– Похоже, это Калпепперы, – сказала Лола через некоторое время.
– Откуда ты знаешь?
– Эти ребята любят ездить на больших гнедых мулах.
Женщины следили за тем, как красноватые мулы отделились от окружающих долину утесов такого же цвета. С расстояния в четверть мили было видно, что одежда всадников сильно запылилась.
– Интересно, кто именно из Калпепперов? – спросила Сара.
– Отсюда не разберешь. Ют говорит, что в Спринг-Каньоне обитают пятеро этих чертей.
Сара затаила дыхание и стала вглядываться в подножие утеса, но по-прежнему видела только двух всадников.
– Нигде третьего не видишь? – спросила Лола.
– Нет.
– Жаль, что ты не любишь жевать табак. Это здорово успокаивает.
– Ну так жуй. Сейчас не до светских манер.
Лола вытащила из кармана рубашки пачку табака, положила щепоть за щеку, а пачку спрятала обратно.
– Благодарю, – сказала Лола.
– На здоровье. Только не плюй на выстиранное.
Лола засмеялась, не отрывая глаз от приближающихся Калпепперов.
Сара также наблюдала за двумя всадниками, досадуя, что не видит третьего. Может, как раз Эб остался сзади, чтобы прикрывать их, подумала она.
Ей нисколько не хотелось оказаться к Эбу Калпепперу ближе, чем она была, находясь в пещере. Угрозы, которые слышались тогда в его голосе во время разговора с Моуди, даже сейчас холодили ее сердце.
– Хорошо, что Калпепперы не доверяют Моуди, – сказала она. – Могу держать, пари, что Эб остался сзади, чтобы наблюдать за ним.
Лола презрительно фыркнула.
– Даже безмозглая тварь не станет доверять Моуди, – сказала она. – Он может стянуть последние деньги у собственной беззубой бабки и танцевать на могиле своей матери.
– Ты так говоришь, будто знаешь его.
– Он обобрал меня, отнял мой ночной заработок в Нью-Мехико. Конечно, тогда я была помоложе. Не больше блохи знала о том, как мужчины обманывают.
Сара слегка улыбнулась. Она не могла себе представить, чтобы кто-то – будь то мужчина или женщина – мог обмануть Лолу.
Два гнедых мула приблизились на расстояние около сотни ярдов. Казалось, что они лениво перебирают своими длинными ногами, тем не менее шли они ходко.
– Говорить будешь ты, – сказала Лола. – Если дойдет дело до стрельбы, то ныряй в хижину и предоставь остальное мне.
– Я не собираюсь…
– Мне плевать! – свирепо перебила ее Лола. – Ют и я знаем, как это делается. Мы не перестреляем друг друга по ошибке.
Времени для споров не оставалось. Калпепперы находились уже в тридцати футах. Пыль, поднимаемую копытами мулов, через мгновение уносил ветер.
В пустынном голубом небе снова появился орел. Снова раздался его радостный, громкий клекот.
Сара вдруг позавидовала орлу, как редко чему завидовала в своей жизни.
– Я Эб Калпеппер, – сказал первый всадник. – Это Кестер, мой брат. Он говорит мало, больше помалкивает.
Ни один из Калпепперов не смотрел на женщин. Оба вращали головами, осматривая двор.
– Доброе утро обоим, – сдержанно сказала Сара. – Я мисс Кеннеди.
Кестер поерзал в седле, но к женщинам не повернулся. Он шарил глазами по двору, не упуская ни единой детали.
«Лола права, – подумала Сара с облегчением и одновременно с гневом. – Они просто проверяют, насколько мы способны обороняться. Выродки».
Сара выпрямилась. Хотя ни один из их дробовиков не был прямо нацелен на всадников, они могли это сделать в любое мгновение.
– Приветствую, – рассеянно сказал Кестер.
И с запозданием дотронулся до края своей видавшей виды изжеванной шляпы.
– Ишь, какое чинное поведение, – тихо, уголком рта сказала Лола.
Сара мрачновато улыбнулась.
Лола выпустила изо рта коричневую струю к ногам мула. Струя преодолела расстояние в шесть футов.
Кестер посмотрел на нее с восхищением.
– Вы не угостите горячим кофе? – напрямик спросил Эб.
«Ну да, чтобы вы и внутрь заглянули, – подумала Сара. – Нет, Эб, этот номер у тебя не пройдет».
– Простите, – сказала она. – У нас нет кофе. Он слишком дорогой.
– Ну, может, тогда чай найдется, – сказал Эб. – Что-нибудь горячее.
– Мы погасили в хижине огонь и работаем с утра на дворе, – ответила Сара. – У нас сегодня стирка.
По выражению лица Эба Сара поняла, что он ей не поверил.
Взглянув на одежду Калпепперов, Сара определила причину его недоверия. Брюки Эба выглядели так, словно никогда не знали стирки. Он, вероятно, давным-давно позабыл, какой это многотрудный день – день стирки.
А возможно, никогда и не знал.
– Нет сухарей, – спокойным голосом продолжала она, – нет бобов, нет бекона и даже оленины. Мне не хотелось бы быть негостеприимной, но я не ждала гостей.
Слегка повернувшись в седле, Эб сдвинул назад шляпу и в упор посмотрел на Сару.
Усилием воли она удержалась от того, чтобы не сделать шаг назад. В его взгляде было нечто такое, от чего у нее началось жжение в желудке.
И тут она вспомнила то, что рассказала Лола об Эбе и его братьях.
«Они продавали детей индейцам из племени ко-манчи. Но уже после того, как сотворили с малолетками такое, чего сам сатана устыдился бы».
– Если ваши мулы хотят пить, – выдавила из себя Сара, – вы можете напоить их в ручье.
– Они не хотят, – отрезал Эб.
Даже орлиные крики не нарушали тишину, которая вдруг воцарилась на ранчо.
– Кажется, вы не очень дружелюбны? – спросил наконец Эб.
– У меня есть друзья.
Тон ее говорил о том, что других друзей ей не нужно, тем более таких, как Калпепперы.
– У такой одинокой девушки не может быть слишком много друзей, – сказал Эб.
– Я не одинока.
Эб посмотрел на Лолу, затем снова перевел взгляд на Сару.
– Я имею в виду друзей-мужчин, – пояснил он.
– Меня не интересуют мужчины, мистер Калпеппер. Ни в малейшей степени.
– Я надеюсь, маленькая леди, вы вернете мне моего мужчину, правда же?
– Если бы у меня был один из ваших мужчин, я бы вернула его тотчас же, – ответила Сара. – У меня его нет, поэтому вам следует поискать вашего пропавшего мужчину где-то в другом месте. Не откладывая на потом.
Лицо Эба помрачнело. В его водянистых глазах появился какой-то зловещий блеск.
– Не так быстро, мисс, – проговорил он. – Я не какой-то там мусор, чтобы меня отшвыривала ты или старая шлюха.
С игрой в благородство было покончено. Эб перешел на другой тон, который Саре хорошо запомнился: именно таким тоном он заявил, что все женщины – шлюхи.
Но Сару особенно поразили его глаза. Она никогда не подозревала, что глаза могут излучать столько ненависти.
– Пусть останутся на вашей совести слова, которые вы употребляете, мистер Калпеппер, – ровным голосом произнесла Сара. – Пожалуйста, покиньте ранчо «Лост-Ривер».
