знают о вашем прибытии».
(Тимур) послал в разведку есаула Хумари, который двинулся в путь и привел несколько пленников, от которых узнали верные известия о враге. Когда он прибыл к берегам реки Семур, Мухаммед-Султан тоже взял двух пленников и привел их. Они ему сказали: «Между вами и нашей армией остается лишь небольшое расстояние».
Прошло уже семь месяцев с тех пор, как он был в пути, когда он прибыл в местечко, где мусульмане вовсе не обязаны были молиться перед сном, так как творили молитву вечером, и где вечерние сумерки зарю не скрывают полностью. Тимур приказал своим войскам выкопать укрепления вокруг их лагеря, повсюду, где они будут останавливаться, бодрствовать в течение ночи и каждую ночь отправлять дозор в числе 30 000 человек на расстояние одного фарсаха до восхода солнца.
Он послал в разведку Сунджик Бахадура и Аргуншаха, которые поздно вернулись. Он послал отряд Мубешшир Бахадура, который не должен был входить в лес пока не удостоверится в правильности полученных вестей. Он наткнулся на вражеский отряд, с которым ввязался в бой, и взял 40 пленников, которых привел с собой. Они сообщили: «нас послали к аванпостам, однако мы их не обнаружили». (Тимур) отправил эмира Айку-Тимура, который заметил вражеский отряд на вершине холма. Он незаметно поднялся на холм и увидел в низине тридцать рядов вражеских полков. Сражение началось против воли Айку-Тимура, который приказал своим приближенным отступить. Враг неистово атаковал его и, сражаясь, не позволил ему отступить. Они пришли в соприкосновение и эмир Айку-Тимур, который был дважды выбит из седла, желал снова вскочить в седло, но у него не было возможности и ему отсекли голову. Эта смерть была очень чувствительной для эмира Тимура, который, потеряв всякое терпение, двинулся к полю битвы.
Вражеский корпус был составлен из лучших элитных войск и в его тридцати рядах находилось до десяти тысяч человек, соперничавшихся в отваге. Эмир Хамид был первым, кто проявил свою смелость, неоднократно устремляясь на врага и каждый раз отрубая головы нескольким военачальникам на глазах великого эмира (Тимура), к которому он привел трех прославленных воинов, взятых в плен. Эмир Шах-Мелик и Баязид шести палый также проявили себя в этом сражении. Августейший монарх вернулся в лагерь, засвидетельствовал свое расположение всем тем, кто проявил себя, даруя им титул тархана и, приказывая, чтобы позволяли им ходить и поселяться, где захочется, чтобы никто не подвергал их допросу за проступки, и чтобы эта привилегия передавалась их потомкам. Эта щедрость возбудила соревнование в войсках.
Что касается эмира Айку-Тимура, который был одним из самых отличившихся эмиров и который занимал важный пост и высшую должность, то его место было доверено эмиру Шах-Мелику с большой печатью, которой он запечатывал императорские указы. Мирза Омар-шейх получил затем приказ во главе избранного корпуса в 20 000 человек опередить и достичь вражеский кошун. Кроме того, он приказал эмиру Севенджику, Султан-Санджару, эмиру Осману и Хасану Джандару сопровождать принца с войсками, которыми они командовали. Все они двинулись в путь и опередили армию.
Началось сражение, такое ожесточенное, что невозможно его описать. Эта весть дошла до монарха и в понедельник 15-го раджаба 793 года армия была построена в семь линий в лагере у Кундурче. Первый корпус был поставлен под приказы Султан-Махмуд-хана и тумен эмира Сулейман-шаха, о котором шла речь раньше. Второй был доверен принцу Мухаммед-Султану и Шейх-Тимур-Бахадуру. Затем располагался корпус принца мирзы Мираншаха, к которому монарх испытывал наибольшее доверие; он присоединил к нему тумен эмира Джехан-шаха Джаку, а сам встал во главе четвертого корпуса, чтобы молиться там о помощи Всевышнего и его милости, согласно обычаю и принятых в подобных случаях правилах. После себя он поместил Мухаммед-Султана, позади которого расположился опытный воин, эмир Хаджи Сейф-ад-дин, за ними следовали Худадад- Хусейни, Берди-бик и Сарбуга. Командование всеми корпусами, находившимися справа и слева досталось другим второстепенным эмирам, и эти различные корпуса были связаны между собой как звенья одной цепочки.
(Стих.) Именно эти воины проявили свою отвагу, дав доказательство мужества в сражениях и побеждая своих противников. Любимые дети победы, они покоряли империи и опрокидывали вражеский центр. Они подставляли под меч свою широкую грудь, подобно большому щиту и все были закованы в железо как лезвие сабли.
Император оказал честь мирзе Омар-шейху остаться с ним в центре до того, как, наконец, увидел огромную армию Туктамыша, которая затмила горизонт, насколько хватает взгляд. Он выстроил свой центр и фланги, и эмиры, как и принцы крови Джучи, вынули свои мечи из ножен, блистая отвагой: пустыня и степь были затоплены ими.
(Стих.) Армия двинулась. Отряд за отрядом, подобная гневному морю, посылающему свои волны.
При виде этой военной машины и этой восхитительной массы мир померк в глазах монарха, который покорился воле провидения и сказал: «невозможно выйти целым и невредимым из этой смертоносной пучины; и если даже один из нас сумеет вырваться из нее, где сможет он найти убежище в этой пустыне, протяженность которой семь месяцев».
Он приказал своим войскам разбить палатки, Туктамыш, со своей стороны, видя их лагерь и шатры, был охвачен ужасом. Его армия, которая вдвое превосходила армию монарха, вступила в бой.
(Стих.) Великий Бог! Какой это ужасный день! Небеса дрожат при виде этого кровавого сражения, они потрясены, а земля отчаянно стонала. Пламя меча делало совсем пылающей атмосферу поля битвы; жар сражения побуждал закипать недра земли. Малодушные люди, боящиеся смерти, и храбрецы, желающие обессмертить свое имя, скрылись как мыши и как хитрые змеи.
Хаджи Сейф-ад-дин был первым, кто бросился на врага и опрокинул левый фланг врага. Отряд вражеской армии пожелал занять позиции позади его и преуспел в прорыве линии его корпуса; Джехан-шах заметил это и решил воспрепятствовать. Подошел черед мирзы Миран-шаха, который двинулся со своими внушительными войсками, подобно горе, и обращал в бегство всякого, кто оказывался перед ним.
(Стих.) Первым же ударом этот прославленный принц пал в бою с отрядом всадников.
Осман-Бахадур тоже двинулся со своей стороны и завязал бой с тремя другими полками, которых обратил в бегство. Шейх-Али-Бахадур, видя своих братьев по оружию блистающими на своем поприще, также отличился мужеством. Мирза Мухаммед-Султан опередил главный боевой корпус и прорвал вражеский центр.
Мирза Омар-шейх, этот доблестный лев, рассеял на части левый фланг врага с позволения своего отца. Худадад-Хусейни и Берди-бик опрокинули авангард правого фланга.
Туктамыш-хан, прежде
