Она отъехала от тротуара.
- Уж мне не рассказывай… Ладно, раз уж мы должны тебя там высадить, не хочешь перекусить бейгнетс в Кафе Ду Монде?
Наверное впервые он отказывался от еды, но для сохранения рассудка он не мог позволить себе согласиться. Будет просто странно пойти туда с Кейси. Кроме того, бейгнетс не были подходящей для первого свидания едой, ведь из-за сахарной пудры, каждый кто ел их выглядел как неопрятный малыш. Он вовсе не хотел, чтобы она запомнила его таким. Сахарная пудра единственная вещь на земле, которая может заставить его рубашку выглядеть еще уродливее, чем она была.
- Мне нужно домой. Моя мама будет волноваться.
- Ты можешь позвонить и сказать ей, что мы задержимся.
- Она начнет выпытывать кто ты такая, и почему мы задерживаемся, а затем она обидится, что я сначала не познакомил ее с тобой.
- Твоя мама очень строгая, да?
- Ты себе даже не представляешь.
Управляя машиной, она расположила свою руку на его бедре. Ник едва не спрыгнул с сиденья машины, когда его накрыло волной адреналина. Особенно, когда она начала двигать свою маленькую, нежную ручку ближе к его «вход воспрещен» зоне.
Он перехватил ее руку, чтобы остановить пытку, прежде чем она достигнет клада.
Она нахмурилась.
- В чем дело? Стоун обожает, когда я так делаю с ним.
Ага, и он был бы не прочь. Но он не такой парень. Они едва друг друга знали. Она его еще даже ужином не угостила…
- Я не Стоун.
- Как будто я не знаю. Ты более сладкий.
Голова Ника кружилась.
«Это не по-настоящему. Меня, наверное, ударило люстрой,» - ага, похоже на правду. Он был в госпитале в коме, и эта выдуманная реальность была вызвана… слишком большим количеством печенья, или чем-то еще.
Но затем он вспомнил, что сказал ему Амброуз.
«Получить девчонку для тебя не будет проблемой… Кейси будет хорошей девушкой для тебя в старших классах, и вы еще долго будете друзьями после этого».
Может, так их отношения и начались.
«Ага, а может я в коме или где еще».
С трудом сглотнув, он наблюдал как развивались ее волосы, пока она ехала сквозь поток машин. Было слегка прохладно ехать с открытым верхом, но Кейси, казалось не возражала. Она итак раскалила обстановку до максимума.
- Тебе надо расслабиться, Ник, - она погладила его бедро рукой. – И перестать быть таким строгим к себе.
- Я не строгий к себе.
- Да. Знаешь, что ты отличный парень? Ты заслужил многое.
- У меня есть многое, - по крайней мере сейчас. В прошлом не очень.
- Пускай это у тебя есть, но ты ведешь себя так, словно ждешь, что кто-то все отнимет у тебя. Будто ты не заслуживаешь ничего кроме отходов со столов и оскорблений.
Это так очевидно? А он всегда считал, что сохраняет каменное лицо. Конечно не такое хорошее как Эш… Но он не собирался соглашаться с этим перед Кейси.
- Я так не делаю.
- Нет, делаешь. Вот, например вчера на тренировке… Тренер назначил тебе первым номером, и ты выглядел совершенно ошеломленным. Будто не верил в это. И когда ты выполнял беговые упражнения даже не смотря на шлем на твоей голове, было видно, что ты ждешь, что тот изменит и посадит тебя на скамью. Ты со всем так делаешь.
Он открыл рот, чтобы поспорить, но затем понял, насколько права она была. Он жил, опустив голову. Многие годы горькой бедности, люди, воротящие нос от него, оставили шрамы на его душе. Половина школы считала, что он обманом попал туда.
Половина?
Девяносто процентов или больше. Даже члены его команды комментировали, что он вернулся туда только потому, что они потеряли многих в истории с зомби Мадуга. Это бы не ранило так сильно, если б тренер Девюс не сказал, что ему все равно играет он или нет, ему нужен был кто-то в форме, чтобы заполнить реестр. Так что в итоге, эти товарищи по команде были правы.
По этим причинам, когда он пытался завести хоть маленький кусочек эго, выползало что-то, что обижало его перед всеми и закидывало его эго на ближайшую скалу. Так что он сдался от попыток почувствовать хоть какое-то самоуважение. Ага, защищаясь он старался быть высокомерным. Но внутри себя знал правду. Он считал себя еще большим лузером, чем весь мир.
Она сжала его ногу.
- Ты Феррари, Ник. Пришло время это осознать.
Он нахмурился.
- Я может и Феррари, но у меня четыре спущенных колеса, - и проржавевший двигатель, и нет дверей.
- Вот видишь… опять ты принижаешь себя. Почему ты всегда так делаешь?
Прежде чем он успел остановиться, правда полилась из него.
- Легче переносить оскорбления других людей, если бы я был лучше их. Невозможно сохранять иллюзию величия, когда столько людей в мире только и ждут, чтобы скинуть тебя в канаву, если ты пытаешься сохранить чувство собственного достоинства. Тогда зачем мне пытаться?
- Ну и что? – отрезала она. – Забей на них! Они бы не нападали на тебя, если бы не были жалкими. Этим они лишь подтверждают, что они низкие создания, завидующие тебе. Хорошим, умным людям не требуется опускать кого-то, чтобы почувствовать свое превосходство или почувствовать себя хорошо. Только крупные лузеры так поступают. И ты Ник, не смотря на твое противоположное мнение, не лузер.
Забавно, но когда она это сказала, он почти поверил.
- Мы молоды, Ник. Сейчас наше время, и нам не вернуться в этот момент жизни. Тебе нужно прожить его по полной. Хватай яблоко и откуси от него большой кусок.
- Да, но для Адама это кончилось не очень хорошо.
Рассмеявшись, она убрала руку на переключатель скорости.
- Ты назвал меня змеей?
- Нет, просто указываю, что иногда хорошо быть осторожным.
Она высунула язык и издала смешной звук.
- Смотри. Я хочу, чтобы ты ради меня кое-что запомнил… Digmus sum.
- Диг… чего?
Она покачала головой.
- Это латынь и означает «я стою многого», я хочу, чтобы ты произносил это, пока не поверишь.
Ник нахмурился.
- Я не знаю…
- Я серьезно, Ник. Повторяй, пока это не станет твоей молитвой.
- Хорошо, но я все еще ошеломлен тем, что ты знаешь латынь.
Она раздраженно усмехнулась.
- Я не такая пустоголовая, как ты думаешь.
- Я никогда не говорил, что ты пустоголовая.
- Твой взгляд сказал.
Его захлестнуло чувство вины. Но если честно, он никогда не считал ее глупой. Не считая одной вещи, которой он никак не мог понять.
- Нет, я больше сбит с толку тем, что ты встречаешься с таким придурком, как Стоун. И почему ты терпишь его все время.
Пожав плечами, она крутанула руль и переключилась на нижнюю передачу.
- Жизнь – это одиночество. Иногда ты просто хочешь хоть с кем-то быть, даже если он и не лучший вариант для тебя. Лучше он, чем никто.
