всего, атаковал мирзу Омар-шейха и развернулся за ним. Он покинул его, чтобы броситься на Шейх-Тимур-Бахадура и на войска Сулгуза[78]. Он прошел сквозь всех и построил свои боевые порядки позади армии. Было заметно, что правый и левый фланги были отрезаны, а авангард оказался впереди.
Сахиб-кыран был удивлен этим. Он занимался преследованием беглецов вражеской армии, когда таваджи Джекке сообщил ему: «Эй, августейший монарх, враг обошел нас и занял позицию за нами». Это положение очень огорчило эмира, который внезапно развернул ряды своей армии и устремился, подобно нежданному бедствию, на Туктамыш-хана. Туктамыш, видя это, почувствовал себя не в состоянии сопротивляться уверенно, схватился отчаянно за голову и преисполненный ужаса обратился в бегство.
Все эти нечестивцы побежали так же, как и он. Богатство и трофеев было столько, что армия была не в состоянии их сохранить и перевозить. Принцы собрались, он возблагодарил их и выделил одного человека из каждого десятка, чтобы преследовать врага. Эти доблестные воины омочили меч мести в гневном яде и взяли в свои руки лук отваги. Они нахмурили брови, угрожающе дыша и пришпорили своих быстрых, как ветер, и массивных, как горы, коней.
Они превратили в спасительные капли пыль этой пустыни, ступая по ней копытами своих коней, и преследовали этих несчастных, последний час которых пробил, до Атиля. Те, имея перед собой море, а за собой вражеский меч, сумели спастись лишь в небольшом числе, а остальные погибли. Действительно, из людей Туктамыша в живых остались лишь Тимур-Кутлуг, Идику-Бахадур и Кундже-Оглан. Последний, сохраняя верность своим обязательствам, вернулся со своим племенем, тогда как Тимур-Кутлуг и Идику покинули степь во главе своих племен.
В руки победителя попало такое множество тюрков Тукмака, что поэт говорит по этому случаю:
«Если мы вспомним наши дни, то вскоре увидим в нашей власти тюрка Тукмака».
Было захвачено в плен такое большое количество наложниц, подобных хуриям[79], и прекрасных молодых юношей, подобных светилам, что все были изумлены. Они возвращались в несравненный город Самарканд счастливыми и довольными, испытывая радость в сердцах и улыбку на устах.
5. Мухаммед ибн Мухаммед Адрианопольски. Отрывок из «Нухбэт ал-таварих вал хабар» — «Квинтэссенция из хроник и анналов»[80]
Он, дав сражение Туктамышу, хану степи, победил его. Он снова двинулся против этого султана в 793 году во главе армии, такой многочисленной, как муравейник, и двигался в течение шести месяцев по пустыне.
Он победил в большой битве бесчисленную армию Туктамыш-хана на берегу Итиля, истребив более ста тысяч человек.
6. Эмир Абу Мухаммед Мустафа ибн Хасан.Отрывок из «Китаб тухфат ал-адиб ва хадият ал-ариб» — «Подарок ученого и подарок образованного человека»[81]
Упоминание о татарских правителях в степи Кыфчак.
В 792 году эмир Идику аль-Узбеки, глава племени ногаев, испытал притеснения со стороны Туктамыш-хана. Это был один из главных эмиров левого крыла и один из знатнейших лиц государства, который имел большой кредит доверия в Туктамышском государстве, когда он держал совет и высказывал свое мнение. Он скрылся от своего господина и прибыл к Тимуру, целуя перед ним землю и выражая ему свое расположение и вдохновляя желание идти в страну Туктамыша.
Он ему говорил: «Ты ищешь далекие страны, несмотря на опасности и усталости, которые ты там преодолеваешь. Тогда как наиболее легкое завоевание находится перед твоими глазами и может быть приобретено с наименьшей трудностью. Не медли больше и двигайся с решимостью, ибо я послужу тебе проводником. Никакая крепость не будет препятствовать твоему движению, и никакая армия не будет стремиться тебя отразить. Там лишь трусы, грубияны и пожива, которые ходят на своих ногах».
Он не переставал говорить об этом Тимуру, докучать ему и обманывать его, до тех пор, пока тот не начал готовиться в путь со всей своей военной мощью, чтобы завладеть Дешти-Берке. Он покинул Ташкент с многочисленной армией, числа которой не счесть, в течение месяца сафара 793 года в сопровождении Тимур-Кутлуг-Оглана, сына Тимур-Мелик-хана, Кундже-Оглана и эмира Идику. Они находились в числе врагов Туктамыша, повелителя Дешта. Он двигался вперед в течение месяца до тех пор, пока не встретил Туктамыш-хана на наиболее удаленных границах северных районов, в провинции булгар. Он завязал между двумя армиями сражение, не имеющее аналогов в истории, которое продолжалось почти три дня. Наконец, пыль сражения рассеялась, после поражения войск Туктамыш-хана, который обратился в бегство, и был неистово преследуем, армия Тимура рассеялась по провинциям Дешта и завоевала все то, что говорило и молчало, и все то, что кому-то принадлежало.
Тимур ранее послал к вассалам армии Туктамыша эмиссаров, поручив им побудить их к предательству в день сражения, и он дал им обещание в случае, если они согласятся на это. Дело между ними было обговорено, и в день, когда обе армии сошлись рука об руку, они отступили с большим числом своих приближенных, последовав за всеми мятежниками и всеми теми, кто дал себя подкупить. Это было племя Актау. Это предательство создало пустоту в войсках Туктамыша, и цепь их боевого порядка была прорвана.
Упоминание о царствовании Тимура и его детей после него.
В (7)92 году Тимур вернулся в Дешт во главе многочисленной армии. Затем пришел (7)93 год, в котором он не переставал идти до тех пор, пока не достиг Азака в течение четырех месяцев. Затем он продвигался по степям в течение двух месяцев, перешел реки Самур и Тик, являющиеся одними из самых крупных рек мира. И, наконец, достиг самых северных границ, места, где жители не совершали молитвы на ночь. Это провинция булгар. Тимур настиг там Туктамыш-хана, повелителя Дешта, и они сразились в большой битве, где погибло много людей. Тимур одержал победу, а Туктамыш-хан спасся бегством в отдаленные края своих территорий. Тимур вернулся в Самарканд.
В (7)97 году Тимур узнал, что Туктамыш-хан, повелитель Дешти-Кыфджак, вернулся в Сарай. Он начал снова его преследовать, и сражался с ним до тех пор, пока не захватил его власть. Он же спасся бегством в Булгар. Тимур вторгся в его страну и продвигался вплоть до территории русских, черкесов, маджаров и Азака, где он снова учинил резню, рабство и пленение, грабеж и опустошение.
Именно в это время нация мадьяров эмигрировала в западные районы и обустроилась в окресностях Туна[82], где она построила множество сильных укреплений, самым значительным из которых был Бидж (Пешт. — И.М.)[83]. Это наиболее примечательные
