в животе, Ник пошел к двери. Когда он дошел до середины комнаты, то услышал щелчок. Остановившись, он огляделся в поисках источника звука.
И почти сразу на него обрушилась огромная люстра над головой.
Глава 5
Ник отпрыгнул назад, едва избежав падения лампы. Но его нога запуталась в персидском ковре, и он упал, а та приземлилась перед ним. Осколки хрусталя и стекла покрывали его тело и волосы. Он едва успел отвернуться и защитить глаза.
Дверь распахнулась.
- Ник?
Оторвав руку, которой закрывал лицо, он открыл свои глаза и увидел потного Кириана, возвышающегося над ним, снимающего боксерские перчатки. Ник потряс головой, стряхивая хрусталь с волос.
