я замужем… что ж, теперь все это снято с повестки дня. Я никогда не смогу быть с Данте, пока замужем за Лукой Витале.
Я подхожу к холодильнику и открываю его, изучая содержимое.
— Как насчет того, чтобы я приготовила нам обед? — Предлагаю я.
Он смотрит на меня несколько секунд, и я вижу в его глазах тоску, которой там быть не должно.
— Конечно, — наконец говорит он, прежде чем вернуться к мытью пола.
Глава 16
Лука
Позже в тот же день Бенито приходит мне с видеозаписью на своем телефоне, где Верона и Данте вместе на кухне. Когда я вижу, как она подходит к нему и обнимает его, я так зол, что даже не могу говорить.
— Ты думаешь, между ними что-то происходит? — Спрашивает Бенито.
Я внимательно наблюдаю, как Верона отстраняется от Данте и пытается разыграть все это, выглядя взволнованной.
— Не с ее стороны. Но с его… — Я изучаю несчастное выражение его лица, когда она уходит от него. — Он влюблен в нее. Я знал это с первого дня. Черт возьми, я знал это, когда мы все были детьми.
Данте, должно быть, никогда не позволяли проявлять свои чувства в доме Моретти. Ее отец, вероятно, насадил бы его голову на кол.
Но здесь он почувствовал себя в большей безопасности. Но если он думает, что я позволю ему попытаться украсть у меня жену в моем собственном чертовом доме, то он сильно заблуждается.
— Не спускай с них глаз, — инструктирую я Бенито.
Он кивает в знак согласия.
— Я не доверяю Данте.
— Я тоже. — Я смотрю на крошечный экран, наблюдая, как моя жена хлопочет по кухне, готовя им двоим обед, будто это они поженились. — До того, как мы начали воевать, Моретти и Витале вели деловые отношения вместе. Можно даже сказать, что они были партнерами, хотя, вероятно, больше по удобству, чем по выбору. Родители Данте были предателями по отношению к двум семьям, и поэтому их убили за дерзость. По какой-то долбаной причине Моретти приняли Данте, воспитали его как одного из своих.
— Ты думаешь, он питает какую-то неприязнь к семьям? — Спрашивает Бенито.
— А ты бы не стал?
Бенито секунду обдумывает это, прежде чем кивнуть.
— Я бы не смог успокоиться, пока они все не пострадали.
— Вот почему мы никогда не сможем ему доверять. Даже если он был ребенком, когда все это произошло, я не верю, что его жажда мести когда-нибудь полностью пройдет. Возможно, он планирует попытаться отобрать у меня Верону в качестве части своей мести. Только через мой гребаный труп.
— Ему нельзя доверять.
— Да.
Бенито уже на полпути к двери, когда я окликаю его: — Спасибо за информацию.
— Конечно, — говорит он, прежде чем покинуть мой кабинет.
Бенито пристально следит за моей женой. Это хорошо, потому что прямо сейчас я едва могу выносить ее вид. Она дочь моего врага, следовательно, она и мой враг тоже. Я никогда не полюблю ее. Может быть, однажды я смогу терпеть ее присутствие, но это сомнительно. Все, что я чувствую к своей жене, — это ненависть. У меня нет ни малейших сомнений в том, что ее семья несет ответственность за убийство моей матери. И поэтому я никогда не смогу простить их преступления.
Открывая свой ноутбук, я смотрю записи с камер наблюдения по всему дому и снаружи. Я пролистываю видео, пока не нахожу Верону. Она в библиотеке, читает. Ее длинные ноги перекинуты через подлокотник кресла, когда она расслабляется с книгой в руках.
Мой взгляд скользит по ее ногам, и я не могу не думать об этом утре, когда она стояла в моем кабинете, наклонившись, пока я шлепал ее, как непослушную маленькую девочку.
Я закрываю глаза и все еще отчетливо помню, как у нее стало влажно между ног. Черт, это было так горячо, и мой член подпрыгивает при воспоминании.
Рыча, я открываю глаза и пытаюсь вытрясти грязные мысли из головы. Мне не нужно фантазировать о Вероне. Нет, что мне действительно нужно, так это гребаная разрядка.
Схватив телефон со стола, я ввожу свой пароль, а затем нахожу номер. Меня соединяют после двух гудков.
— Витале, в чем дело? — Спрашивает Марко на другом конце провода.
— VIP, завтра вечером, — прошу я. Стрип-клуб Marco настолько шикарен, насколько может быть заведение такого типа. Я часто посещал его мероприятия со своей командой, и Марко и девушки всегда заботились о нас.
— Да, да, конечно. Я позабочусь о соответствующих условиях для вас и ваших гостей.
— Спасибо тебе, Марко, — говорю я, прежде чем закончить разговор.
Знаешь, говорят, лучший способ забыть кого-то — это лечь под кого-то другого. И это именно то, что хочу сделать. Я собираюсь выкинуть Верону из своей системы так или иначе, даже если для этого придется изменить моей новой невесте.
Глава 17
Верона
На следущее утро я снова просыпаюсь рано… но на этот раз не для того, чтобы включить посудомоечную машину. После инцидента с пузырями, как я это называю, я отчаянно хочу добиться большего. Если я застряла в этом браке, то, по крайней мере, попытаюсь поладить со своим мужем. И я хочу, чтобы ему, по крайней мере, я нравилась. Неужели об этом так трудно просить?
И вот, когда на следующий день я вижу Бенито, заместителя Луки, идущего по коридору, загоняю его в угол. Бенито возвышается надо мной, и поэтому мне приходится смотреть вверх так высоко, что у меня почти болит шея.
— Привет, могу я, э-э поговорить с тобой секунду? — Спрашиваю я, чувствуя себя запуганной одним только его размером… не говоря уже о татуировках, покрывающих почти с головы до ног, или о том, что само его присутствие выглядит угрожающе.
— Конечно, — говорит он грубым голосом, жестом приглашая нас пройти в отдельную комнату и закрывает за нами дверь. — Что-то случилось? — спрашивает он, уже предполагая худшее.
— Что любит есть Лука? — Выпаливаю я. Мой вопрос заставляет Бенито в замешательстве приподнять темную бровь. — Я имею в виду, какое его любимое блюдо? Я бы хотела приготовить для него, — быстро объясняю я.
— А, — говорит он, понимающе кивая. — Ну, не говори, что я тебе это рассказал, но его любимое блюдо — спагетти по рецепту его матери. Я мог бы позвонить Грете, одной из старых поварих, которая раньше работала на его отца,
