Что-то вы долго, господин Кривой, я уже переживать начал. - спокойным тоном сказал я.
Кривой поиграл желваками:
- Твоё счастье, что я не могу тебя грохнуть прямо сейчас.
- А что ж мешает? - я приподнял брови. - Хозяин плетей всыпет?
Кривой сжал огромные кулачищи и покраснел от ярости. По проступившим венам на его лысой голове можно было анатомию изучать.
- Ты, мальчик, я смотрю, слишком в себя поверил. - прорычал он.
Я пожал плечами:
- С этим у меня никогда проблем не было.
- Где завещание, падла?
Так, ну это уже перебор.
Я наклонился ближе к нему:
- Ты так со своими дружками общаться будешь, понял?
Кривой просто кипел от злости. Казалось, он вот-вот взорвётся. Я наполнил каналы магией и на всякий случай взялся за рукоятку пистолета, затем продолжил:
- А теперь, когда ты понял, что я сюсюкаться с тобой не собираюсь, слушай сюда внимательно. Завещание вы не получите. Точка.
- Да ты… - Кривой привстал со стула.
- Рот закрой и слушай дальше. Лучшее, что ты можешь сделать — организовать мне встречу с Кормушкиным, а дальше мы сами разберёмся.
- Ты не охренел?
- Ещё раз повторяю, на этот раз последний. Пасть свою прихлопни. И либо я встречаюсь с Кормушкиным напрямую, либо ищите дальше. А каждый, кто ко мне сунется — отправится вслед за друзьями. А куда – за решётку или на кладбище – тут как повезёт. И да, дам подсказку. Если ещё не искали у меня дома, то и не ищите. Я не такой дурак, как вы думаете.
Я посмотрел ему в глаза и считал эмоции.
Одна сплошная концентрированная злость, с которой он активно пытался справиться.
Я встал из-за стола.
- Завтра в семь я буду ждать его в ресторане около речного вокзала. Если не придёт, пусть потом не удивляется. Я дальше буду действовать по-плохому.
Я похлопал застывшего Кривого по плечу и пошёл к выходу. Охранник, который всё это время наблюдал за нами издалека, попытался преградить мне путь, но Кривой дал ему знак рукой, и тот отошёл в сторону.
Выйдя на улицу, я вдохнул прохладный ночной воздух. Ну вот теперь и домой ехать можно. Вряд ли они ко мне сунутся. Кривой хоть и быдло редкостное, но голова вроде варит, иначе кинулся бы на меня ещё там. Значит, если у меня дома и была засада, то её сейчас снимут.
Я вызвал такси и поехал домой.
***
Утром меня разбудил телефонный звонок. Номер на экране был не знаком, и это заставило поднапрячься.
Я снял трубку:
- Слушаю.
- Д-доброе утро. - дрожащим извиняющимся голосом поприветствовали меня оттуда. - Извиняюсь за беспокойство, если неудобно могу перезвонить позже.
Я зевнул.
- Говорите уже.
- Вас б-беспокоит барон Землянский. Вас очень рекомендовал Константин Георгиевич, он сказал, что вы можете помочь с моей проблемой.
Я улыбнулся. Сарафанное радио начинало работать.
- Могу.
В трубке наступила тишина, затем Землянский очень тихо спросил:
- Вы уже всё знаете?
- Нет, всего я знать не могу, это невозможно. А если вы насчёт своей проблемы — то откуда мне знать?
- Ну вы же сказали можете помочь.
- И не отказываюсь от своих слов.
- А как вы можете помочь, не зная проблемы?
Я прикрыл глаза рукой и шумно выдохнул.
- Давайте так, - сказал я, немного помолчав. - Мы с вами встретимся. Вы мне расскажете проблему, а я помогу с её решением.
Забавный персонаж.
- Давайте! - радостно согласился он. - Когда вам удобно?
Я посмотрел на часы. Десять утра. До встречи с Кормушкиным девять часов.
- В принципе сегодня могу заехать. После двенадцати.
Землянский обрадовался ещё сильнее:
- Просто замечательно! В полдень буду ждать вас у себя в конторе! Адрес сейчас сообщением пришлю.
- Хорошо, договорились.
- Спасибо вам большое, Николай, я очень буду ждать.
- Не за что пока.
Я повесил трубку. У меня было ещё два часа, так что я не спеша приняв душ, собрался и поехал в город. Позавтракав в кофейне, я пошёл пешком до офиса Землянского. От кофейни до него минут пятнадцать ходьбы. Погода была прекрасная, солнце светило вовсю. Тепло, хорошо — всё как я люблю.
Макса из игры я вывел, это успокаивало. Конечно, его семья тоже очень влиятельная, но мало ли что взбредёт в голову Быкову. Такие люди в основном непредсказуемые.
Парень он хороший, пусть живёт спокойной жизнью.
С Кормушкиным разговор я планировал короткий. О чём тут особо разговаривать? Он хотел заполучить жирный кусочек, но я уже ясно дал понять, что отдавать его не намерен. Вопрос решу по справедливости. Согласится – верну деньги, мне чужого не надо. Не согласится – значит, будем по-плохому. Секретов у такого человека должно быть полно, а если я задамся целью, докопаюсь до любой информации. И тогда его даже связи не спасут.
***
Когда Землянский назвал свой офис конторой, я думал, что он просто привык так выражаться.
На самом деле его помещение назвать офисом и правда язык не поворачивался. Кривые стены, наполовину побелённые, наполовину покрашенные бледной бежевой краской, дешёвый линолеум на полу. На грязных подоконниках стояли полудохлые цветы, которые явно забывали поливать. В кабинете за видавшим виды столом сидел сухой мужичок лет сорока пяти. В каждом его движении была суета. Рукой он то приглаживал взъерошенные волосы, то поправлял очки в роговой оправе. А между этими занятиями теребил подбородок.
В общем, если бы суета была живым существом, он бы выглядела именно так.
При виде меня Землянский вскочил, подбежал к двери и долго тряс меня за руку.
- Как я рад, что вы пришли! Константин Георгиевич так вас хвалил, так хвалил! Я сразу подумал, что если мне кто и может помочь — то только вы!
У меня от приторности аж язык свело.
- Я рад, что вы заочно мне уже доверяете. Это очень поможет делу.
- Доверяю! Безоговорочно доверяю! Вы профессионал, я готов внимать каждому слову!
Да что ж такое, ещё немного и он целоваться полезет.
Я указал на стул:
- Позвольте я присяду, и мы перейдём к делу.
Землянский бросился вперёд меня и начал стряхивать со стула пыль:
- Конечно, присаживайтесь!
Стул печально скрипнул подо мной.
Землянский практически бегом вернулся за свой стол.
- Может чай или кофе? - он снова вскочил из-за
